Убийственно красива, или Кто развел светскую львицу - Полина Раевская

– Да, я способен на смелые поступки. – На этот раз в голосе парня звучала гордость.

– Но зачем?

Неужели у этого мальчика могли быть мотивы для столь сильной ненависти? Что же такого Саша сделал, чтобы превратить робкого, тихого «ребенка» в подобное чудовище?

– Или и ты не устоял перед соблазном обогатиться за счет своего хозяина? – Это единственное объяснение, которое могло прийти в мою голову.

– Хозяина? – Виктор пришел в бешенство. – Я не собака, мне хозяева не нужны. Если бы не эта тварь, – парень махнул рукой в сторону спящего Селиверстова, – в моей жизни все было бы иначе!

– Но ведь Саша вырастил тебя! Поддержал после смерти отца!

– Да, – лицо моего неожиданного собеседника перекосилось от злости, – а кто виноват в его гибели?! Кто, по-твоему, отвечает за то, что у меня не было детства?

– Саша? – ахнула я. – Но ведь ты говорил, что твой папа покончил с собой.

Виктор вновь зло усмехнулся.

– Он просто нажал на спусковой крючок, – пояснил парень. – Пистолет же в его руки вложил Саша! Именно он подвел его к последней черте, он повинен в том, что они прогорели. Только хитрый Селиверстов, как всегда, остался в стороне. Это вообще в его стиле – чужими руками жар загребать. Тебе ведь это хорошо известно, не так ли, Василиса?

Вообще-то у меня имелись возражения, но в подобной ситуации я сочла, что благоразумнее будет промолчать. Виктор же расценил мое безмолвие как знак согласия и продолжил:

– Все дела, разумеется, были оформлены на отца. Он и отвечал перед кредиторами. А это, я тебе скажу, серьезные люди. Да дядя Миша по сравнению с ними воспитанник детского сада. Чтобы спасти нас с мамой, папа и решил уйти. А Селиверстов остался и, как видишь, вполне благополучен. И вот теперь я должен прислуживать ему, еще и с радостью принимая жалкие подачки.

– И ты решил отомстить, – констатировала я очевидный факт больше для того, чтобы потянуть время.

– Браво! А ты догадливая! – Парень явно веселился. Он, казалось, радовался наконец-то появившейся возможности излить кому-то душу. Меня же его откровенность пугала. Вряд ли Виктор отпустит меня восвояси после этого разговора, взяв клятву о неразглашении услышанного. Однако задать ему прямой вопрос о своей судьбе я пока не решалась.

– Конечно, проще всего было бы убить Селиверстова. Но я понимал, что для него это слишком легкий исход. Нет! Он этого не заслуживал. Он должен был пройти тот же путь, что и отец. Я жаждал смерти Саши! О, как мечтал я о ней в своих детских грезах! Но это должна была быть долгая и мучительная кончина. Разоренный, всеми покинутый, он обязан сам нажать на спусковой крючок! Но как этого добиться? И тогда подкинул идею Степанову о том, как можно поживиться за счет шефа. Долго упрашивать его не пришлось, однако эта трусливая тварь действовала крайне аккуратно. Босс даже не заметил потерь. И тут неожиданно появился новый шанс! Вся эта история с Карасиком. Я, конечно, не сразу сообразил, как ее можно использовать в своих интересах, но Саша, казалось, сам решил мне помогать. Эта его идея с таблетками! Да это же просто подарок судьбы. Пробраться в твой номер и заменить лекарство на яд оказалось так просто!

– Так это был не сон! – Я вспомнила ночь накануне первой поездки на Ла Гомера. – Ты действительно был тогда в моей спальне?!

– Ну да, – Виктор радостно закивал, – в какой-то момент я думал, что все пропало и ты догадаешься, ан нет, мне везло, как никогда. Судьба мне благоволила. Это ли не знак, что я поступаю верно?

И с этим утверждением я могла бы поспорить, но снова решила не дискутировать с безумцем. Тот, не встретив возражений, продолжил:

– Правда, ты все время вмешивалась в мои планы, так и стремилась их разрушить! Почему? Почему, спрашиваю я тебя, ты не использовала яд? Время шло, а Карасик все еще был жив-здоров. Но тут снова удача. Игорек проболтался, что Селиверстов, не очень-то рассчитывая на твое благоразумие, договорился с официантом. Новый шанс! Сразу подменить таблетки не удалось, так что все шло по плану Саши. Но в дело вновь вмешалось провидение. В это невозможно было поверить! Адриан умудрился потерять пузырек. А значит, Степанову предстояло передать ему новую порцию таблеток. Стоит ли говорить, что к тому времени, как он встретился с парнем, во флаконе уже было то, что нужно мне?

– Но судьба благоволила не только тебе? – подсказала я. – Ты снова просчитался, и друзья Карасика не расправились сразу с Сашей.

– Нет, ты ошибаешься. Я и не жаждал этого, я хотел, чтобы Саша помучился, чтобы корчился от страха за свою жалкую жизнь, чтобы вздрагивал от каждого шороха.

– Вот только Селиверстов оказался сильнее твоего отца. Он не пустил себе пулю в лоб и вообще очень достойно сносил все выпавшие на его долю испытания.

Зря я это сказала.

– Молчать! – закричав, Виктор вскочил и наотмашь ударил меня по лицу. Рот наполнился солоноватым вкусом крови. Парень вытащил пистолет и принялся размахивать им перед моим лицом. – Заткнись, – шипел он, – что ты знаешь о моем отце? Как можешь сравнивать с этим, – он брезгливо поморщился и ткнул дулом в сторону Саши. – Бояться за свою жизнь и переживать за жизнь близких – не одно и то же, не находишь? У этого урода нет ни одной живой души, которой бы он дорожил. Думаешь, он так уж волновался за тебя? – Парень хохотнул. – Ты действительно поверила в его благородство? Тогда ты еще глупее, чем я думал. Да плевать он хотел на тебя и тебе подобных. На всех он хотел плевать. Он использовал моего отца, использовал меня, Марго. Поверь, и тебя ожидала та же участь. Так что, можно сказать, я сделаю тебе одолжение, когда убью.

– А ты планируешь меня убить? – задала я вопрос, ответ на который знала уже минут десять.

Виктор взглянул на меня с жалостью:

– Бедняжка, нельзя же быть такой тупой. Ты этого еще не поняла? – В его голосе и впрямь слышалось сострадание.

– Но зачем? – Я попыталась воззвать к благоразумию парня, хотя и не сильно рассчитывала на успех. – Ты же сам сказал, что никакой привязанности ко мне Селиверстов не испытывает. Вряд ли его так уж огорчит моя кончина.

– Может, и огорчит, как знать, – проговорил Виктор задумчиво. Его глаза горели нездоровым блеском. Форменный маньяк, и как я этого раньше не заметила? – А и не огорчит – не беда. Представь, он проснется рядом с твоим окровавленным трупом, с пистолетом в руках, окруженный полицией. Ничего себе неприятность, не находишь? Вполне достойно того, чтобы сойти с ума.

– Ты что-то ему вколол? – догадалась я. – И, думаешь, он этого не поймет? А что, если кровь возьмут на экспертизу?

Виктор пожал плечами:

– Может, и так. Только что это доказывает? Даже если он снова выкрутится, я буду рядом. Думаешь, не придумаю еще чего-нибудь? Нет! Я даже хочу, чтобы он выкрутился. В тот день, когда его не станет, я утрачу смысл существования. Я хочу видеть его страдания. Хочу насладиться его болью! – Виктор практически перешел на крик. Это странно, но в тот момент мне стало его искренне жаль.