Московский бродвей - Фридрих Незнанский

Вскоре мы с Турецким ехали по моему вчерашнему маршруту. Сзади нас сопровождал микроавтобус с оперативниками и еще один автобус с охраной, в которого предполагалось посадить моего киллера.

Александр Борисович внимательно выслушал историю о моих вчерашних похождениях и задумался.

– Думаю, Юра, – наконец сказал он, – ты прав. Дейнекин связан с криминальным бизнесом, слухи об этом давно ходят. Но только слухи. А вот поймать его за лапу никому еще не удавалось. Да и сейчас, думаю, не удастся. Даже если эта команда, которая тебя преследовала, окажется действительно ментами, доказать, что это именно Дейнекин дал приказ отправиться на подмогу киллеру, будет невозможно. Эти отморозки, как правило, просто так не раскалываются.

– Почему? Ведь киллер звонил напрямую ему самому.

– Ну а приказ выехать группе отдал не Дейнекин, а кто-то еще. Так как крупная фигура всегда окружена массой подручных, каждый из которых знает только часть того общего дела, которым все заняты.

– Но как же все-таки объяснить тот факт, что киллер звонил непосредственно Дейнекину?

Турецкий задумчиво перебирал мелочь в кармане брюк.

– Вот это действительно интересно. Знаешь, киллером-то его называть пока рано… Он ведь еще никого не убил.

– Но ведь пытался! – возразил я.

– Попытка не пытка, как любил говаривать Лаврентий Павлович Берия. Настоящий киллер не пытается, он убивает. Точно продумывая каждую деталь. Наверняка. Это его работа, понимаешь?

– Да. Ну а как вы объясните…

– Пока не знаю. Но думаю, если все наши догадки верны, то такая крупная фигура, как Дейнекин, не послал бы на задание киллера-неумеху. И уж тем более не стал бы входить с ним в контакт.

– Ну, Александр Борисович, тогда я не знаю, что и подумать, – развел я руками. Действительно, как объяснить действия заказчика, а тем более киллера… То есть, по догадкам Турецкого, не киллера, а… Черт побери, как же его назвать… Нет, я положительно зашел в тупик.

– Одно ясно, – продолжал Турецкий, – на подмогу обычному, нанятому киллеру никакая группа бы не выехала. Ведь переговоры с ними ведутся через третьи-четвертые лица. Чтобы потом никто не смог нащупать эту цепочку. Практически никто. Ну а тут – напрямую с заказчиком… Не знаю… Либо у Дейнекина с этим типом какие-то особые отношения, либо он сам звено в какой-то цепи.

– То есть? – не понял я.

– Ну сам подумай, Юра. Зачем Дейнекину, начальнику ГУВД Москвы, заниматься разными дрязгами в музыкальном бизнесе? Не думаю, что он с этим как-то связан. А вот те люди, которым Дейнекин чем-то обязан, что-то должен… Понимаешь?

– Вообще-то да. Анжелика рассказывала о каком-то Георгии Ильиче, который и предложил ей некую махинацию с контрафактными дисками… Этот Георгий Ильч хвастался, что «крыша» у него находится на Петровке, 38. Сопоставляя некоторые факты, я делаю вывод, что это и есть Дейнекин…

– Точно! – воскликнул Турецкий. – Нет, Юра, тебе определенно нужно возвращаться в прокуратуру. Светлая голова, а пылится неизвестно где.

– Кроме того, Анжелика рассказывала об упорных слухах, бродящих в музыкальной среде, что московская милиция покровительствует музыкальным пиратам.

– Знаешь, Юра, – улыбнулся Турецкий, – если ты спросишь мое личное мнение, то я отвечу: почти не сомневаюсь, что это именно так. Посмотри, сколько в городе ларьков, где продают пиратские диски! Думаешь, трудно их закрыть? Ничего подобного. Это дело одной недели, максимум двух. А раз эти ларьки не закрывают, более того, их становится все больше, значит, у их владельцев есть покровители. И достаточно высокие. А высокие покровители бывают там, где большие деньги. А там, где большие деньги, обязательно бандиты, кровь, убийства…