Черная полоса везения - Елена Гордина

Сломаны два ребра, вывихнута ключица, ссадины и синяки по всему телу, опухшие губы и полная разбитость во всем теле, словно по мне ездил трактор, я лежала на больничной кровати и плакала. Но лечащий врач сказал, что это отличная реакция на стресс, оказывается, было бы гораздо хуже, если бы я просто молчала.

Вдоволь наревевшись, я успокоилась и задремала, когда ко мне в палату зашел молодой парень.

«Из полиции», – сразу же поняла я.

– Как ваше самочувствие? – Парень пододвинул стул к кровати. – Мы можем поговорить?

– Вряд ли, – следом за ним в палату ворвался Павел. – Я только что беседовал с лечащим врачом Лизы, ей противопоказаны любые эмоции.

– А вы кто такой?

– Я ее друг. – Павел подошел к кровати и подмигнул мне левым глазом. – Вот моя визитка, звоните.

Парень внимательно изучил визитку, потом поднялся со стула, пожал Паше руку и быстро ушел.

– Собирайся. – Павел наклонился и чмокнул меня в лоб.

– Куда? – Я опешила. – У меня постельный режим.

– Ерунда, мы прямо сейчас улетаем на море, тебе надо прийти в себя. Собирайся.

– Но… как…

– Так, чартерный рейс вечером, там тебя ждут высококлассные врачи, физиолечение и… я. Мы летим в приличный санаторий, поэтому можешь не переживать за свое драгоценное здоровье.

Я пожала плечами:

– Я тебя не понимаю, то ты избегаешь меня целую неделю, даже выслушать не захотел, а сейчас такая забота…

– Лиза, когда я вернулся через десять минут, на тебе уже лежал другой мужчина, – Павел нахмурил брови.

– Он ненормальный. – Я всхлипнула, – Я сопротивлялась, а ты даже не разобрался. Но что изменилось сейчас? Почему ты со мной разговариваешь?

– Ты же сама сказала, что тот мужчина псих. И я это увидел своими глазами, вряд ли нормальный человек стал бы тебя запихивать в багажник.

– Кто меня запихивал в багажник? – переспросила я, вытаращив глаза.

– Да тот же самый мужик, который тебя тискал в то утро. – Павел удивленно пожал плечами. – Я думал, что парень из полиции тебе уже успел все рассказать.

– Нет, этого не может быть. – Я рывком вскочила с кровати, но тут же со стоном опустилась обратно. – Радик???

– Значит, он Радик. – Павел нахмурился. – И кто это такой?

– Сын маминого мужа… – пролепетала я, холодея. – А ты уверен? Ты же видел его мельком!

– Уверен на сто процентов…

– Он где? В камере? Где?

– Он погиб при аварии, когда автомобиль перевернулся, его выбросило через лобовое стекло метра на три вперед – не успел пристегнуться ремнем безопасности.

– Ужас… – Я сидела совершенно раздавленная. – Я думала, это… – я осеклась на полуслове, – я думала, что это кто угодно, но не Радик…

– Вас что-то связывало? Ты ему что-то обещала? Как ты думаешь, почему он так поступил?

– Я не знаю. – Я закрыла лицо руками и принялась раскачиваться. – Я ничего не понимаю, что я теперь скажу матери? Вадиму? О господи…

– Собирайся! – Павел решительно, но осторожно поднял меня с кровати. – Больше никаких вопросов, собирайся. Отдохнешь, придешь в себя, потом все расскажешь. И мне, и полиции, они тебя еще затаскают на допросы. Да и матери можно пока не говорить, ведь так?

– Так. – Я кивнула головой и, как была, в пижаме и растоптанных тапках, вышла из палаты.

Вечером мы улетели в Геленджик.