Страсти-мордасти рогоносца - Дарья Донцова

– Спасибо, милая, за добрые слова, – поблагодарила Ирина Леонидовна. – Сколько с меня за курабье?

– Ложьте на ленту, – распорядилась девушка.

Рина быстро завернула край упаковки и выполнила просьбу. Девушка направила на «печенье» сканер и пояснила:

– У нас новое оборудование, теперь ниче в руки не берем, луч сам ищет. Так гигиеничнее. Наш хозяин на чистоте помешался. Забирайте, бабушка, вкусняшку, с вас двести пятьдесят рубликов. Ой, чегой-то пахнет печенье ваще не айс, будто насрал на него кто…

– Я заплачу за маму, – сдавленным голосом сказал Иван.

– Суперски, когда сын хороший, – обрадовалась кассирша. – А я очень беспокоюсь, че у меня родится, когда я замуж выйду. Может, злобина получится.

– Погодите! Танечка! – закричал сзади знакомый голос.

Я обернулась и увидела Галину.

– В детском отделе больше интерактивных собачек нет, – грустно сообщила она, – вы последних, похоже, забрали.

– Че, еще игрушки у вас? – спросила кассирша.

– Да, у них два песика, – ответила за нас новая знакомая, – собачки радиоуправляемые. Не подскажете, сколько они стоят?

– Ща, – пообещала кассирша и вынула рацию. – Алле, справка, говорит касса намбер один, Евгения.

– Женька, хорош выжучиваться! – заорали из динамика. – Чего хочешь?

– У нас, ваще, есть собаки на пульте?

– А я откуда знаю?

– Ты ж справка.

– Только по товарам. Откуда мне знать, какие собаки на пульте в охране?

Иван опять начал кашлять.

– Игрушки, – догадалась уточнить кассирша, – радиоуправляемые.

– Нет. Только машинки, две модели, цена семь тысяч двести и пять девятьсот. Была лиса с барабаном на батарейках за четыре триста, но закончилась.

– Сколько стоила игрушка? – изумилась я. – Ну и цены!

– А все равно покупают детям, – протянула кассирша. – Все лучшее – им. Ну, ложьте собак на ленту…

Я поняла, что мы попали в безвыходное положение. Рядом стоит Галя, которая уверена, что веселая парочка, не способная запомнить имена собственных детей, собралась купить чадам подарки. Если мы скажем, что передумали и оставили товар в отделе, Галина тут же сообщит, что его там нет, она смотрела.

Кассирша, милая и слегка глуповатая девушка, была приветлива с Ириной Леонидовной, которая «забыла» отдать деньги за печенье. Но к нам она может вызвать охрану. Секьюрити не имеют права обшаривать сумки и уж тем более обыскивать покупателей, но если сработает бипер, парень в форме должен вежливо попросить: «Покажите, пожалуйста, что у вас при себе».

При отказе нарушителя отведут в подсобное помещение и вызовут полицию. Мы ничего не воровали, бояться нам нечего, но Мози или Роки могут высунуться из-под куртки Вани, и тогда нам придется платить штраф за двух щенков… Что же делать?

Иван сделал шаг вперед.

– У-у-у, – взвыла сигнализация.

– Электроника ваще такая чуткая! – объяснила кассирша. – Может, у вас чего в кармане лежит?

Иван Никифорович открыл рот, и тут Мози высунул наружу переднюю лапу.

– Собака активировалась! – захлопала в ладоши Галя. – Ой, как здорово! Таня и ее супруг настоящие приколисты. Вы специально механизм включили, чтобы нас повеселить?

– Именно так, – согласился мой муж, вытаскивая из-за пазухи песика.

– Ложьте его на транспортер, – попросила Евгения. – Вау! Какой миленький! Ваще как настоящий! Можно потрогать?

– Нет, – вмешалась я. – Это подарок для маленького ребенка, а вы с деньгами работаете, на них много микробов.

– Ладно, не буду. Вы правильно думаете, – согласилась кассирша. – Я тоже, когда у меня детки появятся, их от бацилл защитю.

Красный луч сканера побежал по Мози. Я приуныла. Ясное дело, бульдожки в базе нет. И как поступить? О! Скажу, что купили его в другом магазине, в этом-то такой товар отсутствует.

– Две тысячи сто, – вдруг объявила Евгения.

Я подпрыгнула.

– Вы определили стоимость?

– Ага, – сказала девушка, – все очень просто. Вам только из-за возраста понять трудно, как это делается.

– Верно, верно, – подала голос Рина, – ведь Танюша родилась при Иване Грозном. В те времена игрушки меняли на еду. Например, на помидоры.

– Томат появился на Руси в восемнадцатом веке, – пробормотал Иван, – а Грозный правил в шестнадцатом.

– Странно, что есть цена, – никак не могла успокоиться я. – Откуда она у вас?

– Тетенька, не парьтесь, – посоветовала Евгения, – у нас все без обману. Читаю. «Конфеты шоколадные, производство Швейцария. Сто граммов с игрушкой».

– Две с лишним тысячи за пару шоколадок? – возмутилась Рина. – Не надо нам такого.

Иван усмехнулся.

– Берем.

Я схватила Мози.

– Муж заплатит.

– Правильно, – одобрила кассирша. – На фига еще мужик в доме нужен? Он кошелек.

– У них еще одна собачка имеется, – наябедничала Галина. – А может, Таня, уступите ее мне?

– Никогда! – отрезала я, усаживая Роки на ленту.

– Эта собачка еще лучше, – умилилась кассирша, – ми-ми-ми просто.

Мози гавкнул.

– Ну прямо как живой! – пришла в восторг Евгения. – И он дороже – три тысячи. По двум позициям сразу идет – набор пряников в шоколаде с подарком внутри и глазированный сырок. Я вам общую сумму назвала. Хотите по отдельности?

– Не надо, – прошипела я, хватая бульдожку.

Иван вынул портмоне. Посадив Роки на колени к Рине, где уже восседал Мози, я покатила коляску на улицу.

– Парочка безобразников обошлась нам не так уж и дорого, – рассмеялся муж, когда мы покинули супермаркет, – всего пять тысяч с небольшим за обоих.

– Ты забыл двести пятьдесят рублей за какашки, – расхохоталась Рина. – И все же я никак не пойму, откуда взялась цена за Мози и Роки. На пакетике из-под печенья, куда мы положили отходы, штрихкод, естественно, был, сканер его считал. А с кабачками-то что?

– Я поняла, в чем дело, как только кассирша сказала про глазированный сырок, – вздохнула я. – Бульдожки славно перекусили в супермаркете. Мози слопал швейцарский шоколад…

– Губа не дура, – заметила Рина, – сама его очень люблю.

– А Роки откушал пряников и сырок, – договорила я. – Бульдожки торопились и сожрали вместе с ними часть упаковок, а чуткий сканер считал с них штрихкоды.

– Этого не может быть, – остановил меня муж.

Я начала спорить.

– Почему? Сейчас на некоторых пунктах пограничного и таможенного контроля используют очень чувствительные приборы. Офицер подносит к тебе нечто вроде утюга, водит им на расстоянии от тела, и если ты наркокурьер, который слопал упаковки с героином, то раздается сигнал. Димон с Лапулей летали отдыхать в Таиланд, так когда они делали пересадку на рейс до Москвы, одного пассажира из их самолета задержали. На него аппаратура указала.