Изумрудный шифр - Алена Белозерская

— А теперь, любовь моя, кушать и спать.

— Как же, — усмехнулся подошедший Тони, — всем известно, что наша крошка не жалует дневной сон.

Девочка потерла глазки ручками и зевнула.

— Вот видишь? — Луиза Фернанда победно посмотрела на здоровяка. — Я все-таки добилась своего, и Паола теперь любит спать днем. Попроси, чтобы приготовили для нее обед.

Тони удалился, а Луиза Фернанда еще некоторое время стояла с девочкой на руках возле бассейна, всматриваясь в сад перед собой. Она вспоминала о том, как впервые оказалась здесь. Казалось, что это было много лет назад, столько событий успело произойти с того момента. Луиза Фернанда пригладила мокрые волосики девочки и пошла к дому. По дороге Паола уснула у нее на руках.

— Мои девочки устали? — тихо спросил Олег, чтобы не потревожить сон дочери.

— Как видишь, — улыбнулась Луиза Фернанда, поцеловав мужа. — У нас обеих намечается сиеста.

Она еще раз поцеловала Олега и поднялась наверх в спальню, но потом вспомнила, что для Паолы должны готовить обед, и решила вернуться, чтобы отменить распоряжение. Луиза Фернанда тихо сбежала вниз и направилась в кухню. Проходя мимо кабинета Олега, она услышала голос Павла, произнесшего ее имя, и остановилась. Дверь была приоткрыта, и Луиза Фернанда с жадностью вслушивалась в тихие голоса.

— Где твоя жена? — спросил Павел.

— Укладывает дочь спать.

Павел устало погладил шею.

— Как намериваешься с ней поступить? Мы потратили много денег, чтобы с Луизы Фернанды сняли все обвинения, — продолжил Павел. — Она получила наследство Николаса, а теперь еще намеревается спустить все деньги с нужного нам счета на благотворительность.

— Мне об этом известно, — не глядя на брата, ответил Олег.

— И? — Павел развел руками. — Что ты собираешься делать? Только не говори мне, что желаешь оставить все как есть!

Олег молчал, и Павел возмущенно посмотрел на него.

— Мы развязали войну между «семьями», — злобно проговорил он. — Устроили так, чтобы боссы и их консильери были убиты.

— Конечно, — усмехнулся Олег, — мы выполнили всю «черную» работу. Ты забыл еще напомнить, что это мы натравили Эдуардо на Николаса, чтобы он вывел Рискони из игры.

— Кардинал Гуардати торопит нас с окончанием. Он не будет долго терпеть.

Олег налил себе виски, но Павел забрал бокал из его рук и поставил на стол.

— Мы проделали большую работу, — прошипел он. — Ты прекрасно помнишь, с каким трудом все планировалось и осуществлялось. Если бы не Гуардати, мы бы никогда не узнали об этих деньгах и не смогли бы получить треть всей суммы, что хранится на счете.

— О, да, ты прав, — язвительно протянул Олег, — если бы Гуардати не приходился родственником Антонио Скарузо, болтливому старику с плохой памятью, тому самому боссу, которого он приказал убить первым, мы никогда бы не узнали, что кардиналы умеют отмывать деньги мафии.

Олег раздраженно рассмеялся.

— Но у тебя договоренность с Гуардати, — напомнил Павел. — Все остальное не имеет значения. Мне, например, абсолютно наплевать, насколько аморальным выглядит его поведение. Это нас не должно касаться.

— А что должно касаться? — с иронией спросил Олег, заметив, как от гнева побелели губы брата.

— Ты, похоже, забыл, что Гуардати держит нас на крючке? — медленно, отчеканивая каждое слово, произнес Павел. — У него полное досье на нас и на деятельность, которой мы занимаемся. Не думай, что он не пустит это в ход, узнав, что ты срываешь условия сделки. Нет, Олег, ты не можешь больше тянуть и постоянно откладывать встречу с ним. Ему нужны результаты, именно об этом он сказал мне сегодня утром. Да, он звонил мне.

— Почему ты не сказал об этом раньше, сразу же после разговора с ним?

— Ты был занят своей женой, — усмехнулся Павел. — Когда ты собираешься избавиться от нее?

— Я не вижу необходимости это делать, — быстро ответил Олег и повернулся к брату спиной.

— Деньги до сих пор принадлежат Луизе Фернанде, — продолжил Павел. — И она не собирается отдавать их тебе.

— Я не смогу заставить Луизу Фернанду перевести деньги со счета туда, куда мне будет угодно, — сказал Олег.

— Вот именно, ты не контролируешь свою жену, — скривился Павел. — Она у тебя слишком строптивая и своевольная.

— И что ты предлагаешь? — вспыхнул Олег на замечание брата о том, что жена ему не подчиняется.

— Ты сможешь получить деньги по наследству, — ответил Павел, холодно блеснув глазами. — После смерти жены ты вступишь во владение имуществом. И, Олег, у тебя нет выбора. Потому что здесь решается вопрос нашего будущего. Думаю, для тебя гораздо важнее твоя жизнь, чем чья-либо другая. Все очевидно и просто. Не забивай себе голову лишними проблемами. Поиграл с девочкой — и хватит. Пора возвращаться в реальную жизнь. И то, что ты женился на ней, и что показалось мне глупой шуткой, на самом деле может выгодным образом сыграть для нас.

Луиза Фернанда едва не вскрикнула. Она почувствовала, как бешено застучало сердце, и сделала шаг назад, но тут же уперлась в грудь стоящего за ней человека. Ей немедленно закрыли рот и потащили в сторону. Ошеломленная Луиза Фернанда даже не пыталась сопротивляться. Лишь закрыла глаза, вдруг отчетливо осознав, что самый грозный враг оказался вовсе не Николасом, а человеком, взявшим ее в жены.

Жизнь безуспешно пыталась научить ее быть самостоятельной, пыталась показать, что к людям нельзя сильно привязываться и близко к себе подпускать, но Луиза Фернанда с легкостью забывала об этих уроках и в итоге расплачивалась за свое доверие предательством.

Луизу Фернанду оттащили от кабинета и быстро развернули. Она увидела перед собой Тони, лицо которого пылало яростью.

— Я все слышал. И я с тобой, — хрипло произнес он и, глядя в горящие ужасом и недоверием глаза девушки, добавил: — Я уже сказал однажды, что всегда буду рядом. И не изменю своему решению. Я клянусь тебе, Луиза. Ты — это все, что у меня есть, и я никогда тебя не предам.

— Они собираются меня убить, — вздрогнув, проговорила Луиза Фернанда.

— Мы избавимся от них раньше, — решительно и жестко ответил Тони. — Но нужно все обставить таким образом, чтобы на тебя не пало подозрение.

Он крепко прижал ее к себе.

— Что же мы будем делать? — прошептала она, обнимая его.

— Начнем решать этот вопрос прямо сейчас.