Охота светской львицы - Анна Ольховская

Но с любопытством поглядывающее на нас из-за горизонта солнце подстегивало меня лучше любого кучера. Стиснув зубы, я гребла и гребла, не выпуская из виду вожделенный мыс. И он приближался! Мучительно медленно, практически неуловимо, как движение часовой стрелки на часах, но приближался!

Не знаю, сколько я продержалась. Мне казалось, что целую вечность, но, скорее всего, минут тридцать-сорок, от силы час. А потом руки послали меня к чертовой бабушке и отказались работать. Морской капустой болтались они в воде и абсолютно не реагировали на команды нервных окончаний, от чего последние разнервничались еще больше. От бессилия я готова была заплакать, солнце уже встало над горизонтом и забрасывало нас своими зайчиками, до цели нашего заплыва оставалось метров двести, а я висела на веревке, словно поплавок.

Что бы я делала без Лютика? Он снова перехватил у меня эстафету и поволок катер с бесполезным поплавком к мысу.

И вот уже осталось пятьдесят метров… двадцать… пять… Ура! Мы справились! У Лютика, наверное от радости, открылось второе дыхание, его последние гребки были на удивление сильными, катер лихо выплыл за мыс и…

От неожиданности я ахнула, соленая вода, воспользовавшись моей оплошностью, хлынула в мои легкие. Я начала захлебываться, с головой ушла под воду и забилась, словно пойманная рыба.

Сразу за мысом на волнах качалась белоснежная яхта, на палубе которой в шезлонге сидел господин Винников собственной персоной и приветливо нам улыбался. Вокруг него живописно расположились все те же особи, которые купили девочек, моя старуха, впрочем, тоже была там.

Хлопнула пробка, и шампанское плюнуло в Винникова, видимо, прочитав мои мысли. Но эта сволочь ловко увернулась и разлила пенящуюся жидкость по бокалам:

– Итак, господа, согласитесь, стоило чуть-чуть потерпеть, пожертвовать парой часов сна, чтобы потом получить свои призы в такой пикантной ситуации! Помнится, герой Папанова утверждал, что шампанское по утрам пьют или аристократы, или дегенераты, так он был прав! – патетически возвысил голос Матвей и поднял руку с бокалом. – За нас, за аристократов духа, за хозяев жизни!

– Не заговаривайся, плебс, – нашла в себе силы мило улыбнуться я. – К вам, отходы, в основном относится второй эпитет – дегенераты духа и дегенераты по жизни.

– Поздравляю, Элеонора Иннокентьевна, – Винников отсалютовал бокалом старой жабе, – вам на этот раз достался оч-чень перспективный экземпляр! Справитесь ли?

– Ну что вы, Матвейчик, – липко хохотнула жаба, – конечно, справлюсь! Вы мне ее сегодня отдадите?

– Элеонора Иннокентьевна, миленькая, – приобнял кучу жирной плоти за плечи Винников, – вы же знаете условие Жанны.

– Да знаю, знаю, – махнула лапкой Элеонора. – Но ведь она улетела, отдайте мне мою прелесть сейчас, а когда Жанна вернется, я что-нибудь придумаю.

– Нет, увы – нет, – со вздохом ответил Матвей. – При всем моем уважении – нет. Иначе пострадает моя репутация. Все ведь знают, что слово Винникова нерушимо, верно, друзья? – повернулся он к остальной биомассе.

– Верно! – забулькала она. – Мы ждали, и ты, Нора, подождешь. Поверь, предвкушение удовольствия не менее сладостно, чем само удовольствие. Ладно, Матвей, давай возвращаться!

– Конечно-конечно, – закивал Винников, – только вытащим из воды эту парочку, я сейчас своим ребятам прикажу.

– Не надо, – процедила я, – мы сами справимся, – и обратилась на английском к Лютику, безжизненно смотревшему на такой близкий и одновременно такой далекий берег. – Тхан, давай на катер, к девочкам. Еще не все потеряно, вот увидишь.

– Конечно, увидит, – тоже на английском пообещал Винников, глядя на Лютика глазами акулы. – И остальные аборигены увидят, как хозяин наказывает за вредительство. Тхан, ты хотел залезть в мой карман, украв мой товар. Теперь ты сам станешь товаром. Я отдам тебя гостям. И всю твою семью – мать, отца, сестер и братьев, – Лютик, уже поднявшийся на катер, побледнел так, что лицо его стало пепельно-желтым. Заметив это, Матвей довольно захохотал: – Что, проняло? «Его пример – другим наука», – на русском процитировал он «Евгения Онегина» и, повернувшись к смакующим шампанское организмам, сказал:

– Эта желтая обезьяна думала, будто сможет меня обмануть! Он, похоже, решил, что я нанимаю в охрану полных дебилов, которые не заметят, как он передает записку охраняемому объекту, а потом с радостью выпьют пиво, которым наш разлюбезный Тхан ни с того ни с сего решил их угостить. И вспыхнувший у него внезапно интерес к одному из катеров тоже не остался незамеченным. Сложить все это в целую картину, согласитесь, труда не составляло, поэтому я и пригласил вас вчера вечером на увлекательнейшую прогулку на яхте. Мы славно отдохнули, а потом не менее славно повеселились, наблюдая на наших мониторах реалити-шоу. Ну что, «последние герои», – обратился Винников к нам, – вы небось и не догадывались, что и территория отеля, и катер – все было напичкано видеокамерами, транслирующими все ваши передвижения! А было забавно, верно? – он снова повернулся к радостно скалящейся компашке.

– Не то слово! – квакнула Элеонора. – Эти девчонки просто уморительны в своих кругах, а уж когда они стали обвязываться веревкой, чтобы не потеряться в темноте… – взмахнув дряблыми лапками, она визгливо захохотала, отчего ее телеса завибрировали, причем частота вибраций отдельных частей тела различалась, что в целом являло захватывающую картину.

Вот так, с шутками и веселым смехом, двинулись мы обратно. Оживление, царившее на яхте, резко контрастировало с настроением на нашем катере. Поскольку к нам присоединились двое из охраны Винникова – один расположился на носу, а другой – на корме катера, разговаривать мы не могли. Да и не хотели. Все, даже дети, понимали, что мы проиграли. Естественно, нам с Лютиком приходилось хуже всех, ведь мы-то знали совершенно точно, ЧТО ждет девочек и нас.

Берег приближался гораздо быстрее, чем недавно удалялся. На пляже уже собрались остальные гости. Среди них выделялся белесой кожей и внушительными размерами какой-то жуткий толстяк, которого я раньше не видела. Винников помахал ему рукой:

– С приездом, Арчибальд Игнатьевич!

– Спасибо, – утробно рыкнул урод. – С удачной рыбалкой тебя, Матюша! Наслышан, наслышан о ваших забавах, ну ты и затейник!

– На том стоим, – Винников скромно потупил глазки.

В этот момент яхта пришвартовалась к пирсу. Наш катер тоже подтянули, и охранники начали выталкивать нас вон. Девочки по-прежнему были в кругах, да еще и связаны одной веревкой. От страха они совсем растерялись, тянули в разные стороны, падали, чем вызывали еще более бурное веселье у благодарных зрителей.

Наконец нас согнали всех вместе, в том числе и Лютика. Девочки хотели снять круги, но Винников распорядился оставить все как было, особи решили пофотографироваться на нашем фоне.

Тусовка на пляже была в самом разгаре, в руках у некоторых появились видеокамеры, когда кто-то крикнул;

– Эй, смотрите, вода ушла!