Горький шоколад после любви - Мария Жукова-Гладкова

– Да ладно вам, я пошутил.

– В самом деле, на бутылку дашь? – спросил второй. – Из своих кровных?

– Из спецфонда холдинга. Но в разумных пределах.

– Пятьсот рублей давай на двоих.

Я извлекла и передала деньги так, чтобы не увидели бомжи, после чего рабочие тут же скинули простыню, и Пашка заснял произведение искусства. Ангел был женского пола, причем с косой (в смысле – с волосами) и пышным бюстом, только я в первое мгновение не могла сообразить, кого он мне напоминает.

– Ой, да она ведь шампунь рекламирует, – первой узнала дальнозоркая бабка. – То с косой, то с распущенными волосьями… Блондинка. Шампунь, правда, дрянной. У меня внучка купила, потом, говорит, руки от головы не отнимала: так чесалось. И перхоти полно стало.

– Паша, крупным планом рожу возьми, – прошептала я оператору, потом спросила у мужиков, не саму ли модель хоронят.

– Не, мужика.

– А она при чем тут?

– Она заказывала.

– Вы хотите сказать, что эта модель, рекламирующая шампунь, заказала сделать свою статую, чтобы поставить на могилу?

– Свою рыдающую статую, – поправил меня один из рабочих.

«Интересно, кого же хоронят? Ее спонсора, что ли?»

Рабочие тем временем сказали, что заказ был очень срочный, чтобы успеть к похоронам. Чтобы сразу на свежую могилку поставить.

– И за сколько вы ее сбацали? – Я кивнула на статую. – Сколько на такое времени нужно?

– Клиентка вчера с утра была… Вот, сегодня готово. Платила наличкой. Почаще бы такие заказы!

Наконец мы увидели приближающуюся по аллее процессию. Мы с Пашкой отошли под сень деревьев, чтобы не маячить на первом плане. Мало ли как модель или вдова, если модель и вдова – разные лица, или другие скорбящие родственники отнесутся к нашему появлению на процедуре погребения.

Процессия включала примерно человек пятьдесят. Модель оказалась в первом ряду, черный цвет ей очень шел.

И тут я вспомнила, где видела ее совсем недавно. Не на телеэкране. Во плоти!

Она выходила в качестве секунданта на первый «Ринг». На том «Ринге» было мало женщин. На втором-то, в прошлую субботу, многие жены решили себя явить народу, правда, никто не смог показать себя так ярко, как эта. Другие не были такими эффектными и эмоциональными, в большинстве случаев, они просто раскланивались. А эта же носилась и по рингу, и вокруг…

Но не это было главным. Ее супруг боролся с Олегом! Или как там его?

Вот только кто сейчас лежит в гробу? Бизнесмен или кто-то другой? Это следовало выяснить. У меня просто чесались руки – я была готова сама открыть крышку.

И чем занимался тот мужик – в смысле, соперник Олега? Почему я это не выяснила? Или Андрюша с коллегами уже интересовались этим вопросом? Как он связан с Ящером?

Хотя… Что я волнуюсь раньше времени? Чем я недовольна? Во-первых, может быть, это и не он. Во-вторых, он же не умер на ринге! Но… Ящер мог знать, что у него, например, больное сердце. Или еще что-то. А тут – такой стресс. Ящер рискнул – и выиграл. Или это моделька мужа заказала?

Ладно, посмотрим, как будут развиваться события.

Наконец процессия приблизилась. Моделька (она же – модель ангела) стояла в первом ряду. Гроб поставили на специально приготовленный постамент и открыли. Мы с Пашкой придвинулись поближе. Тут моделька случайно обернулась и увидела меня.

– Сука! – пронесся вой над всем кладбищем, и она, расталкивая народ, рванула в мою сторону.

Бомжи, бабульки и рабочие замерли на своих местах. Члены похоронной процессии, по-моему, не очень удивились. Но меня голыми руками не возьмешь.

– Пашка, постарайся все снять! – успела я прошептать и рванула прочь от модели.

Я была в выигрышном положении – в кроссовках, а она – на высоких каблуках. Кто так ходит на похороны? Я успела обратить внимание на очень красивое траурное платье. Наверное, шил его какой-нибудь знаменитый модельер.

– Тварь! Он умер из-за тебя! Это ты виновата! И все тебе неймется! – летело мне вслед.

Вскоре модель отстала и вообще, видимо, решила прекратить преследование. Она повернула назад, я предпочла держаться подальше от места действия, надеясь потом все услышать от бомжей, бабулек, рабочих и Пашки. Только бы вдовушка ему камеру не разбила.

Я прогуливалась на отдалении и внезапно увидела спешившего в мою сторону бомжа.

– Меня твой парень прислал, – сообщил бомж. – Все нормально. Он все снимает. Наши его прикрывают. Не беспокойся.

– А мужик?.. В гробу? Пашка что-нибудь сказал?

– Он не уверен, но лицо взял крупным планом. А зовут… – И бомж назвал имя, фамилию и отчество покойника. – Как мы поняли, оборудование какое-то сюда поставлял. Фирма у него. Была.

Вроде бы я эту фамилию слышала… Но разве упомнишь всех участников? Но раз моделька обвинила меня в его смерти…

Отсюда быстро смотаемся в холдинг, сдадим Виктории Семеновне запись, сделаем копию и махнем в Управление. Кстати, стертыми оказались только записи первого «Ринга», хранившиеся в архиве. Но нашлись копии. Мы так и не смогли выяснить, кто их стер. Или случайно? Правда, я в такие случайности не очень-то верю.

Пашка не стал дожидаться окончания мероприятия – мало ли что еще выкинет нервная вдовушка или ее родственники и знакомые? Вместе с двумя бомжами оператор мероприятие покинул и сказал мне, чтобы выделила «ребятам» сколько-то из фонда. Они ему очень помогли.

– Спасибочки, – поблагодарили бомжи. – Если чего, приезжайте. Мы завсегда туточки.

Мы поехали в холдинг, где с большим интересом просмотрели кассету в компании с Викторией Семеновной. Я приглядывалась к лицу покойника, но, к сожалению, так и не поняла, этот ли человек сражался на ринге против Олега. Виктории Семеновне очень понравился ангел, и она попросила нас поставить и ей такого же. Правда, умирать наша главная в ближайшее время не собиралась, но… все мы смертны. Надо побеспокоиться заранее.

– Вам тоже с модельки лепить? – спросила я.

– Нет, – покачала головой главная. – Мне с кого-нибудь из известных лесбиянок. Я подумаю, с кого. Только не с «Тату». А на камне выбить что-нибудь из Сапфо.

– Послушайте, а ангелы разве… – открыла рот я.

– А кто их знает, ангелов-то? Как, впрочем, и бесов? Кто может сказать точно?

Я пожала плечами и с копией кассеты и Пашкой направилась в Управление. Кассета и мое сообщение вызвали большой интерес.

Андрюша, правда, уже проверил обоих соперников Олега-Саида и никакой связи с Ящером не обнаружил. Муж модельки занимался поставками торгового оборудования в Россию, второй вообще возглавлял какой-то фонд непонятного предназначения, нечто, связанное с жертвами репрессий.