Цветочное алиби - Дарья Калинина

– А если вспомнить?

– Ну, вроде бы Геннадий за день до того или чуть раньше собирался один топор отдать в мастерскую.

– Топор?

– Ну да, топор.

– А… А зачем в мастерскую?

– Так в ремонт. Топорище там вроде бы расшаталось. Или трещина на обухе появилась. Да я особенно не прислушивалась к его болтовне. Оно мне надо! А что вы про этот топор вдруг вспомнили?

Так ей все и скажи! И вместо ответа Мариша спросила у служанки:

– А где ты сама была в это время?

– Когда хозяйку убили?

– Да.

– Дома была, – пожала плечами Алена. – Где же мне еще быть? Чтобы по кино или по ресторанам ходить, деньги нужны. А у нас с Василием с наличными денежками всегда туго было. Только тогда мы их и видели, когда по магазинам ездили, чтобы по Рининому списку товар для дома закупить.

– А кто может подтвердить твои слова?

– О чем?

– Что ты была дома.

– Муж может. Он со мной дома был.

Вот уж чьи слова Марише точно не были нужны!

– А кроме Василия?

– Погодите, – нахмурилась Алена. – Мы же с мужем и не дома вовсе были.

– А где?

– В магазин ездили. У нас как раз овощи к концу подошли. Ну, мы в супермаркет и отправились.

– В восемь часов вечера?

– А что такого? Нынче магазины круглые сутки работают. И днем, и ночью. А поздно вечером или ночью там еще и лучше. Народу меньше. И выбор лучше. И нервы в очередях трепать не нужно.

Кстати, с нервами у Алены были явные проблемы. Сейчас она снова вдруг заревела белугой:

– Вы чего, меня и мужа подозреваете? Что это мы хозяйку убили? Так не делали мы с ним этого. Не делали! Ой, да что же это творится! О-о-о! Бедная я и разнесчастная!

Теперь даже упоминание о муже не помогло привести ее в чувство.

– Позовите его! Позовите, пусть он вам то же самое скажет! О-о-о! Как я это переживу!

Гости, заглядывая на кухню из большой залы и привлеченные громкими воплями, сочувственно покачивали головами и, перешептываясь, осторожно на цыпочках удалялись! Такая преданность – шептались они. Как бедная женщина убивается по своей хозяйке! Таких слуг нынче поискать нужно!

– Слушайте, чего она так вопит? – поежилась Аю, когда рыдания Алены достигли критических высот и ни холодная вода, ни теплое участие не помогали. – Надо позвать этого Василия, или кто он там. Пусть угомонит супругу, пока она на ноги весь дом не подняла.

– Я схожу, – поспешно откликнулась Мариша, радуясь возможности слинять подальше от голосистой Алены.

Поиски Василия что-то затянулись. Мариша обошла весь дом, но мужика так и не нашла. Все клялись, что он был где-то рядом, что-то подносил, что-то переносил, суетился. В общем, все его видели буквально несколько минут назад, но никто не мог сказать, куда он делся теперь.

Обыскав дом и счастливо избежав столкновения с обманутой невестой, Мариша наткнулась на Геннадия.

– А-а-а… – ничуть не обрадовался он при виде Мариши. – Все-таки пришли.

– Да. И уже ухожу. Вы не знаете, где Василий?

– Василий? Нет, не знаю. А зачем он вам?

– Хочу спросить кое о чем. Кстати, вас я тоже хочу спросить.

– Да? Ну… Спрашивайте.

По лицу Геннадия было видно, что ничего приятного он от Маришиных расспросов не ждет. Одна докука.

– Я насчет топора.

– Какого топора? – не понял и очень удивился Геннадий.

– Ну, того самого, что висит у вас в библиотеке среди прочего оружия. Такой красивый топор с длинной рукояткой необычной формы. Помните?

– Ну, есть такой. И что дальше?

– Верно, что вы отсылали его в мастерскую?

С ответом Геннадий затянул.

– А в связи с чем вы это спрашиваете? – наконец произнес он.

– В связи с убийством.

– Но бедную Рину задушили. При чем тут топор?

– Ее-то задушили, – согласилась с ним Мариша. – Но еще одного человека зарубили. И зарубили между прочим в вашем ресторане.

– Ах, вот вы о чем! – догадался Геннадий. – И вы думаете, что зарубили его нашим топором? Ну, знаете… Это уже ни в какие ворота не лезет! Сначала вы придумываете, что убийца Рины вовсе не Серов, а кто-то другой. А теперь обвиняете членов моей семьи в убийстве бывшего мужа певички!

Вид у Геннадия был возмущенный до предела. Однако Мариша все же попыталась его вразумить.

– Послушайте, – сказала она, – у меня есть основания полагать, что этот топор…

Но Геннадий не дал договорить Марише.

– Не желаю слушать! – закричал он. – Не желаю слушать ваши бредни! Убийца Рины – это Серов. А насчет топора… Да, у меня были планы… отправить его в мастерскую. Но после всех событий, после смерти Рины, сами понимаете, мне стало не до наведения порядка в коллекции. Так что наш топор все время был у нас дома. Никто и никуда его не возил!

После этого он круто повернулся и ушел, оставив Маришу с неприятным осадком в душе. Однако, постояв на месте и продолжив мысленный диалог с упрямым Геннадием, Мариша переключилась на более насущное. На кухне рыдала Алена. А Мариша уже пришла к выводу, что искать ее мужа Василия в доме бессмысленно. Его тут не было.

– Наверняка он где-нибудь во дворе.

У Рины позади дома было несколько бытовок, там жили рабочие, которые возводили дом. Бытовки им потом были уже не нужны. Так что они остались в собственности у Рины. И Василий соединил эти бытовки, превратив их в мастерскую. Вероятно, он и сейчас там, подсказали Марише.

Одна загвоздка, как пробраться к мастерской через двор, где бегают два злобных чудовища?

– Не беспокойтесь, – сказала Света, к которой Мариша обратилась с этим вопросом. – Собак взяли на поводок, как только приехала Ульяна. Она их никогда не видела прежде и страшно испугалась наших собачек. Хотя, если честно, то я ее не понимаю. Наши песики еще ни разу никого не обидели. Это они на вид такие страшные. А в душе сущие щенята. Все бы им резвиться да играться. Такие проказники!

Но встречаться с полутораметровыми «проказниками» да еще в темноте Марише что-то не хотелось. Мало ли какие шутки придут этим монстрам в голову? Может быть, они сочтут, что покусать гостью – это очень даже забавно и весело!

– Точно псы заперты?

– Совершенно точно. Василий сам их взял на поводок, а потом отвел в будку.

Поколебавшись, Мариша все же вышла во двор. Тут было темно и тихо. Мариша двинулась в сторону сарайчиков, где устроился Василий со своими инструментами. Но вдруг замерла, привлеченная чьими-то голосами. Они доносились не из дома. Но вот откуда, этого Мариша понять не могла.