Херувим. Книга II - Полина Дашкова

Бывший старший сержант Трацук смотрел на бывшего майораЛогинова совершенно пустыми безумными глазами.

- "Значит, они все-таки нашли смертника", -спокойно подумал Сергей.

* * *

- Здравствуйте, Мишенька, как хорошо, что вы приехали,-генеральша поцеловала Райского в щеку и грустно заметила. - Вы небритый ипохудели.

- Как Владимир Марленович? - спросил полковник, снимаяботинки.

- Спит. Пойдемте, я пока кофе вам сварю,

- Да, спасибо. Но у меня очень мало времени,- Райский прошелза ней в кухню, сел и сразу закурил. - Наталья Марковна, это правда? - спросилон тихо.

- Что, Миша? - она стояла к нему спиной, сыпала молотый кофев турку и не обернулась.

- Диагноз совершенно точный? Или...

- Или, Мишенька, или, - она поставила турку на огонь,помешала кофе ложечкой.

- То есть серьезного обследования пока не было?

- И вряд ли будет, - генеральша улыбнулась, - знаете, Миша,я вызвала к нему онколога, еще там, на Корфу. Добрый грек сказал, что емуостался всего лишь месяц. Володя не хочет тратить эти тридцать дней намедицинские процедуры. И все. Давайте мы с вами сменим тему. Знаете, ваша идеяс двойником чуть не свела меня с ума.

- Да, простите, следовало предупредить вас заранее, -ошарашенно произнес Райский.

Он все никак не мог переварить услышанное. Он понял толькоодно: генералу действительно остался месяц и надежды нет. Потому что, если быимелась хоть малейшая надежда, его бывший шеф стал бы лечиться.

- Стас знает о двойнике?- спросил он, глухо откашлявшись.

- Нет, - Наталья Марковна повернулась и полковник увидел,что она улыбается, - вы, Миша, великий конспиратор. Володя всегда говорил, чтовы помешаны на секретности. А почему вы спросили, знает ли Стас? Разве этосейчас важно? Он ведь остался на Корфу.

- Он сбежал с виллы,- вздохнул Райский, - мне звонил вашНиколай. Сказал, что боится сообщать вам такое по телефону, и попросил, чтобыэто сделал я.

- Так я и думал,-прозвучал в дверях хриплый слабый голос.

Оба вздрогнули. Генерал стоял в проеме, прислонившись ккосяку. Бархатный халат висел на нем как на вешалке. Райский даже не сразуузнал его. Он не представлял, что человек может так сильно измениться всего задве недели.

Владимир Марленович вошел, неслышно ступая. На ногах у негобыли толстые шерстяные носки вместо тапочек. Он медленно, осторожно опустился вкресло-качалку у окна. Райский загасил сигарету.

- Да ладно тебе, кури, - махнул рукой генерал, - теперь ужвсе равно. Налей-ка мне тоже кофейку, Наташа. Очень вкусно пахнет! Значит,засранец мой сбежал из-под чуткого надзора Николая? А я думаю, что это они сОксаной все крутят? То он спит, то на пляже, то в душе. И телефон его мобильныйвыключен. Давно это случилось?

- Почти двое суток, - мрачно ответил Райский, избегаясмотреть в глаза генералу. О том, что предшествовало побегу, о приступе буйстваи ночном визите психиатра, он решил не рассказывать.

- Может, это первый в его жизни мужской поступок? -задумчиво, с мягкой улыбкой произнес генерал. - А, Наташа, как тебе кажется? Дане разбавляй ты мне кофе кипятком, я хочу крепкий.

- Что, Володя, ты думаешь, он, как герой американскогобоевика, решил в одиночку бороться со своими врагами? - покачала головойгенеральша.

- Нет, Наташа, ты ошибаешься, - генерал осторожно поднес кгубам кофейную чашку, - сейчас такими героями кишат и наши боевики, просто мы стобой давно не смотрели телевизор. Миша, - обратился он к полковнику, - тебеведь так и не удалось выяснить, кто охотится за моим сыном?

- Ну почему? Работа ведется, определенные подвижки есть, -пробормотал Райский, - в любом случае основной удар примет на себя двойник,стало быть, безопасность Стаса обеспечена.

- Понятно, - кивнул генерал, - а как обстоят дела с ШамилемИсмаиловым? Тоже есть определенные подвижки?

- Владимир Марленович, - Райский впервые решился посмотретьпрямо в глаза генералу, - я должен признаться вам. Я ошибся. За Стасом охотитсяне Исмаилов, а кто-то другой. И я до сих пор не знаю кто. Простите меня.

- Миша, Миша, - вздохнул генерал, - ты заигрался в нашиигры. Я еще давно, много лет назад подозревал, что это с тобой произойдет. Нотогда я не видел в этом беды. Я был таким же, как ты, как все мы, - генералприкрыл глаза, и показалось, что он уже не дышит.

- Владимир Марленович, - осторожно произнес Райский, - покаизвестно только, что с острова и вообще из Греции Стас не улетал на самолете.Кредитками не пользовался.

- У него достаточно наличных, - отозвался генерал, неоткрывая глаз, свяжись с пограничниками в Шереметьево. Но и без этого я знаю,что он уже здесь, в Москве. Он вылетел из Турции или из Болгарии. Поселился вкакой-нибудь окраинной частной гостинице и пытается связаться с одной из нашихбандитских крыш напрямую.

- Через Плешакова? - тревожно спросил Райский.

- Нет. Вряд ли. Он не доверяет Плеши. Я не исключаю, что унего есть какие-то свои, совершенно отдельные связи. Но ты сейчас все равно егоне найдешь. И не надо. Пусть пока никто не знает, что он здесь.

- Володя, что ты такое говоришь? - вмешалась НатальяМарковна. - Надо найти его, мы не можем так все оставить.

- Мы, Наташенька, сейчас уже ничего не можем, - слабоулыбнулся генерал, - я сделал все, что было в моих силах. Следует дать ему шансхотя бы что-то в этой жизни сделать самому, потому что меня уже очень скоро небудет рядом.

- Владимир Марленович, но его необходимо найти ипредупредить о двойнике, иначе поломается вся игра,- медленно и удивленнопроговорил Райский.

- Да, Мишка, ты действительно заигрался, - покачал головойгенерал,- я верю, ты поймаешь Исмаилова. Ты нашел отличный ход. Этот твоймайор... Я не спрашиваю, где ты его откопал, и мне не жаль денег, которые тыпотратил на пластическую операцию. Он многое может, ты постарайся его сберечь.И не жертвуй им ради Исмаилова, он тебе потом еще пригодится. А генеральскиепогоны ты все равно получишь, пусть не сейчас, позже. Но не заигрывайся. Времялетит страшно быстро. Есть вещи, которые важнее и сильнее нашей интересной, ночрезвычайно паскудной работы. Вот эта дрянь, которая жрет меня изнутри, онасильнее и важнее любой работы. И зло, которое мы делали ради работы, тоже,оказывается, важнее и сильнее ее.