Охота светской львицы - Анна Ольховская

Снимки стали расплываться перед глазами, я по ставшей уже любимой привычке собралась было хлопнуться в обморок, но какая-то деталь царапнула мое меркнущее сознание. Сознание истерически заверещало и принялось отбиваться от царапающейся гадости. И попробуйте в таком дурдоме улечься в обморок! В общем, когда Сергей Львович попытался отобрать у меня газету, я вцепилась в нее так, что чуть не порвала:

– Подождите, здесь что-то не так, дайте я еще посмотрю!

– Здесь все не так, – стиснув зубы, проговорил генерал. – Я отдам снимки на экспертизу, возможно, они смонтированы. Если же нет… – Стараясь не смотреть в мою сторону, Левандовский набрал номер и сказал кому-то: – Немедленно отправить в клинику Карманова дополнительных людей, усилить охрану, контакты Майорова свести до минимума, к нему пока не пускать никого, включая его администратора.

– Сергей Львович! – протестующе завопила я, но генерал поднял руку, словно пытаясь отключить звук в устройстве под названием «Анна Лощинина».

– Я понимаю твои чувства, Аня, но пойми и ты. Количество доказательств вины Алексея растет, вот это, – потряс он газетой, – уже серьезно, тем более что машина на снимке с моей внучкой точно его. А в пользу Алексея – лишь его слова и дружба, которая нас связывает. Я и так сделал все возможное, чтобы помочь Майорову, но судьба Инги для меня гораздо важнее, чем судьба Алексея, ты уж извини.

– Да понимаю я все! Но выслушайте же меня, наконец!

– Ну что еще ты хочешь сказать? – устало проговорил Сергей Львович.

– Посмотрите на снимки внимательнее, – заторопилась я, – особенно на тот, где эти уроды раздеты. Видите, вот, лже-Майоров руки растопырил?

– И что тут необычного?

– А то, что это точно не Лешка, и я могу это доказать! – торжествующе закончила я.

– Каким образом? – генерал оживился.

– Дело в том, что у Лешки на правом боку, под рукой, есть шрам довольно причудливой формы, напоминание о хулиганском детстве. Этот шрам совершенно не виден под одеждой, и даже под Лешкиными разлетаистыми сценическим костюмами, поэтому о нем никто не знает.

– Кроме тебя? – уточнил, улыбнувшись, Сергей Львович.

– Кроме меня, – изо всех сил постаралась не покраснеть я, – так вот, здесь лже-Майоров без рубашки, и, будь это действительно Лешка, шрам был бы виден под поднятой рукой даже на газетном снимке, уж очень он необычный. А у этого кожа гладкая, вы присмотритесь!

– Ну-ка, ну-ка, – Левандовский, развернув газету снова, начал внимательно разглядывать фото. Наконец он поднял голову, взгляд его потеплел:

– Повезло Алексею, ох, как повезло! Что бы он без тебя делал!

– Но как же, – едва слышно проговорила Алина, – ведь этот, на снимках, просто вылитый Алексей.

– Не думаю, – возразил генерал, – крупных планов здесь нет, снимки не очень четкие, это, скорее всего, двойник.

– Ну конечно! – воскликнул Артур. – Вспомните, как Алексей водил за нос Жанночку с помощью своего двойника, Гриши Таратайкина. Тот мог добиться потрясающего сходства с Майоровым, чем Алексей и воспользовался.

– А Жанна ему отплатила той же монетой, – задумчиво проговорил Сергей Львович, – причем в тройном размере. Не сомневаюсь, что на первом снимке – девчушки, упомянутые в первой статье. Мою внучку туда сунуть эта гадюка не рискнула, но все же задействовала в этой грязи.

– Господи, бедные малышки, – Алина залилась слезами, – бедная моя доченька, до каких же пор эта сволочь будет измываться над нами, когда же вы поймаете ее!

– Поймаем, Алинушка, обязательно поймаем, – поднялся Сергей Львович, – а сейчас я поеду к Алексею, надо предупредить его о возможных осложнениях, пусть будет готов к любым неожиданностям. Дополнительные люди, которых я послал туда, лишними в сложившейся ситуации точно не будут.

– А мне можно с вами? – заранее зная ответ, жалобно спросила я.

– Пока нет, – генерал был непреклонен.

– Тогда отмените распоряжение насчет изоляции Лешки, пусть хоть Виктора к нему будут пускать, а?

– Это – пожалуйста, – Сергей Львович улыбнулся. – Так, я уехал, ты, Артур, побудь с девочками, может, они все-таки закончат обед готовить.

– Скорее, ужин, – проворчала я.