Изумрудный шифр - Алена Белозерская

В одну из таких страшных ночей она очнулась в руках Олега.

— Тише, успокойся, — ласково уговаривал Олег, прижимая отбивающуюся Луизу Фернанду к груди. — Это всего лишь сон.

Луиза Фернанда закрыла глаза и прижалась к нему.

— Кто такой Массимо? — тихо спросил Олег.

Луиза Фернанда удивленно посмотрела на него.

— Ты звала его на помощь. — Он пристально вгляделся в нее, ожидая ответа.

— Я не знаю, — беспомощно прошептала она.

Олег прилег рядом с ней и мягко провел рукой по плечу.

— Хочешь, чтобы я остался?

Луиза Фернанда ничего не ответила, но его руку не убрала. Его пальцы заставляли забывать о страхах, пробуждали чувственность, зажигали страсть. Олег был умелым любовником, требовательным и щедрым, и она уступала его желаниям, чувствуя, как огонь пробегает по всему телу. В нем ощущалась яростность и ненасытность, которая тут же сменялась нежностью и томностью. Порой Луиза Фернанда пугалась остроты своих чувств и отдалялась от него, но не могла долго сопротивляться его губам, оставляющим жар на влажной коже.

Олег нежно коснулся пальцами ее шеи, и она закрыла глаза, боясь посмотреть ему в лицо.

— Ты жалеешь? — вдруг спросил он.

Она отрицательно покачала головой:

— Да…

Олег тихо засмеялся и прижал ее к себе.

— Конечно, жалею, — продолжала Луиза Фернанда. — Мне стыдно, приятно, я обессилена и хочу продолжения. Я чувствую вину и радость. Ты мне не нравишься, но мое тело желает тебя. Ты любил Глорию, и я ненавижу тебя за это. Но я постоянно думаю о тебе. И, наверное, люблю тебя, а может, не люблю.

— Твоя откровенность пугает.

— А зачем врать? Я больше не хочу врать. Ведь врут только тому, кому боятся сказать правду. А я тебя не боюсь.

Луиза Фернанда поднялась с постели, подошла к окну и открыла его настежь, впуская в комнату утреннюю свежесть. Она почувствовала облегчение, впервые сказав мужчине, которого только что любила, правду. Не было тайн, сожалений и страхов. Олег напряженно смотрел ей в спину. Луиза Фернанда накинула на себя короткий халатик и мягко улыбнулась.

— Ну, насчет любви я погорячилась, но все остальное правда.

— А может, ошибаешься? — спросил Олег.

Луиза Фернанда присела рядом и провела пальцем по его щеке. На губах ее все еще осталась улыбка, но глаза были серьезными.

— Надеюсь, что нет, иначе это будет для меня большим разочарованием.

Олег неожиданно рассмеялся и, схватив ее за плечи, повалил на кровать.

— Ты — сплошное противоречие, — медленно проговорил он, целуя ее. — Но мне это нравится, а может, не нравится.

Луиза Фернанда строптиво вырвалась из его объятий и грозно произнесла:

— С женщинами нельзя быть честным. Если мужчина говорит правду женщине, это значит, что она ему безразлична.

Олег, смеясь, перекатился на спину.

— Никогда не слышал подобного. Расскажи мне еще что-нибудь об отношениях между мужчиной и женщиной, а то я об этом мало знаю.

Теперь все ночи Луиза Фернанда проводила с Олегом, но днем отдалялась от него. Она забирала Паолу и уходила гулять по городу. И всегда их сопровождали Маркус и Тони. Здоровяк Тони быстро восстановился после ранения и теперь ни на шаг не отходил от Луизы Фернанды. Одно его присутствие вселяло уверенность и заставляло забывать об опасности. Тони заботился о ней, и со стороны было весело наблюдать за этим гигантом, расточающим нежности. Маркус часто подшучивал над ним, но он был единственным, кто решался это делать.

И сейчас, стоя во дворике кафедрального собора, Луиза Фернанда слушала их перебранку и усмехалась. Эти мужчины приносили смех в ее жизнь. Луиза Фернанда молилась, чтобы их дружба никогда не закончилась, и боялась, что мольбы не будут услышаны.

— Ну и духотища! — выдохнул из себя Тони.

— Вспомни Майами, — хохотнул Маркус.

— Твой язык нужно положить под трамвай, — отозвалась Луиза Фернанда и поправила панамку на головке Паолы. — Давайте уйдем отсюда, сегодня действительно слишком жарко.

— Идемте на бульвар Рамблас, — предложил Маркус. — Как же мне нравится Барселона! — Он мечтательно посмотрел в небо. — Когда-нибудь я куплю себе дом в том же районе, где живет Олег, желательно по соседству с принцессой Кристиной. Женюсь на ней и буду зятем короля Хуана Карлоса.

— Тоже мне жених! — засмеялась Луиза Фернанда.

— Попрошу вас, сеньорита Альворадо, не смеяться над молодым кабальеро. — Он взмахнул рукой в почтительном поклоне и зашаркал ногой, как престарелый идальго. — Да, на данный момент мои карманы пусты. Зато у меня есть масса других достоинств. Например, прекрасная внешность и огненный темперамент.

— Болтун, — усмехнулся Тони и забрал Паолу из рук Луизы Фернанды. — Предлагаю съездить в кафе «Ди Рома».

Маркус подбросил ногой камешек и сморщился.

— Что, в Италию потянуло?

— Они готовят потрясающий кофе, — ответил Тони и, легко подхватив одной рукой детскую коляску, направился к машине.

Луиза Фернанда молча шла следом, прислушиваясь к своим ощущениям. У нее было неспокойно на душе, но она тщательно скрывала свои чувства, не желая расстраивать друзей. Если бы Тони заметил ее напряжение, то немедленно заставил бы вернуться домой, а этого Луизе Фернанде хотелось меньше всего. Она боялась потерять даже минуту общения с ними, старалась запомнить каждое мгновение, словно предчувствуя расставание.

— Луиза! — Тони обернулся к ней. — Не отставай. А если устала, то прыгай на плечи к Маркусу. Парню нужно наращивать мускулатуру не только на языке. А то принцесса Кристина не заметит его прекрасной внешности и примет за уличный фонарь.

— Да у меня спина шире, чем у Тайсона!

— И язык движется со скоростью колес у болида «Формулы-1».

В кафе «Ди Рома» посетителям предлагали около трех десятков сортов кофе и чая. Тони и Луиза Фернанда доверили выбор Маркусу, который был знатоком этих напитков. Тот с видом доки сделал заказ и повернулся к Луизе Фернанде.

— Ты сегодня какая-то странная, — обеспокоенно протянул он. — С русским проблемы?

Луиза Фернанда бросила на него возмущенный взгляд.

— Да ладно тебе, — улыбнулся Маркус. — Все в доме знают, что у вас… как бы точнее выразиться? Ночная любовь.

Тони взял Луизу Фернанду за руку и вопросительно посмотрел в глаза.

— Что тебя мучает?

Она опустила голову и почувствовала, как по щекам катятся слезы.

— Армандо просил уберечь Филиппа, а я все испортила. Зачем пыталась его отыскать?

— Но тогда бы у нас не было еще одной части кода, — возразил Маркус. — Понимаю, что это звучит жестоко и цинично, но мы ничего не можем изменить.