Колдунья-индиго - Алексей Яковлев

Подумав, что такие резкие высказывания могут отвлечь их от главного вопроса и завести не в ту степь, Глеб поспешил переменить тему разговора и попросил Воробьева припомнить обстоятельства их первого знакомства, то есть утро того трагического дня, когда погиб Никита.

— Кузьмич, вспомни: Дуня Артюнянц, ну та нервная девушка на лихой кобыле, которая облаяла тебя ни за что ни про что и умчалась карьером в сторону леса… Не проскакала ли она в скором времени в обратную сторону, к усадьбе Артюнянца?

— Нет, не проскакала. Если бы она возвращалась, я обязательно услышал бы цоканье копыт по асфальту. А что это вы все этим интересуетесь? И Духанский, и Новиков меня об этом расспрашивали.

— Продолжается следствие, — туманно пояснил Панов, — поэтому уточняются все события того дня. А какое время потребовалось бы Дуне, чтобы доехать обратно до усадьбы Артюнянца, если она все-таки возвращалась обратно, а ты просто стука ее копыт не расслышал? В смысле, конечно, стука копыт не Дуниных, а ее кобылы?

— Во-первых, я не глухой, и слух у меня отличный, — недовольно возразил Воробьев. — Если я говорю, что она не проезжала обратно мимо ворот, значит не проезжала. Во-вторых, у Артюнянца не усадьба, а поместье, и вдвое больше, чем у Никандрова. Это целая латифундия! И в-третьих, если бы Дуня скакала таким же карьером от наших ворот не в сторону леса, а в обратном направлении, к владениям Артюнянца, то эта скачка заняла бы у нее минут пятнадцать-двадцать.

— А если добираться до его царства от никандровских ворот кружным путем, на это сколько времени потребуется?

— Опять же, если Дунина лошадь понесется таким же галопом, то нервная амазонка попадет туда минут через сорок-сорок пять. Но та улица более оживленная, по ней ходят маршрутки и автобус. Как там галопировать?

«Вот те на, — подумал Глеб, — ведь и Дуня, и дочка Артюнянца, по словам Духанского, уверяли его, что кавалеристка была дома уже через пятнадцать-двадцать минут после того, как облаяла Воробьева. И позорила Сергея Кузьмича эта нервная особа примерно в десять часов утра. Никиту убили где-то в одиннадцать тридцать. Зачем Дуне говорить, что вернулась домой не позже десяти тридцати, если укажи она время своего возвращения даже на два часа позже, у нее все равно оставалось бы железное алиби? От места убийства Никиты скакать до Артюнянцевых латифундий нужно уж никак не меньше часа. Если Никиту застрелила Дуня, то она совершила это преступление скорее всего сгоряча, в состоянии сильного душевного волнения, как говорят юристы. Мало ли что между ней и Никитой могло произойти в то злосчастное утро?! Может, бой-френд и завидный жених раньше клялся ей в любви и обещал жениться, а тут вдруг заявил, что интимные отношения — не повод для продолжения даже обычного знакомства, не то что для женитьбы. И послал девушку куда подальше, не снизойдя до совместной с ней прогулки, о которой они заранее договаривались? Пусть нынешние девушки не тургеневские барышни, не дававшие поцелуя без законного брака, и потому коварный изменщик для них не первый и единственный, а один из… Но любовь — во все времена любовь, а когда поруганное чувство сопровождается еще и крахом других, не столь возвышенных, но не менее радужных мечтаний… И что больше волнует молодую кровь — идеальная любовь или материальная заинтересованность, — это еще большой вопрос. Никита как-никак был сыном миллиардера…»

В практике Глеба случались прецеденты, когда вследствие гораздо меньшей степени женского разочарования мужики получали смертельный удар сковородкой или утюгом по голове. А если из-под носа вместе с любовью уплыли еще и миллиарды да под рукой не сковородка, а карабин? Выходит, это та же самая бытовуха, имя которой легион, только на миллионерско-миллиардерском уровне! С другой стороны, нельзя впадать в оперативный восторг и, не разобравшись, навешивать на человека всех собак, как это делает Новиков, возводя напраслину на Юлию. Правда, что касается Юлии, то навешивание на нее собак в прямом значении она восприняла бы очень даже положительно. Тут это выражение не подходит. Но, возможно, Дуня и не имела никаких матримониальных намерений в отношении Никиты и любовных чувств к нему вовсе не испытывала? По словам Новикова, Никита был довольно несерьезный и безалаберный молодой человек. Как на глазах Глеба он издевался над Юлией! Сам же травил дорогих Юлиному сердцу существ колбасой из киосков и прилюдно обзывал Юлию «гринписькой»! Что это за обращение к взрослой девице?! А его охота на лесных птиц и вездесущих ворон? Что, нечем было ему больше заняться? Вряд ли такой кавалер мог вызвать любовный жар у красавицы Дуни! При ее внешности она от отсутствия мужского внимания наверняка не страдала, и никандровские миллионы, а то и миллиарды, которые в перспективе должен был унаследовать Никита, могли ее тоже не слишком прельщать. Пусть она и неродная дочка Артюнянца, но тоже Артюнянц! Чтобы родственница самого Юрия Борисовича Артюнянца была из бедной семьи? Не может такого быть! Конечно, не миллиардерша, но иметь в семейной копилке хоть один миллиончик. тоже неплохо. В этом случае повода для убийства Никиты у нее не было. Ну, может, обиделась на него за то, что он не захотел поехать с ней на прогулку. Понятно, девушка разнервничалась: ехать в лес одной, без охраны, да в наше-то «мирное» время — это полное безумие! Мало ли какие отморозки попадутся навстречу. Тут и карабин не поможет. Раздосадовалась, что приехала зря, но из-за такой пустячной обиды не убивают. Выплеснула свою злость на Кузьмича, огрела лошадь хлыстом, промчалась карьером до леса, а потом одумалась и вернулась домой другим путем. А о времени своего возвращения Дуня соврала без всякой серьезной надобности. Юные и не очень юные девицы и дамы частенько наводят тень на плетень, но при этом нельзя сказать, что ложь становится их второй натурой. Это просто дань повсеместному и общепринятому обычаю. Уж так повелось исстари среди прекрасного пола: говорить «нет», когда хочется сказать «да», делать вид, что убегаешь, когда на самом деле — догоняешь… И, разумеется, «красавицы испанки» всегда уверяют, что «замуж не хотят», хотя все обстоит с точностью до наоборот. Это и ложью по-настоящему нельзя считать, коли все всё понимают и считают вполне невинными уловками. Беда только, что некоторые особы прекрасного пола уже не могут остановиться и по инерции врут уже всегда и везде, по любому поводу и без всякого повода. Вот и Дуня могла оказаться в плену этой болезненной страсти.