Игры больших мальчиков - Ольга Славина

— Обалдеть!

Надежда имела в институте твердую «пятерку»

по лексике и фразеологии современного русского языка, но не нашла других слов, чтобы прокомментировать Катин рассказ.

Надя еле дождалась конца рабочего дня. В «Горчакове и партнерах» творилось что-то невообразимое. Руководства или не было совсем, или оно было не в себе. Почему не явился Черкасский, все узнали из новостей. Правоохранительные органы в кратчайшие сроки раскрыли субботнее убийство в театре, мало того, предотвратили воскресную бойню. Но Горчаков также отсутствовал. Неужели они были заодно?

Ксюша и Лада явились в офис, даже забыв нанести макияж. Еще можно смириться с тем, что один красивый и богатый если и женится теперь, то свидетелями на свадьбе будут замполит и начальник колонии. Но чтобы общество потеряло сразу двоих завидных женихов! С кем же тогда устраивать демографический взрыв? Не с инструктором же по фитнесу…

Валерия Суровцева вполне могла сменить фамилию на Ступорова. Она находилась на рабочем месте, но отказывалась отвечать на телефонные звонки, а, читая документы, повторяла трагическим тоном лишь одно:

— Это никуда не годится. Надо переделать…

Когда она точно так же завернула выписку из Жилищного кодекса Российской Федерации, коллектив понял, что производственный процесс на грани срыва. Нервного.

Что ж, это можно понять. Все испытали шок от того, что Черкасского опять арестовали. В первый раз можно было подумать: ошибка или происки ревнивого олигарха, к жене которого владелец ресторана «ГоряЧее» воспылал горячей же страстью. Но дважды в одну воронку, вернее, в одну камеру… И все указывало на то, что на этот раз Олегу долго не увидеть ни устриц, ни стриптизерш. Три убийства за ним числятся уже точно, а насчет того, как квалифицировать смерть Волконского, следствие пока не определилось. Кстати, ведет его, конечно, не Фома Сильянов. В отношении него самого начата служебная проверка.

Катя узнала все это из интернетовских новостных сайтов. А после работы Надежда взяла ее в оборот и под руку и привела в пиццерию. Туда же подтянулась и Мила, которая не знала, плакать ей над потерей самого дорого одетого из своих ухажеров или смеяться, что она еще легко отделалась. Первая его жертва уже холодного пива не выпьет и толстый кусок пиццы с курицей и шпинатом не съест.

— Все-таки интересно, совладелец-убийца — это позорное пятно на репутации юридической фирмы или дополнительная реклама? — заду малась Надежда. Ей не хотелось потерять работу из-за криминала, пусть и ВИП. — Это прокурору судимость карьеру портит. А адвокат с темным прошлым становится ближе и понятнее клиенту, чем какой-нибудь примерный семьянин, что вместе с женой и детками солит помидоры на зиму.

— Это точно, — кивнула Мила. — Зло так обаятельно. Проверено на мне! Олег явился в наш ар хив, вальяжный, улыбающийся, поигрывая ключами от Lamborghini Diablo. Я специально уточняла модель…

— Diablo? Это дьявол, что ли? Самая подходящая машина для Черкасского, — провела лингво-стилистический анализ Надя.

— Так вот, явился он в наш архив, такой невозможно богатый, стильный, сильный…

— Да мы его не видели, что ли? Дальше-то что было?

— Так вот, явился и говорит: к вам, мол, мой дедушка — князь Черкасский — заглядывал недавно. И забыл свою тросточку. Пожилой человек, что с него возьмешь. А тросточка не простая, а с золотым набалдашником в виде змеи. А глаза у змеи — настоящие изумруды. Короче, не тросточка, а клад. Не находили, спрашивает. Я про себя думаю: если бы нашли, тут бы уже не работали, отдыхали бы где-нибудь в бунгало на берегу… Ну и слово за слово, прокатил он меня на своем «дьяволе». Через день янтарь подарил. Я решила: ладно, начинает с малого — дальше будет больше. Вот как такому откажешь? У Толика, который за мной ухаживает, ни тросточки с изумрудами, ни дедушки-князя, ни «дьявола». Вместо этого «восьмерка», мама с дачей в деревне Трухляево и фирма по мойке окон.

— Отлично! Парень борется с грязью. Дело нужное, — оценила Надежда. — Самой опять же газетами по стеклу елозить не придется.

— Вот-вот, — поддакнула Катя. — А от миллионеров лучше держаться подальше, и от «дьяволов» тоже…

— Кто бы говорил, — хмыкнула Мила. — Ты сама, Чижик, теперь миллионерша. Сколько, по-твоему, стоит квартирка в районе Патриарших? Конечно, Черкасский немного поколебал мою веру в богатых людей. Но качку я переношу спокойно, если это качка на какой-нибудь яхте.

— Да все мы мечтаем о яхте, а плаваем на надувном матрасе, — философски заметила Надя. — Так что, Мил, хватай своего Толика за швабру, пока другие девушки с пыльными окнами не схватили. Хорошо, что хоть Чижова научилась трезво смотреть на жизнь, а не витать в облаках в небе над Аустерлицем. Эта история вообще пошла тебе на пользу, Катя. Еще одна работа и еще одна зарплата — это раз. Впечатления от Милана — это два. Повышение самооценки — это три.

— Вообще-то очень скоро после Милана моя самооценка оказалась где-то в Тихом океане, в той самой впадине, которая самая низкая точка земной поверхности.

— Марианская впадина, одиннадцать километров, — подтвердила Надежда учительским тоном. — Возможно, твоя самооценка там и побывала, но потом-то она поднялась на балкон. Кать, это ведь ты вывела злодея на чистую воду. Ведь страшно было, да? Но ты не рыдала и не умоляла о пощаде. Да ты допрашивала его. Ты — молодец!

— Надь, ты что, с географом встречаешься? Или с психотерапевтом? — улыбнулась Катя.

— Я встречаюсь со своим мужем, к счастью, редко. И он после пива или уже лыка не вяжет, или посвящает меня в технологию заливки бетона. Но почему-то никогда не спросит, как дела у меня. Что ж делать, мне достался не самый лучший надувной матрас…

— Знаешь, можно обойтись и без яхты, и без матраса, — объявила Катя. — Предпочитаю свободное плавание.

И не нужны ей никакие мужчины. Ни богатые, ни бедные. Она сама и окна помоет, и на билет в Ла Скала заработает. Когда-нибудь. Зато ни от кого не зависеть, ни под кого не подстраиваться. Светик боится, как бы не увели. А мама и Надя беспокоятся, привели бы домой. Кате такие проблемы ни к чему. Настоящих мужчин она поищет в энциклопедии. Туда абы кого не записывают.

Хотя, конечно, нельзя сказать, что ее совсем не интересовал сосед. И то, что происходило у его двери. А происходило там странное. Разные люди в разное время приходили, звонили, стучали. Но не получали ответа. С утра Катя в окно видела Аллу Станиславовну. Когда возвращалась домой, звонок мучил Сергей Михайлович.