Солярий для Снежной королевы - Дарья Калинина

– Какой человек?

– Я не знаю его имени. Я вообще ни о чем его не спросил. Он сказал мне, что у него есть предположение, что моего сына могут держать в одном уединенном доме неподалеку от города. И что если я хочу проверить, так ли это, то мне нужно съездить с ним.

– И вы приехали сюда?

– Да. Он держался так, словно бы дом обитаем и нам надо быть очень осторожными, чтобы нас не обнаружили. И еще он сказал, что ребенок может находиться внизу. Дескать, он был в доме и слышал, как мальчик звал на помощь.

– И ты ему поверил?

– Это был шанс вернуть Пашку, – отозвался Андрей. – Я не мог его упустить. Теперь я понимаю, что поступил неразумно и даже глупо, но я просто не соображал от страха за жизнь сына.

– И как выглядел этот человек?

– Ну, он был очень миловидный, я бы даже сказал, немного изнеженный. Его лицо показалось мне отчего-то знакомым, но я никак не мог припомнить, где мы с ним встречались. Я спросил, но он ответил, что не имел чести знать меня раньше.

– Но его приметы ты можешь нам описать?

– Уже немолодой, но очень привлекательный. Немного даже женоподобный. Я даже удивился, что он ввязался в такую опасную историю, ведь если бы похитители застукали нас в этом доме, то конец был для нас обоих очевиден.

– А на щеке у него была родинка?

– Да, была. Вот тут.

И Андрей показал точно на то место, где у Снеткова-младшего имелось маленькое, очень симпатичное родимое пятнышко.

– Все ясно.

– Вы считаете, что я поступил глупо?

Подруги сконфуженно молчали. Как они могли упрекать Андрея за чрезмерную доверчивость, если сами попались в ту же ловушку, да еще расставленную тем же человеком?

– Мне этот человек показался заслуживающим доверия. Он так переживал за Пашку! Но, когда мы с ним спустились в подвал, он на какое-то время оказался сзади меня, а потом я почувствовал сильный удар по голове и… и больше уже ничего не помню! Наверное, этот тип решил, что я мертв, поэтому и не стал связывать, а просто оттащил меня в подвал, где и запер. Но кто это такой – я без понятия.

– Это был Снетков-младший, – хмуро произнесла Кира. – На тебя напал брат друга твоего отца.

– Брат дяди Леши?

– Он самый. Ты что же, его никогда не видел?

– Нет, никогда, – твердо произнес Андрей. – Только слышал, что у дяди Леши есть младший брат по имени Валерий, что он не очень-то благополучный. А вот видеть его физиономию мне прежде не приходилось.

И помолчав, Андрей изумился еще больше:

– Так значит, это был брат дяди Леши? Но зачем он это сделал? Зачем напал на меня?

– Думаю, что это так или иначе связано с похищением твоего сына.

– А Валерию-то мы с Пашкой чем насолили?

Вот это подругам и надо было выяснить. Но если бы в другой ситуации, они просто позвонили бы в полицию и рассказали о выходках Валерия Снеткова, то сейчас они не могли так поступить. Ведь на кону стояла жизнь Пашки. Раз мальчика не оказалось в сыром и холодном подвале вместе с его отцом, значит, он содержался где-то в другом месте.

– Одно меня радует: если Пашки не было с нами в подвале, скорее всего, он еще жив.

Андрей побледнел и повторил:

– Пашка точно жив, и я его найду!

– Тебе надо не ребенка искать, а в больницу ехать.

– Нет! Мне надо отыскать сына! А к врачам я не поеду. Я прекрасно себя чувствую.

Это было явным преувеличением. И, хотя после чашки чая с сухариком Андрей выглядел уже значительно бодрее, подруги понимали – это впечатление может быть обманчивым. Если Андрей столько времени провел на холодном бетонном полу, он мог получить серьезное переохлаждение.

Леся протянула руку и потрогала лоб. Жара вроде бы не было. Во всяком случае, сильного точно не было. И Леся нерешительно взглянула на подругу.

В конце концов, Андрей был сильным взрослым мужчиной. Таня рассказывала, что муж следил за своим здоровьем, регулярно обливался холодной водой и они с Пашкой проводили много времени, катаясь на велосипедах, а зимой бегая на лыжах. Возможно, пребывание в подвале и не нанесло Андрею серьезного вреда? Самой большой проблемой, на взгляд подруг, была гематома на голове у Андрея.

Она выглядела так пугающе, что подруги даже опасались трогать запекшуюся корку – а вдруг в ране застряли осколки кости? Тогда любое неосторожное вмешательство может оборвать жизнь Андрея. Но если не трогать рану, может, Андрею и не станет хуже? В конце концов, слипшиеся от крови и грязи волосы на голове Андрея образовали естественную повязку, своего рода гипс. Осколки кости, если они и имеются, должны были намертво влипнуть в этот панцирь.

И все же подруги колебались, не зная, как поступить в этой ситуации. Выполнить пожелание Андрея или все же отправить его в больницу?

– А можно мне еще чайку? – просительно произнес в это время Андрей. – И еще я бы очень хотел чего-нибудь поесть.

Леся принесла ему еще чашку чая, в котором Андрей тщательно размял ложкой очередной сухарик, выданный ему.

– Красота! – произнес он. – Скажите, а много времени я провел без памяти?

– Много, – буркнула Кира.

– Наверное, надо сообщить Тане о том, что я жив?

– Думаю, что пока не стоит. Когда у нас будет какая-нибудь информация о Пашке, тогда и ты сможешь появиться перед женой.

– Да, вы правы. Сейчас Таня может обвинить меня в глупости и неосторожности.

– И еще много в чем. И она будет тысячу раз права!

Кира задумчиво смотрел на Андрея, с аппетитом попивающего чай. Казалось, с каждым глотком силы возвращаются в тело мужчины. И хотя до полного исцеления было еще очень далеко, Кира понимала, что Андрей может оказаться куда сильнее, чем кажется. И конечно, он имеет право знать все о расследовании подруг. И раз уж он в состоянии говорить и слушать, надо этим воспользоваться и обсудить создавшуюся ситуацию.

Они все четверо должны сложить имеющуюся у каждого из них информацию и попытаться найти ответы хотя бы на некоторые вопросы. Ну а если получится, то и выработать дальнейшую стратегию.