Мост в прошлое, или Паутина для Черной вдовы - Марина Крамер

Она развернулась, как ужаленная, и уставилась на Никиту.

– Что ты сказал?!

Парень смотрел прямо и открыто, глазами, полными обожания, и Коваль передернуло. Но Никита, казалось, не заметил этого:

– Только то, что вы услышали. Позвольте мне быть около вас.

– Кошмар… только тебя мне не хватало! – выдохнула Марина, опираясь на стену. – Гена, с какого перепуга? Он что – единственный телохранитель в этом чертовом городе?!

– Нет. Но зато самый надежный в этой ситуации. – Гена был невозмутим, чем окончательно вывел Марину из себя. Она испытала желание врезать телохранителю по лицу – будь на его месте Хохол, так и было бы, но она сдержалась.

– Да?! Надежный? Чем же? Тем, что будет слюни вокруг меня распускать? Ну да – это эффективно, вдруг кто-то поскользнется! Мне проблем мало, что ли?! – рявкнула она, уперев руки в бока.

Никита выглядел, как нашкодивший кобель, застигнутый за грызней хозяйских туфель. У Гены же не дрогнул ни единый мускул. Он спокойно взял Марину под руку и повел в кухню, жестом велев Никите уйти в большую комнату. Закрыв за собой дверь и усадив Коваль на табуретку у окна, Гена начал:

– Значит, так, Марина Викторовна. Истерику свою заканчивайте. Никита в вашей ситуации тот человек, с которым меньше всего проблем.

– Да?!

– Так, стоп! – пресек Гена, и Марина от неожиданности замолчала. – Дайте мне сказать, потом будете снова кричать, если захотите. Так вот. Никита – лучший вариант, от него не надо прятаться, ему можно доверять, он профессионал. Пока нет Беса, все вообще отлично – никто не хватится. А когда он вернется, мы рокировку сделаем – я как бы выйду из отпуска, а Никита как бы уйдет.

– А теперь как бы объясни мне, как ты собираешься как бы объяснить Ветке, куда как бы делся ее телохранитель? – передразнила Марина, беря сигарету.

Гена усмехнулся:

– Это уж позвольте мне самому решить, хорошо?

– Нет, Гена, не хорошо. У меня есть для тебя интересная информация, хочешь – поделюсь? – закурив, спросила она, покачивая ногой. – Садись тогда.

И, когда Гена сел, она выложила ему все, что узнала вчера от Ветки. Телохранитель долго молчал, морща лоб. Коваль выкурила уже почти полпачки, изнемогая от желания избавиться от всех и встать под душ, чтобы хоть как-то восстановить душевное равновесие.

– Я вам телефон Ворона привез, – проговорил Гена, вынимая из кармана брюк листок.

– Спасибо. Я вот думаю теперь – как быть-то? С одной стороны, Ветку-дуру жалко, а с другой – я что же теперь, Беса валить должна? Не входило это в мои планы – если только в случае крайней нужды.

Она вздохнула и встала к плите варить кофе. Гена что-то прикидывал в голове, а потом изрек:

– Марина Викторовна, я все-таки настаиваю на том, чтобы Никита остался. Пусть он будет рядом, так будет спокойнее и мне, и… – он запнулся, и Коваль насторожилась:

– И?..

– И Жеке, Марина Викторовна, – вздохнул телохранитель.

Коваль прищурилась и внимательно посмотрела в расстроенное лицо Гены.

– Протрепался, ага? Хохол просил не говорить, что в курсе событий? Ладно, я не скажу. Но вот про Никиту ты зря. Узнай Женька, что он около меня, – пешком явится по шпалам.

– Ну, пусть является. Вы что же – за себя не ручаетесь?

– Да я-то ручаюсь – мне что? – пожала она плечами.

– Ну, договорились тогда. Вы Ворону звонить будете?

– Буду, – кивнула она и взяла телефон, вставила в него специально для этого купленную здесь сим-карту.

Марина даже не сразу поняла, что Мишка уже ответил и ждет – растерялась, давно не слышала его голос. Но быстро взяла себя в руки и заговорила низким голосом:

– Михаил Георгиевич? Добрый день.

– Добрый, – откликнулся Ворон с любопытством. – С кем имею честь?

– Вы меня не знаете. Зато у меня есть то, что вы страстно мечтаете получить.

– А конкретнее?

– А конкретнее – не телефонный разговор. Если хотите, можем встретиться где-нибудь в городе.

Повисла пауза. Марина чувствовала, что не переиграла, не сорвалась с тембром голоса, все идет как надо, просто осторожный Мишка просчитывает варианты. Ну, собственно, она тоже их просчитывала…

– Хорошо. Допустим. Почему я должен вам доверять?

– А потому, что у меня тоже есть счеты с вашим мэром, – отрезала Марина. – Больше я ничего не скажу. Если интересно – приезжайте в «Стеклянный шар» в шесть часов вечера.

– Как я вас узнаю?

– Я сама к вам подойду.

И она положила трубку, тут же вынула симку и выбросила ее в ведро. Гена только головой покачал:

– Вы к чему назначили встречу в «Стеклянном шаре»?

– А какая связь? Ты посмотри на меня – что во мне есть от Марины Коваль?

– Характер, – буркнул Гена. – Это никакой пластикой не уберешь и не изменишь.

Марина рассмеялась:

– Ну, Гена, с этим я ничего поделать не в состоянии! Но будем надеяться, что все гладко пройдет. Теперь вопрос. Никита! – крикнула она, и тот сразу появился в дверях, как будто только этого и ждал.

– Да, Марина Викторовна.

– Скажи мне, друг Никита, а знает ли тебя в лицо Миша Ворон? Ну, в том смысле – видел ли он тебя рядом с Бесом и Виолой?

Никита подумал пару секунд и категорически заявил:

– Нет. Он к Григорию Андреевичу никогда не приезжал, а с Виолой Викторовной в последнее время в основном Гена ездил, я только дома около нее.

– Это хорошо… – протянула Марина, глядя в окно. – Значит, дело такое. Мы поедем в «Стеклянный шар», но ты там сядешь так, чтобы я тебя не видела, а вот ты меня – очень хорошо. Если не поменяли внутренний интерьер, то я знаю такое место. На глаза Ворону на всякий случай лучше не показывайся, но меня из поля зрения не выпускай – мало ли… Мишка мужик горячий… Понял? – Никита кивнул, и она продолжила: – Твое дело маленькое – сидеть, есть суши и не привлекать внимания. И только если меня начнут убивать прямо там, можешь вмешаться. Но до этого не дойдет, я думаю.

– Мне не нравится ваша затея, – заявил Гена, пока Коваль переводила дух и разливала сваренный кофе в три чашки.

– Ну, придумай другую, – пожала она плечами.

Внезапно Марина поняла, чего еще не хватает в ее плане.

– Кто из вас, господа пулеуловители, знает адрес электронной почты вашего дорогого шефа? – спросила она, отхлебнув кофе.

Телохранители переглянулись. От них явно ускользал ход мыслей этой женщины, она на ходу придумывала какую-то комбинацию, разгадать которую они пока не могли. Марина взглянула на часы – они показывали половину двенадцатого.