Кросс на 700 километров - Инна Тронина

— Номер тверской — шестьдесят девять. И едут в ту сторону…

Действительно, трейлер направлялся в Тверь, но ночь застала дальнобойщиков в пути, и они решили отдохнуть до рассвета в просторной высокой кабине.

— Ты что, все коды знаешь? — изумилась Алиса.

— На спор выучил в лагере! — беззаботно отозвался мальчик.

Алиса хотела спросить, что Денис за это получил, но язык плохо её слушался. А ведь ещё нужно было договариваться с водилами, чтобы те довезли их до Твери в фургоне. Теперь Алиса была готова на всё, даже на то, от чего отказалась в милиции. Она надеялась на отупение, на то, что после всё забудется, и потому была настроена решительно. Но, может, дальнобойщики возьмут маленькие золотые серёжки, чудом уцелевшие в ушах.

— Дяденьки, а вы в Тверь едете? — вдруг звонко крикнул Денис.

Шоферюга выглянул из кабины. Он был толстый, как бегемот, с помятым после сна лицом, в ковбойке и бейсболке.

— Откуда знаешь, клоп? — весело спросил он.

— А по номеру!

— И что тебе с того? Покататься хочешь?

— Хочу! Мне очень в Тверь нужно.

Денис был так мил и обаятелен, что физиономия шофёра расплылась в добродушнейшей улыбке. Напарник, худой и маленький, находился в полном подчинении у старшого, и готов был сделать всё, что тот прикажет.

Шоферюги торопились, и поэтому Денис захныкал.

— Дядечки, ну возьмите меня в фургон! Я чего хотите для вас сделаю!! Хоть уборку, хоть стёкла даром помою! Мне очень в Тверь нужно…

— А это кто такая? — Толстяк ткнул в Алису пальцем-сарделькой.

— Моя сестра. Отвезите нас, пожалуйста! Мы очень просим!

Денис заискивающе улыбался и переминался с ноги на ногу. Алиса стояла молча и тупо глядела на пожилого. Худой уже завёл мотор.

— Я заплачу. — Алиса тронула серёжки пальцем, и толстяк всё понял.

— Хрен с вами, но только двоих! Больше никого не возьму.

Он открыл фургон, набитый обтянутыми полиэтиленом коробками. В них угадывались очертания бутылок с минеральной водой, банок и тёмных ёмкостей с пивом.

— Вы чо, «автостопщики», что ли?

— Да, мы из Питера в Москву так едем, — доверчиво сообщил Денис.

Алиса наступила ему на ногу, но водилы, как видно, ничего о беглецах из лагеря не знали. Толстяка подкупало то, что парочка эта — явно не бандиты и не их пособники.

— И мы из Питера «Полюстровскую» воду везём. Пиво «Балтика», само собой, «Росинку» ещё. В детстве я сам авто-стопом по стране мотался. Ну, полезайте быстрее, ехать пора. Слушай, девочка, откуда крови столько?

Толстяк вздрогнул, заметив залитый тёмно-бурым, липкий, блестящий рукав.

— Нас ограбили. Меня ножом ударили. — Алиса еле шевелила языком. — Поэтому и просим вас. Мне очень плохо…

— Может, в больницу надо? — Худой напарник участливо посмотрел на Алису. — Ты же сейчас сознание потеряешь!

— Нет, только в Тверь. А там мы сами… — Алиса шагнула к фургону.

— Аптечку дам тебе. Перевяжете сами, нам некогда.

Толстяк подсадил девушку в фургон, помог взобраться Денису, а после передал им аптечку и бутылку минеральной воды.

— Держите, пригодится.

Алиса смутно помнила, как пробиралась в дальний угол, опрокидывая ящики. Денис что-то говорил ей, тормошил. Орал и толстый, вроде, требовал быть поосторожнее с грузом.

Алисе хотелось только забываться, но пришлось ещё искать в аптечке вату, йод, бинт, перекись водорода, салфетки, ножницы и нашатырный спирт. Совместными усилиями они обработали рану, наложили повязку — всему этому Алиса давно научилась «на отряде». Денис щедро плеснул в рану йод, но Алиса даже не почувствовала боли и жжения. Несмотря на нашатырь, сознание уходило. Алиса рухнула на грязный холодный пол фургона. Денис устроился рядом и положил её голову себе на колени.

— Хочешь водички? Я уже попил.

— Дай немного.

Алиса трясущимися руками отвинтила крышечку и пересохшими губами припала к горлышку. А потом подумала, что зря поступила так, потому что заболела сама и теперь может заразить Дениса.

Температура ползла вверх очень быстро и, судя по всему, перевалила уже за тридцать восемь. Но всё-таки они далеко продвинулись — вечером этого дня трейлер точно будет в Твери, где вряд ли сильна власть Валентина Бакаева. В Тверской области другое начальство, в том числе и милицейское.

Но до тех пор ещё оставалось время на сон. На блаженный сон — не в «обезьяннике», не в бункере Бакаева. Наплевать, что без подушек и одеял, среди ящиков и бутылок. Главное, что они ехали к Москве, и с каждой минутой столица становилась всё ближе.

Мотор пел заунывную песню, и Алиса, успокоившись, заснула. Несмотря на то, что лежала неподвижно, она всё-таки бежала свой кросс, главный кросс жизни. И рядом с ней не было никого, даже матери. А был один маленький человечек, которого она до этого лета даже не знала. Трейлер мчал их в потоке машин по утреннему шоссе, и слева, то и дело скрываясь в дыму горящих лесов, поднималось огромное красное солнце.

* * *

Когда-то в детстве Алиса Янина отдыхала под Гатчиной у родственников, и целый месяц ночевала только на сеновале. Подушкой ей служил сложенный вчетверо ватник, простыню заменяло байковое одеяло. А укрывалась она ватным, потому что к концу лета ночи стали холоднее. И ни в какую девочка не желала возвращаться домой, где было тесно и душно.

Теперь она снова лежала в стогу сена, но уже без одеял и ватника. Просто закопалась в сухую траву и всю ночь смотрела вверх, на равнодушное звёздное небо. А кругом торчали такие же стога, и дышала жаром дымная тверская земля. Кругом горели леса, и кашель не давал уснуть.

Перевязанная рана почему-то не беспокоила, но Алиса боялась, что это до поры до времени. Если повезло, то царапина несерьёзная, просто был повреждён сосуд, и вылилось много крови.

Рядом то и дело вздрагивал прикорнувший рядом Дениска, который поначалу спал, как убитый. А теперь часто открывал глаза, улыбался и засыпал снова. Алиса, то сотрясаясь от озноба, то сгорая от жара, слушала сумасшедший стук собственного сердца и пыталась определить, какая же сейчас температура, найдутся ли силы идти дальше.

Хорошо, что нет дождя, а то бы они вообще пропали. Но что делать утром? Платить водилам больше нечем, даже если снова выйти на шоссе. Эти, с тверского трейлера, забрали последние серёжки. Ладно, что ещё дали поесть и попить — остатки от курицы-гриль с хлебом и два помидора. Это было вчера вечером, а сейчас уже почти утро. И нужно будет снова думать, где раздобыть деньги. А потом ещё и не попасться по дороге, потому что трейлер останавливали три раза. Досматривали груз, но лезть в фургон поленились, и потом беглецов не увидели. Наверное, «бегемот» давал деньги, потому что гаишники быстро их отпускали. Знай он, что юных пассажиров ищет милиция, одними серёжками было бы не отделаться.