В поисках неприятностей - Энн Грэнджер

Мне нужно было поговорить с Ариадной, но я поняла, что нелегко будет получить ответ на вопрос, который волновал меня больше всего. Выяснить, что написано в ее новом завещании, было невозможно, хотя, по моему глубочайшему убеждению, ответ на этот вопрос проливал свет на все остальное.

Я направилась назад, на конный завод «Астар», а по пути все время проворачивала в голове предстоящую мне задачу. Как за нее взяться? Раньше я и не подозревала о том, что сыщикам все время приходится изворачиваться и ловчить! Мне не помешал бы курс по практической психиатрии, только я его не проходила. Знала только одно: мне предстоит иметь дело с пожилой дамой старой школы с железной волей. Ариадна тяжело больна и должна регулярно принимать лекарства. Ничего удивительного, что я преисполнилась дурными предчувствиями. Я мысленно перепробовала самые разные подходы, но все они показались мне неосуществимыми.

Я настолько погрузилась в свои мысли, что ничего вокруг себя не замечала, и слишком поздно поняла, что следом за мной по узкой, однорядной дороге едет машина. Я шла посреди дороги — пешеходных дорожек тут не было, а обочины с обеих сторон кишели ловушками в виде поросших травой колдобин и сточных канав. Вскоре до меня дошло, что машина меня не объедет, и услужливо подвинулась вбок.

Однако машина не стала меня обгонять. Казалось, шоферу приятно ползти с той же скоростью в нескольких шагах позади меня. Я оглянулась через плечо. За мной ехал какой-то старый фургон — настоящая развалюха. Водитель смотрел на меня в ветровое стекло, настолько пожелтевшее от времени и потрескавшееся в нескольких местах, что я лица водителя не видела. Фургон еле полз вперед, то и дело останавливаясь. Мне стало нехорошо. Оказывается, не я задерживаю его. Он следит за мной!

Я зашагала быстрее. Из-за того, что в голове крутились всевозможные мысли о семейных тайнах и зловещих заговорах, я здорово накрутила саму себя и перепугалась. В опасности не только Ариадна, но и я. Я, Фран Варади, великий детектив! Вообразила себя героиней «Великолепной пятерки»[11]и сунула нос в дела Джейми Монктона!

Переваливаясь, я побежала вперед. Двигаться быстрее мешали тесные резиновые сапоги, не предназначенные для спринта. Даже мои городские полусапожки сейчас пригодились бы лучше. Они хотя бы были моими и подходили по размеру!

Водитель фургона тоже прибавил газу. Я понимала, что долго обгонять машину, даже такую развалюху, у меня не получится. Меня прошиб пот. Ноги горели, мышцы сводило судорогой. Мне казалось, будто я барахтаюсь в густой грязи — как в страшном сне, где за мной кто-то гонится. Все труднее становилось отрывать ступни от земли.

Сердце колотилось гулко, как барабан; больше чем когда бы то ни было я сознавала, как одинока в этой глуши. Ну почему, почему я не осталась в Лондоне?! В Лондоне я нырнула бы в переулок, вошла в магазин, вскочила в автобус… да что угодно! Здесь, среди пустых полей, я как в ловушке. К тому же, чтобы попасть на поле, мне пришлось бы перелезть через живую изгородь или ограду. Мой преследователь успеет сто раз выйти из фургона и схватить меня, не дав пробежать и десяти шагов!

Единственная надежда — что я успею добраться до поворота на конный завод. Неужели он поедет за мной в частные владения? Его непременно заметит кто-нибудь из обитателей дома. Впереди показались поворот и деревянный указатель, сулившие спасение. Я рванула к указателю, чувствуя себя средневековой беглянкой, ищущей спасения в монастыре от разъяренной толпы. Но бежать пришлось в гору, и подъем оказался очень крутым. В боку мучительно закололо. Я согнулась пополам. Ничего не выйдет… Придется остановиться!

Фургон поравнялся со мной и остановился. Хлопнула дверца. По гравию захрустели шаги — мой преследователь приближался.

— Попалась, Франческа! — сказала я себе между двумя спазмами боли.

Я попыталась выпрямиться, застонав от новой колики. Чья-то рука схватила меня за плечо. Я не собиралась сдаваться без боя, даже в таком состоянии. Если бы Терри дралась, возможно, она бы не очутилась висящей на проводах! Не глядя, я двинула локтем назад и услышала крик боли. Вот и хорошо! Я попала ему в больное место. Я еще раз саданула преследователя локтем и снова услышала крик: