Когда соблазняет женщина - Дарья Калинина

Финик жил в шикарном новом доме, расположенном неподалеку от парка, но при этом в центре города. Такое сочетание было редкостью само по себе. А наличие небольшого паркового озера, на которое открывался вид из окон Финика, добавляло привлекательности этому дому.

Внизу сидел охранник, который сразу же заявил:

– Меня предупредили только об одной гостье. Про вторую ничего не знаю.

Дозвониться до Финика и утрясти ситуацию не получилось. Поэтому, коротко посовещавшись, подруги решили, что Мариша пойдет одна. Все-таки она была вооружена, настороже, и никому не рекомендовалось ее обижать.

Из оружия Мариша выбрала баллончик со средством, которым Раиса Михайловна прыскала на пауков и редких тараканов, которых никак не получалось вывести окончательно. Мариша видела, как те, стоило на них попасть хоть одной капельке, начинали конвульсивно дергаться, а через несколько секунд издыхали. Рассудив, что если насекомое сдохло, то в баллончике точно уж не духи, Мариша прокралась на кухню и прихватила там вожделенный баллончик.

– Против вампиров чесночная вода. Против фиников средство от насекомых. Все логично!

Так успокаивая саму себя, Мариша торопливо собралась. Конечно, торопливо – это понятие растяжимое. Например, Мариша считала удачей, если ее сборы занимали у нее меньше получаса. А так как сегодня она собиралась в гости к молодому и, предположительно, холостому мужчине, то сборы растянулись почти на час с хвостиком.

К вящему неудовольствию Алены, которая считала, что это прямой путь к воспалению легких, Мариша приняла горячий душ. Потом уложила волосы, нанесла слой крема, пудры, румян, тени, помаду. Вдела в уши серьги и нацепила все свои кольца, которые были у нее с собой. Приобретя заметное сходство с новогодней елочкой, Мариша приступила к выбору наряда.

– Безусловно, это должно быть платье.

Но вот беда, выбор нарядов у Мариши был крайне скуден. Собственно говоря, с собой из своего дома она захватила одно-единственное платье. Зачем? Ну, просто так, на всякий случай. Всякая уважающая себя женщина должна всегда иметь при себе три вещи. Первая – это брильянтовое колье. Вторая – это норковая шуба. И наконец третья – вечернее платье. Только так настоящая женщина может чувствовать себя уверенно и быть всегда во всеоружии.

Колье Мариша заменила ожерельем со стразами и призывно извивающейся среди них золотой змейкой. Таскаться в норковой шубе по весенней распутице, когда снега почти не осталось и на деревьях уже набухали почки, было просто глупо. Поэтому ставку Мариша делала именно на свое платье. Оно было шикарным. Снежно-белое в алых крупных маках. Причем цветки были стилизованы, так что сразу было и не понять, что это такое.

Но платье шло Марише удивительно. И к тому же она еще ни разу его никуда не надевала. Купила по случаю дня рождения своей подруги Инки. Но та надумала праздновать его в Финляндии в ледяном замке. Так что от воздушного платья да еще с открытой спиной пришлось отказаться.

Честно говоря, Мариша до сих пор подозревала, что Инка это сделала нарочно. Увидела, какая Мариша в этом платье красивая, и забеспокоилась, как бы та не затмила ее своим присутствием. Не надо было показывать завистливой Инке это платье! И хотя Инна клялась и божилась, что идея с ледяным замком возникла у нее много раньше, но Мариша все равно осталась при своем мнении.

И вот теперь это платье наконец вышло в свет. В последний раз убедившись, что оно сидит на ней идеально, Мариша позвонила в дверь квартиры Финика.

Финик открыл ей самостоятельно. И кажется, замер на пороге от восторга. Неизвестно, как он намеревался начать разговор прежде, но теперь при виде разряженной в пух и прах Мариши у него из головы точно все вылетело.

Небрежно сбросив легкое светлое пальто из кашемира на руки окончательно оторопевшего хозяина, Мариша осталась лишь в своем замечательном платье. Она кожей чувствовала, что это был триумф. Глаза Финика сверкали, словно два черных брильянта. Он буквально пожирал ими свою гостью. И дышал так тяжело, что Мариша даже начала опасаться, как бы беднягу не хватил удар.

Да, это был триумф! Единственное, что немного омрачало ликование Мариши, – это то, что ее Инка не знает и никогда не узнает об этом. Инка находилась в большой дружбе с Маришиным мужем Смайлом. И Мариша не сомневалась: все то, что становится известно Инке, автоматически становится известно и Маришиному мужу. Разумеется, Смайл не слушал все Инкины сплетни подряд. Но про все, что касалось его Мариши, он бы выслушал непременно и с удвоенным вниманием. В этом нечего было и сомневаться.