Закон негодяев - Чингиз Абдуллаев

— Не хотите говорить, — засмеялся он, — не надо. Это дажехорошо. Сейчас Важа покажет вам, как нужно петь.

Через минуту из подвала, где стояли пленники, началидоноситься ужасные крики. Но кругом никого не было.

К Лазареву приехал встревоженный Михаил. Его люди так и недождались гостей. Они вернулись обратно в город, и Михаил поспешил сообщить этунеприятную новость Борису Григорьевичу.

— Как не прилетели? — разозлился Лазарев. — Почему неприлетели? Твои наверно проспали, не заметили ребят.

— Напрасно обижаете, — оправдывался Михаил, — моих тамчетверо было. С самого утра. Никто не приехал, это точно. Может что-тослучилось в Нью-Йорке?

— Сейчас узнаю, — Лазарев быстро набрал номер телефонаРябого. В Америке сейчас была ночь. Трубку поднял сам Рябой.

— Да, — послышался его недовольный голос.

— Это я, Борис, — торопливо проговорил Лазарев, — люди вашине прилетели.

На другом конце наступило тяжелое молчание.

— Алло, — решив, что их разъединили, сказал Лазарев.

— Значит, не прилетели, говоришь, — зашипел вдруг Рябой. —Поиграть со мной решил? Продать подороже?

— Да они действительно не прилетели, — заорал, несдерживаясь, Лазарев.

— Дурак ты, — внезапно успокоился Рябой. — Какой дурак!Ничего из тебя путного не получится. Проверь, куда увезли парней. Хотя онинаверно давно уже трупы. Таких ребят потерял, кретин. Проверь и позвони. Может,кто из твоих выдал. — Лазарев отключил телефон. На его красивом, немноговытянутом лице промелькнуло бешенство. С ним никто никогда так не разговаривал.Но если парней действительно увезли, значит, Рябой прав. Он, действительно,кретин.

— Ищите, — закричал он на Михаила, — узнай каждогопассажира. Вернись в аэропорт и все выясни. Вон отсюда.

Испуганный Михаил, никогда не видевший своего шефа в такомнастроении, рванулся из комнаты. К вечеру удалось установить, что трое гостейпрошли через депутатскую. Встречавшая их девушка даже подтвердила, что они былив красных шарфах. Лазарев понял, что противник нанес ответный удар. А спустядва часа, уже глубокой ночью, в его московской квартире раздался звонок. Семьядавно уже находилась во Франции, и дверь пошел открывать один изтелохранителей, ночующих прямо в квартире Лазарева. Остальные двое приготовилиавтоматы. Но за дверью никого не было. Потом во дворе они узнали, что прибегалкакой-то мальчик. Перед дверью, прямо на полу, лежал небольшой ящик.

Он был слишком легкий для бомбы, но все равно один изохранников отнес его на кухню и там осторожно развернул. В ящике лежаликакие-то ракушки. Шесть штук. Только приглядевшись повнимательнее, Лазареввнезапно понял, что это были уши. Уши гостей, погибших в этой войне. БорисГригорьевич впервые испугался.

Теперь он твердо знал — пощады не будет. Или они, или егопротивники. В городе им вместе уже было тесно.

На следующее утро, прямо у своего дома, был застреленпрезидент «Гамма-банка» Зыков, один из самых близких и доверенных людейЛазарева. Вечером этого дня в ресторане неизвестные пристрелили ВасилияЧерного, по слухам готовившего покушение на жизнь Зыкова. Война вступила в своюрешающую стадию.

Она обещала быть беспощадной и кровавой. Никто уступать несобирался.

Это означало потерю лица, что автоматически вело к выбываниюиз борьбы.

Уступить в такой войне было хуже смерти. И это понимали обестороны.

Михеев, следивший за развернувшейся войной, только успевалфиксировать очередные разборки мафии. И по-прежнему искал убийцу «Михо». Тогосамого человека, с которого началась эта странная и беспощадная война.

Спустя три дня с большим опозданием Михеев и Чижов узнали обубийстве Вахтанга Стомболишвили в Нью-Йорке. Это только подтверждало версию обизмене Вахтанга, сдавшего в решающий момент «Михо». Но почему Мосешвили ждалнезнакомца в «Украине»? Почему заказал для него такси? Эти вопросы оставалисьбез ответа.

Ко всем неприятностям прибавилось и то обстоятельство, чтоХотивари сумел снова заблокировать свой телефон и, несмотря на все усилияэкспертов МВД, подключиться к нему не удавалось. У Гурама был слишком хорошийспециалист. Зато он беспрепятственно мог слушать любые разговоры не толькоМихеева и Чижова, но и своих конкурентов — Лазарева, Мансурова, Рябого, даже неподозревающих о таких способностях своего соперника. Правда, после инцидента ваэропорту, когда о прибытии гостей не знал никто, кроме Михаила, Лазаревперестал верить даже телефонам. Он чувствовал, что утечка информации моглапроизойти и оттуда поэтому не решался больше вести каких-либо серьезныхразговоров по своему телефону, и звонил Рябому из случайных мест, рассчитываячто так будет труднее вычислить телефон, по которому он говорил с Нью-Йорком.

Умный Рябой понял, что его люди были перехвачены, и отнессяк этому со стоическим равнодушием. Пережив первый шок, он затем более спокойнослушал Лазарева, сознавая, что на войне без потерь не бывает.

Сумев таким блестящим способом доказать свою необходимость,Гурам Хотивари почти единогласно был избран на место убитого «Михо». На этотраз за него был сам Давид и Зураб Ахвледиани не смог возразить. Вечером этогодня на подмосковной даче одного из руководителей «Континенталь-банка»состоялась встреча руководителей кавказских группировок.

Так как на встрече должны были обсуждаться крайне неприятныеи щекотливые темы, было решено, что от каждой группировки приедут по двачеловека. Артур Саркисян приехал со своим другом и руководителем службыбезопасности банка Кареном Погосовым. Рафаэль Багиров, не доверявший никому, втом числе и своим землякам, решил, что будет правильно, если с ним поедет СашаХряк, заменивший Василия Черного в его довольно солидной группе. Гурам Хотиварии Зураб Ахвледиани приехали каждый со своей охраной. В виде исключения былоразрешено присутствовать и самому Давиду Гогия, находившемуся пока в Москве.

Приехавшие были деловыми людьми и поэтому на столе кроме чаяи сухих бисквитов ничего не было. Изображаемые в литературе и кино шумныезастолья главарей мафии не имеют ничего общего с реальней жизнью. На самомделе, во время переговоров и тем более деловых встреч они не только не пили, нои не обедали, справедливо полагая, что незачем обедать со своим потенциальнымконкурентом. Лишь необходимость объединения перед лицом грозного врагазаставляла их объединиться.

Совещание на правах хозяина открыл Артур Саркисян. Немногозадыхаясь, он рассказал о последних событиях, добавив, что финансовые схваткимежду «Гамма-банком» и «Континенталь-банком» уже начались. Убийство «Михо»,Арчила Гогия, Василия Черного были занесены в пассив. Активные действия ГурамаХотивари, сумевшего узнать о прибытии боевиков Рябого и уничтожить их, былизанесены в актив. Убийство Зыкова не вызвало особых вопросов, все знали, чтоего убирали люди находившегося здесь вместе с Багировым Саши Хряка. Саркисян снеудовольствием подумал, что у азербайджанской группировки более тесные связи сподмосковными славянскими группами, чем у него. Такой опасный перекос нужнобыло срочно устранять. Однако выводы он оставил при себе, закончив сообщениелишь напоминанием о том, что война гибельна для обеих сторон.