Хозяйка книжного магазина - Наталья Солнцева

— Ты же только посредник! — усмехнулся Леонард.

Женщина промолчала. «Значит, не Тутмос стоял у истоков, — подумала она. — Все гораздо более… грандиозно и невероятно. Этого просто не может быть!»

— Двенадцать тысяч лет назад, — торжественно произнес Войтовский.

— Атлантида?

Они будто читали мысли друг друга.

— Теперь ты понимаешь, что поставлено на карту?

Герцогиня закрыла глаза и вздохнула.

— Я все сделала… все! Остается уповать на провидение!

* * *

Он приподнял веки… вокруг сияла белизна, яркая до боли. Подумалось: это смерть. Вот она какая — нестерпимый свет, который сжигает грешников.

Веки сомкнулись, и спасительная чернота унесла его прочь от расплаты за жизнь земную.

Он проспал несколько часов, а когда проснулся, увидел у своей кровати мужчину с красивым лицом и широкими плечами. Женщины таких обожают. Что он здесь делает?

— Пришел в себя? — обрадовался мужчина и наклонился. — Ну ты, брат, шутник! Извини, что я на «ты», — сейчас не до церемоний.

— Ни-че-го…

— Врачи сказали, опасности для жизни нет. Рана большая, но поверхностная… внутренние органы не задеты. Края разреза ровные, зашили, и все! Заживет, как на собаке. Тот мужик с рюкзаком жизнь тебе спас. Если бы он не разозлился и не начал толкаться… держал бы ты сейчас ответ перед Богом, а не со мной беседовал.

«Мне знакомо его лицо, — подумал раненый. — Откуда? Кто этот человек?»

— Я с тобой всю ночь просидел, — продолжил красивый мужчина. — У тебя был нервный шок, и после наркоза ты долго спал. Тебе лучше?

Раненый вздохнул, пелена в его сознании начала растворяться. В замедленной памяти возникла толпа, шум приближающегося поезда… крепкая матерная ругань, разъяренный мужик с огромным рюкзаком… мощный толчок, боль в боку… слабость в ногах, крики, расплывающиеся перед глазами склоненные фигуры людей… дурнота…

— Что… что со мной случилось? — едва ворочая пересохшим языком, спросил он.

— Тебе повезло, Стас! — улыбнулся смутно знакомый мужчина. — Ты, наверное, в рубашке родился. Или ангел-хранитель расторопный попался, не оплошал.

В уме Стаса постепенно прояснялась картина происшедшего в метро. Его хотели убить! Иначе он не лежал бы в больничной палате… едва дыша и плохо соображая. А этот человек, который сидит рядом, — частный сыщик.

Лампа освещала белые стены, пустую койку напротив, прикроватную тумбочку, на которой стояли лекарства, ваза с фруктами и бутылка минеральной воды.

— Я ведь в больнице? — спросил Киселев. — Мне… делали операцию?

— Легкую. Обработали и зашили рану. Крови ты немного потерял. Скажи спасибо, что у меня есть опыт оказания помощи в боевых условиях!

— Вы… воевали?

— Чуть-чуть, — улыбнулся сыщик. — А ты ничего не помнишь? Кто возле тебя находился в момент удара?

Стас закрыл глаза, старательно пытаясь восстановить обстоятельства нападения. Смирнов ему помогал как мог.

— Вокруг были люди… — пробормотал раненый. — Разные… мужчины и женщины, я к ним не присматривался. Рассерженного великана с рюкзаком помню, толчок помню… а удара в бок… не помню. Только растекающуюся боль и что-то теплое… кровь, наверное. Потом я потерял сознание.

— Эта штука, которой тебя ударили, — нечто наподобие самодельного стилета, — прорезала пальто, пиджак, скользнула по ребрам. Резкий толчок отбросил тебя в сторону и тем самым уберег от проникающего ранения. Чудо! Преступник бросил стилет на пол, под ноги толпящимся людям. Отпечатков пальцев на нем, естественно, не оказалось. Убийца сразу поспешил скрыться… вскочил в поезд, думаю, и уехал. Полиция метрополитена вызвала специалистов, те осмотрели место преступления, нашли стилет, опросили кого смогли… но стоящих свидетелей не нашлось. Вернее, все видели, как тебя толкнули и ты упал, — больше ничего. Внимание окружающих было приковано к мужику с рюкзаком — тот осыпал пассажиров нецензурной бранью, толкался. Возможно, был нетрезв или просто по характеру скандалист такой.

— Его задержали?

Сыщик отрицательно покачал головой.

— Как раз подошел поезд, и дебошир ринулся в вагон, укатил. Вряд ли это он покушался на твою жизнь. Настоящий убийца ловко воспользовался моментом — шум, замешательство, — он бы не стал действовать открыто. Скандалист, с одной стороны, невольно сыграл ему на руку, а с другой — помешал.

— Может, они сообщники? — предположил Стас.

— Вряд ли.

Молодой человек попросил Смирнова приподнять изголовье кровати.

— Мне так будет удобнее, — объяснил он. — Скажите, Веронику убили… таким же орудием?

Сыщик возился с кроватью, выдерживал паузу. Ему не хотелось пугать Стаса, но и лгать было бы неправильно. Наконец он справился с непослушным механизмом и сел на свой стул.

— Примерно…

— Таким же или нет? — настаивал раненый.

— Ну… да, да! Очень похожим, по крайней мере. Стилет — орудие «Алой маски», хотя в твоем случае почерк не их. Они нападают с целью поживиться, попутно убивают, причем исключительно женщин.

— Но ведь у Вероники они ничем не поживились, — возразил Стас. — Забрали только сумочку… там денег было кот наплакал.

Смирнов не знал, чем его утешить.

— В транспорте или на улице «Алая маска» не промышляет, — за неимением лучших аргументов сказал он. — Преступники выбирают мелкие торговые точки, офисы, редко квартиры.

Киселев разволновался.

— Вы обещали мне безопасность! А меня… чуть не убили! — возмутился он. — Не заговаривайте зубы.

— «Чуть» не считается. Ты жив и даже серьезно не пострадал. Зато убийца уверен, что ты мертв.

— Как это? — выпучил глаза молодой человек.

— Я постарался. Сделал вид, что считаю тебя трупом, и громко заявил об этом. Злоумышленник успел это услышать, перед тем как прыгнул в вагон, — я уверен. Он ожидал чего-либо подобного.

Киселев побледнел, судорожно вздохнул, поморщился.

— Больно. О черт… А вдруг он почувствовал свой промах?

Всеслав уже продумал разные варианты.

— Все произошло очень быстро, — сказал он. — Толчок, удар… ты был в пальто и пиджаке… преступник торопился, волновался. Только чрезвычайно опытный, хладнокровный человек мог бы в такой обстановке полностью контролировать свои ощущения. Не похоже, что мы имеем дело с профессионалом высокого класса. Скорее нет, чем да. Он видел, как ты упал, и начал пробираться к поезду, на ходу услышал, что ты убит… вскочил в вагон и был таков.

— Можно надеяться, он не придет меня добивать. Как вы считаете, на меня напал мужчина?

Сыщик отвел взгляд. Он погнался за дамой в оливковом пальто… и ошибся.