Комната старинных ключей - Елена Михалкова

Илюшину хватило минуты, чтобы уловить главное в сбивчивом рассказе Полины.

– Серега, дай телефон, – попросил он.

Сам набрал номер Ковальского, выслушал гудки.

– Да, действительно. Полина, вы уверены, что его нет в доме? Может, дадите нам ключи, и мы сами все осмотрим?

Но Полина так испуганно замотала головой, что Макар отступил.

– Ладно, нет так нет. Давайте снова: где, когда, во сколько видели в последний раз.

Они слушали ее с серьезными лицами. Полина боялась, что над ней будут смеяться или просто отмахнутся от ее слов. Но этого не произошло. Сергей что-то быстро записывал, Илюшин расспрашивал. Потом оба встали.

– Оставайтесь здесь, – попросил Макар.

– А вы?

– Мы прошерстим лес вокруг дома и вернемся, – сказал Бабкин.

– Можно мне с вами?

– От вас больше пользы будет здесь.

И ушли. Отсутствовали они не меньше получаса, и за это время Полина извелась. Чтобы хоть чем-то занять себя, она спустилась в кухню, выслушала повествование Клары Ивановны о том, как прошел обед, и без аппетита съела две ложки супа.

Мысленно Полина бродила по лесу с Бабкиным и Макаром. Повариха, заметив ее рассеянность, умолкла и быстро убрала со стола.

– Может, чайку, Полина Аркадьевна?

Девушка вздрогнула и очнулась от забытья.

– Что? А, нет, спасибо. Клара Ивановна, я бы вас отпустила домой, но ведь даже отвезти некому.

– А я бы и пешочком прогулялась, – оживилась женщина. – Погода хорошая, пару километров что не пройти? Если автобус пойдет, так помашу, он меня подберет.

Полина представила, как толстенькая розовощекая повариха бредет одна по извилистой лесной дороге, и заколебалась.

– А то в доме мне как-то неуютно, – понизив голос, призналась Клара Ивановна. – Пока готовлю, так ничего. А как сяду без дела, то сразу не по себе. Как будто кто-то подглядывает за мной.

Полина испуганно посмотрела на нее.

– Ужин у меня есть, только разогреть! – замахала руками Клара Ивановна, неправильно истолковав ее испуг. – Я потом и вернуться могу, накормить этих троглодитов… Ой!

Она по-детски зажала рот пухлой ладошкой.

– Простите, Полина Аркадьевна, сорвалось!

– Ничего, – вздохнула Полина, в глубине души согласная с этой оценкой. – В самом деле, идите, Клара Ивановна. А вечером я сама справлюсь. Только скажите, что вы приготовили.

Пока повариха объясняла, Полина машинально кивала. Значит, Клара Ивановна чувствует себя неуютно…

– А давно у вас это? – вдруг спросила она, перебив повариху на полуслове.

– Что? Рыба? Так на той неделе привезли.

– Нет, я о другом… То, что вы мне сказали про подглядывание.

Клара Ивановна задумалась.

– А вот как гости приехали, так и началось. Еще этот, рыжий, ходит и везде вынюхивает!

– Воловик?

– Точно, он. И грузина, куда ни пойдешь, везде встретишь. А на женщину и вовсе смотреть сил нет.

– Почему?

Повариха оглянулась вокруг и наклонилась к Полине:

– А вы за ней понаблюдайте. Ее как будто червяк точит. Беспокойная она, неприкаянная, как кукушка.

Она вытерла руки полотенцем и аккуратно сложила его на краешке стола.

– А вообще-то неправильно это все.

– Что именно?

– То, зачем они приезжают. Ключи эти…

Полина так изумилась, что даже не нашлась, что спросить. Повариха сама ответила на незаданные вопросы.

– Я их особо не слушаю, но они ведь говорят за столом-то. Еда всем языки развязывает почище выпивки. Я давно поняла: если надо от человека что-то узнать, посади его за тарелку хорошего борща. Да сало рядом положи. Он тебе сам все расскажет, пока ложкой стучит.

– Вам бы в шпионах цены не было, Клара Ивановна, – только и смогла выговорить Полина. – И что же наши гости?

– Так болтают же! На меня не смотрят, я для них пустое место. О ключах говорят, вспоминают, кому что помогало… Хоть уши затыкай, честное слово.

Полина села. Вот что значит один пропущенный обед и ужин. Если бы она присутствовала, то не дала бы развиться теме. Или хотя бы отправила Клару Ивановну подальше.

– Вы не беспокойтесь, я никому не скажу. – Повариха наклонилась к Полине. – Только все равно это неправильно.

– Что именно?

– Они думают, что всегда найдется человек, который даст им ключ. Хлоп! – и все беды закончатся. Некоторые ведь не в первый раз приезжают. Случилась неприятность, и они к Анжею Михайловичу бегут, чтобы он, значит, все сделал за них. Только ведь неприятность без причины не случается. Из нее человек должен какой-то вывод сделать, сам выбраться. Хотя бы попробовать! Лапками побить…