Любовь в законе - Владимир Колычев

– Татьяна тоже так думала.

– Я сказала, не волнуйся. А Смирнов нам не нужен. Мы сами все сделаем.

– Что все?

– Проблему с Агаповым решим. Смирнов – хороший мужик, но я бы ему это дело не доверила. Да и ты, думаю, тоже. Агапова нужно убить.

Севастьян посмотрел на нее восклицательно-вопросительным взглядом.

– Это я понимаю. Но как это сделать?

– Самый лучший подарок – тот, который сделан своими руками. Мы себе и сделаем такой подарок. Или ты хочешь, чтобы Агапов сделал нас?

Интересно, что Полина озвучивала не только свои, но и его мысли. Он всерьез подумывал о том, чтобы самому взяться за оружие. Но одно дело думать, и совсем другое – делать. Легче дом построить, чем человека убить.

– Ты хоть представляешь, насколько это опасно?

– Представляю, но у нас нет другого выхода.

– А как ты вообще все это себе представляешь?

– Покупаем снайперскую винтовку, ты берешь цель на прицел и стреляешь. А я на подстраховке. Надеюсь, ты не думаешь, что стрелять буду я?

– Нет, конечно. А где мы возьмем оружие?

– Едем в Южный порт, там авторынок, там чеченцы, у них там все купить можно, хоть вертолет с ракетами.

– Откуда ты знаешь?

– Макар говорил. Он там авторучку… В общем, там есть все. Были бы деньги.

Деньги у Севастьяна были – они находились в борсетке, которая сейчас валялась на заднем сиденье автомобиля. А там без малого тридцать тысяч долларов.

Южным портом назывался не только крупный речной терминал на юге Москвы, но и огромный авторынок под открытым небом. Здесь действительно можно было купить все, даже оленя к старой «двадцать первой» «Волге». Были запчасти к «Запорожцам» и «Москвичам», «Мерседесам» и «БМВ».

И еще здесь много было глушителей. Правда, только автомобильных. Где продавались пистолеты и винтовки, непонятно. Указателей, разумеется, не было, и горластых зазывал тоже. Суетно вокруг, но в общем спокойно. Покупатели ходят по рядам, карманники за ними, кавказцы группками стоят, азиаты шаурмой торгуют… А где оружие?

Севастьян терялся в сомнениях, но Полина уверенным взглядом сканировала прилавки, пока не остановилась возле чернявого смуглого паренька в заляпанной краской кепке. Среди карбюраторов к «Жигулям» лежала пистолетная гильза, которую и взяла Полина.

– Продашь?

– Зачем? – хмуро посмотрела на нее паренек.

– Ну, ходить буду, свистеть в нее буду.

– Свистни… – Торговец осекся, глянув на Севастьяна.

– Я поняла, что ты хотел сказать, – спокойно, но пристально глядя ему в глаза, сказала Полина. – Не надо так. Мы ведь и обидеться можем…

– Откуда вы? – надуто посмотрел на нее паренек.

– Из Ставрополя. У нас там тоже гильзы вот так на столах валяются. Только не просто так… Ты меня понимаешь?

– Понимаю.

– Ну, так что, продашь гильзу?

– Зачем продавать? Так бери.

Полина взяла гильзу и, увлекая за собой Севастьяна, дальше двинулась вдоль рядов.

– Зачем тебе эта штука?

– Это не штука, это условный знак. Стволы здесь продаются. Только спрашивать ничего не надо. Они сами подойдут.

Полина ждала торговцев оружием, но к ним подошли два крепких парня славянской внешности. Один, губастый, показал им удостоверение сотрудника милиции, другой, ушастый, взял у Полины гильзу, которую она крутила в пальцах, после чего крепко взял ее за руку.

– Оружием торгуем? – спросил он, рассматривая гильзу.

Севастьян волком смотрел на него. Плевать ему на то, что перед ним мент. Никто не имел права хватать Полину за руку. И чтобы освободить жену, он готов был пустить в ход кулаки.

Но Полина сама вырвала руку.

– Отпусти! Мы не дураки бежать. Чистые мы!

– А гильза?

– Так она же пустая!

– Тут человека недавно убили. Может, гильза от орудия убийства?.. Пойдем в отделение, разберемся!

Ушастый снова попытался взять Полину за руку, но Севастьян резко оттолкнул его плечом.

– Эй, гражданин, ты чего? – возмущенно спросил губастый.

И в спину Севастьяну ткнулось что-то твердое, но это его не испугало.

– Жену мою не трогай, понял? – в запале выкрикнул он.

– Жена? – внимательно посмотрел на него ушастый. – А документы есть?

Он забрал паспорт и у Севастьяна, и у Полины, внимательно просмотрел их.

– Ну да, муж и жена… Пошли!

Он больше не пытался хватать Полину за руку, и Севастьян немного успокоился.

Отделением милиции оказалось забитое коробками пространство между железными ларьками. Там Севастьяна ждали три кавказца в кожаных куртках. Одному из них ушастый передал паспорта.

Движением языка небритый парень с орлиным носом переместил сигарету из левого уголка в правый, с важным видом пролистнул один документ, другой.

Севастьян уже понял, что менты были фальшивыми. Они устроили им проверку, чтобы передать на руки людям, на встречу с которыми и надеялась Полина.

– Муж и жена. Московская прописка, – не отрывая глаз от документов, небрежно сказал кавказец. – А говорите, что из Ставрополя.

– Кому мы это говорили? – обличающе посмотрела на него Полина.

– Ты, женщина, не буксуй, не надо. На мужа своего буксовать будешь, – беззлобно, но с оттенком пренебрежения во взгляде отозвался кавказец.

– Чего ты такая нервная? – привычно почесав у себя между ног, спросил его дружок. – Может, боишься спросить, что ствол ищешь? Так ты не бойся. Есть у меня один ствол в штанах….

Севастьян угрожающе шагнул к нему, замахиваясь кулаком. Кавказец испуганно шарахнулся назад.

– Ты за базаром следи, понял?

– Да понял он все, понял, – в роли миротворца выступил третий кавказец. – Язык длинный, голова пустая… А вам ствол нужен, да?

– Нужен, – кивнул Севастьян.

И резким движением вырвал паспорта из рук зазевавшегося кавказца.

– Какой? – вместо того чтобы возмутиться, спросил тот.

– Винтовка нужна. «СВД».

– Ну что ж, я могу тебе помочь. Есть «СВД», и «винторез» есть. «СВД» – три штуки, «винторез» – пятнадцать. Но «винторез» разбирается, его в чемоданчике можно носить. И глушитель в комплекте. Очень удобно.

– А патроны?

– Патроны тоже дорогие, но есть. Тебе много нужно?

– Штук тридцать.

– Зачем тебе так много? Воевать собрался?

– Винтовку пристрелять нужно.