Пятый туз - Анатолий Галкин

– Ты на себя это когда-нибудь надевала?

– Нет.

– Зря!.. Давай, когда все это утихнет, поедем в лес, разведем костер, наденем на себя все это и будем беситься… Все поедем. И Липкина возьмем, Олега, Игоря…

– Надо только побольше крема для обуви захватить, темно-коричневого. – Они переглянулись и рассмеялись, представляя картину вселенского шабаша.

Галаева продолжала осматривать маленький музей.

Одна из стен была явно пиратской. На ней разместились мушкеты, сабли, кинжалы, абордажные крючья, веревочная лестница. Под самым потолком, завершая композицию, было прикреплено черное полотнище «веселого Роджера» с лохматыми краями и тремя дырками от пистолетных пуль.

– Это все настоящее? – не удержалась Раиса Павловна. – Флаг этот, ружья?..

– Очень мало настоящего. Почти все – бутафория. Хорошо сделано, под старину… Специально коптят, пачкают, царапают, но все – бутафория… Правда, есть несколько вещей старинных. Вот этот пистолет – дуэльный, из мастерских Липажа… Но он не пиратский. Это пушкинские времена.

– И это все вы там покупали, в Африке, в Индии?

– Что-то сами, что-то нам дарили друзья… Муж у меня любил это. А мы так много по миру поездили. Успели…

– Варя. А муж? Он…

– Погиб… Давай не будем об этом… Завтра на новую квартиру поедем. Я вот что тебе не сказала, Раиса Павловна: нам удалось только однокомнатную квартиру снять.

– Ну и что?

– На два месяца.

– Ну и что?

– Тебе придется долго с Липкиным в однокомнатной квартире жить.

– Ну и что?

Подобранная в такой спешке квартира находилась в поселке Воскресенское.

Для «Совы» неоспоримое преимущество было в ее близости от Москвы и наличии городского телефона.

Старые кирпичные пятиэтажки располагались на краю городка. Окна квартиры выходили в парк с огромными столетними липами. Вероятно, где-то рядом должна быть барская усадьба или то, что от нее осталось.

Поскольку все необходимые инструкции были даны еще в Москве, то уже через двадцать минут после приезда Илья понял, что им с Варварой «пора и честь знать».

Он решительно положил на стол ключи:

– Загостились мы… Навестим вас послезавтра. Через день будем приезжать. А вы – ни шагу в Москву. Телефон не используйте. В крайнем случае – связь через мою сестру…

– Илья Николаевич, – Галаева кокетливо подняла на него глаза, – когда экзамен будем сдавать?.. Вы нам уже две лекции прочитали, передали памятку, а сейчас вроде последней консультации… Когда экзамен-то?

– Да, я повторяюсь… Хотя и экзамен бы не помешал!.. Я вот когда на границе служил, то постоянно, бывало, десять раз кому-нибудь говорил: стой здесь, смотри на море. Проверяешь его через час: он лежит и смотрит на горы… Поехали, Варвара. Пусть ребята устраиваются. Привет!

Галаева первый раз осталась наедине с Липкиным. Первый раз после необыкновенного спасения на даче…

Она хорошо помнила его ошалевшее лицо, когда он с букетом подполз к решетке подвального окна.

Она помнила его мальчишескую гордость, когда он связал ее тюремщика и сверху вниз посмотрел на поверженного противника… Точно, что мальчишескую! А сколько ему лет? Тридцать или уже тридцать пять? А ей всего сорок пять…

Он действительно спас ей жизнь!.. Ее через день или два очень просто могли… ликвидировать… И лежала бы она сейчас в лесочке…

– Итак, Аркадий, что будем делать?

– Время позднее… Вина нам не оставили – новоселье переносится на завтра. Сейчас надо чай готовить и спать.

– Вот об этом я и говорю. Я на кухне спать не буду.

– О чем разговор? Я лягу… Постелю себе на полу. Кстати, там кафельный пол, вы заметили, Раиса Павловна?

– Это исключено, Аркадий. Я запрещаю вам спать на каменном полу.

– И что вы предлагаете?

– …Диван здесь очень широкий. Можно в разных концах, очень аккуратно.

– Согласен.

– И под разными одеялами!

– Согласен.

– Впрочем, сейчас лето, одеяла можно и не доставать.

– Согласен… Я пойду чай поставлю, а ты, Рая, стели, у тебя это лучше получится.