Муж, труп, май - Мария Жукова-Гладкова

Я не успела прочитать всю выложенную в Интернет информацию по поводу невероятного случая на Петроградской стороне. Позвонил Петр.

– Я только что прочитала в Интернете о бактериологическом оружии, – сказала я, пока Петр не успел ничем нас огорошить. – И тебя видела.

– Очень хорошо, – ответил Измайлов. – Значит, ты в курсе. Сейчас я к тебе приеду, не один. Расскажешь все, как было.

– Через сколько ты будешь?

Измайлов перебросился с кем-то парой фраз.

– Наверное, через час.

– Жду.

– Так, кого мы ждем и по какому поводу? – спросили дочери почти хором.

Пришлось кое-что рассказать из моих сегодняшних приключений…

– Да, мама, я понимаю, почему ты так спешишь утром на работу, – заметила младшая.

– Я спешу утром кормить завтраком своего работодателя! Того, у которого работаю домработницей!

– Может, мне к какому-нибудь олигарху устроиться? – задумчиво произнесла старшая. – Викусе няню наймем. Зарплата домработницы у олигарха это позволяет.

– Ты по возрасту не подходишь, – сказала я.

– Это почему это? Наоборот, во всех объявлениях о приеме на работу пишут…

– Ты конкурентка женам и любовницам. Берут не моложе сорока. И, кстати, ты умеешь готовить только самые элементарные вещи.

– С сегодняшнего дня ты, мама, начнешь учить меня готовить все! – отрезала старшая.

– И меня, – встряла младшая.

– А ты тоже хочешь в домработницы? – спросила я.

– Нет, я хочу замуж, – заявила пятнадцатилетняя дочь. – А на рынке невест конкуренция.

– Ты не рано ли начала думать о замужестве?

– Ко всему нужно готовиться заранее.

В голосе младшей четко прозвучала бабушкина интонация. И фраза была из репертуара моей мамы.

– Мама, а куртку тебе вернут? – спросила старшая. – Зачем вещами разбрасываться? Если тебе она больше не нужна, я в ней похожу.

Куртку привез Петр Васильевич. С ним приехали двое мужчин в штатском, которые продемонстрировали мне свои удостоверения, но я не стала читать, что там написано. Наверняка Петя читал. На него в таких делах можно положиться.

Гости сняли обувь, я выдала старые Мишины тапки и гостевые тапки, которые у нас имеются в нужном количестве. Мы прошли на кухню и закрыли дверь. Я предложила всем чаю с печеньем.

Меня очень внимательно выслушали. Но что нового я могла сообщить? Петр наверняка все и без меня рассказал.

– То есть какие-либо связи с американцами эта Сильва-Светлана-Сюзанна отрицала?

– Да, – кивнула я и удивленно посмотрела на мужика, задававшего вопрос.

И тут до меня дошло.

– Так дело связано с американцами? То есть с тем типом то ли из разведки, то ли из дипкорпуса? У которого документы пропали?

– Вероятно, – кивнул один из мужчин. – Уже доказано, что покончивший с собой гражданин США Патрик Бенсон купил разработку бактериологического оружия у одного нашего… предателя, – мужчина долго подбирал нужное слово. – Он с ним встречался и… Словом, купил.

Я не стала спрашивать, где сейчас находится наш предатель. Да и какое мне до этого дело?

– Но никто из соседей Сильвы-Светланы-Сюзанны никогда не видел Патрика Бенсона. А в том доме есть люди, которые с большим вниманием следят за личной жизнью известной вам дамы.

На губах всех мужчин мелькнули улыбки.

– То есть, скорее всего, Сюзанна не была знакома с Патриком Бенсоном, – добавил Измайлов.

– И не знала, что он купил, а у него соответственно украли? – я перевела взгляд с одного гостя на второго, потом на третьего.

– Скорее всего, нет. Но кто-то считает по-другому.

– А где сама Сюзанна? – поинтересовалась я.

Все трое гостей развели руками.

– Так, наверное, надо подождать ее возвращения.

– Ее возвращения, конечно, ждут, – рассмеялся один из мужчин. – Да и не могла она сбежать от такого количества добра. Такие девочки добровольно такое количество нарядов не бросают. Они с ними не могут расстаться. Но…

Он стал серьезным. И я поняла, что он имеет в виду…

– Так Сюзанну хотели убить?

– Не вас же. Кто вообще знал, что вы приедете в ту квартиру? Может, на примере Сюзанны хотели продемонстрировать действие порошка. Или проверить на всем доме. А ее…

Мужчина в задумчивости посмотрел в окно.

– А выяснили, кто у нее был и с кем она ушла?

– Пока нет. Но один точно араб. И арабов вполне могло интересовать бактериологическое оружие… А дальше возможны варианты.

– То есть Сюзанну, скорее всего, использовали втемную?

– Скорее всего. Она могла не знать, что служит передаточным звеном. Вы же были в ее квартире. Там можно спрятать что угодно. И она бы на это не обратила внимания. Один любовник спрятал, другой забрал, хозяйка ничего не заметила.

– Но могла и найти. Случайно, – добавил еще один гость. – Никогда не лазала в какое-то место, а потом раз – и сунула нос. И поплатилась за это.

– Насколько я поняла, американский разведчик Патрик Бенсон купил у нас в России бактериологическое оружие, разработанное каким-то нашим гением?

– Мы не можем вам сказать, что именно он купил, Лариса Михайловна. Эти сведения представляют государственную тайну, – улыбнулся старший из мужчин. – Но да, купил секретную информацию. И отправился с ней к любовнице! Пусть и американке, и жене дипломата. И ее у него там украли. То есть он считал, что там. Он покончил жизнь самоубийством, поскольку понял, что это – конец его карьеры. Она покончила жизнь самоубийством, поскольку не хотела жить без него и, возможно, тоже мучилась угрызениями совести. Но Сюзанна в той квартире не бывала после того, как ее сдала.

– А ключи у нее от нее оставались? – спросила я.

– Мы считаем, что да. Но пока она не вернулась, этого никто не может ни подтвердить, ни опровергнуть. А если да, то их у нее могли украсть, сделать слепки… И использовать по назначению, пока Бенсон занимался любовью с Кэтрин Джонсон. Многоходовая комбинация. Да, Сюзанну, скорее всего, использовали втемную. Но от нее тоже должны избавиться. На всякий случай. Ведь люди, которые проводили эту операцию, прекрасно понимают, что мы выйдем на Сюзанну. А она назовет всех своих любовников. И тогда мы можем выйти на тех, кто это дело провернул. Или американцы могут выйти. И арабы. Возможно, кто-то из них уже предпринял такую попытку.

– То есть Сюзанне угрожает смертельная опасность?

– Если она вообще до сих пор жива…

Двое мужчин вскоре ушли, Петр Васильевич остался – «чтобы еще выпить чаю».