Ментовская крыша - Алексей Макеев

На самом же деле прошел и этот вечер, и следующий, а полковник Мешков как сквозь землю провалился. Дома он, естественно, не появлялся, а его жена, которая встретила оперативников в демонстративно траурном наряде, наотрез отказалась признать, что ей хоть что-либо известно о том, где ее муж и что собирается делать.

Гуров, однако, Мешковой не поверил. Жена оставалась последней ниточкой, связывающей беглого полковника с большим миром. Все остальные связи были безжалостно прерваны. Те люди, на которых Мешков привык опираться – тайно или явно, – в одну минуту сделались его врагами. Одни предали его, спасая свою шкуру, другие сами считали его предателем. Наверное, у Мешкова имелись покровители, те, кто занимал высокие должности, но и те предпочитали теперь не афишировать такой сомнительной близости. Мешков же, уверенный в собственной неуязвимости, не слишком заботился в свое время о подготовке отходных путей. Сейчас ему нужно было как-то выкручиваться, но, скрываясь, он мог действовать только вслепую, а, значит, ему позарез нужна была связь с человеком, который мог бы помочь, вмешаться в неотвратимый ход судебной машины.

Гуров был уверен, что супруга Мешкова знает, где находится ее муж, и наверняка она что-то делает, чтобы выручить его. Поэтому за Мешковой было сразу же организовано постоянное наблюдение. Причем Гуров настоял на своем личном участии в таком неблагодарном деле – потому что и счеты с Мешковым у него теперь были личные. Во всяком случае, Гуров воспринимал это именно так. Когда дело касалось Марии, беспристрастным он оставаться не мог.

Интуиция не подвела Гурова – уже на следующий день гражданка Мешкова начала проявлять активность. С утра пораньше она нанесла визит известному адвокату Леониду Шупейко, была без проволочек принята и пробыла у него не менее часа. Шупейко неоднократно принимал участие в щекотливых процессах, где в качестве обвиняемых фигурировали проштрафившиеся чиновные люди, в том числе и та их категория, что носила на плечах погоны, поэтому не было никаких сомнений: утренний визит Мешковой – не простая случайность. Мешковы надеялись, что талант Шупейко поможет ему развалить доводы обвинения. Возможно, для этого у них имелись реальные основания – Гуров знал несколько случаев, когда дошлому и не имеющему комплексов адвокату действительно удавалось совершить подобный «подвиг», и несколько отъявленных мерзавцев благодаря его стараниям сумели избежать наказания или, во всяком случае, отделаться какими-то смехотворными сроками. Это стоило им очень больших денег, но, как говорится, это того стоило.

Однако для того, чтобы выстроить четкую линию защиты, Шупейко должен был обязательно встретиться с подзащитным лично. Гуров предполагал, что Мешкова уже проинформировала адвоката, где можно найти мужа. С ее стороны это был большой риск, но, видимо, лучшего выхода у Мешковых уже не оставалось.

Гуров предполагал, что за содействие Шупейко должны были предложить неплохие деньги, и поэтому он начнет рыть землю немедленно. Вряд ли он побежит делиться информацией с правоохранительными органами – разве что те предложат ему сумму побольше. Но это было уже из области фантастики, и Гуров решил лично заняться делами Шупейко.

Контакты адвоката скрупулезно отслеживали в течение суток и немедленно проверяли все места, куда тот наведывался. Однако присутствия беглого полковника нигде не обнаружили. Но Гуров был уверен, что Шупейко непременно свяжется с Мешковым в самое ближайшее время. На следующее утро так и случилось.

Еще не рассвело, когда Гуров и Крячко заняли наблюдательный пост напротив дома Шупейко, сменив предыдущую пару оперативников. Этот день Гуров намеревался целиком посвятить адвокату. Крячко, предпочитавший активные и решительные действия, отнесся к его затее скептически.

– Шупейко тоже не дурак, – заметил он Гурову, когда они припарковали машину возле большого дерева на краю тротуара. – Может, он не захотел связываться с этим дохлым делом? Отмазать Мешкова даже ему будет нелегко.

– Попытка не пытка, – возразил Гуров. – Не припомню, чтобы Шупейко когда-нибудь отказывался от гонорара. А сложность дела его только раззадоривает. Знаю я таких деляг – он костьми ляжет, чтобы подтвердить свою репутацию. И я уверен, что он взялся за это дело. Мешкова разговаривала с ним час – в ее положении пустой болтовней не занимаются. Не сомневаюсь, что они обговорили все детали. Шупейко просто выжидает – проверяет, не следят ли за ним. Надеюсь, что наши ребята сработали чисто и у Шупейко не было повода насторожиться.

– Да, ребята сработали неплохо, – подтвердил Крячко. – Но если моя версия верна, они по-другому и не могли сработать. Шупейко просто не думает о слежке – вот и все дела.

– Люди торопятся, потому и ошибаются, – заключил Гуров. – Именно этим ты сейчас и занимаешься, Стас, – торопишься и ошибаешься. Вот увидишь – Шупейко начнет суетиться уже сегодня утром.

Шупейко начал суетиться ровно в 6.45. Именно в это время он вышел из подъезда своего дома – в сером плаще с поднятым воротником, в низко надвинутой на лоб кепке и в черных перчатках. В руке у него был плоский щеголеватый кейс, изготовленный будто из полированной стали. Подозрительно оглянувшись по сторонам, адвокат сел в белый «Форд», припаркованный прямо возле подъезда, завел мотор и поехал.

– Чистый шпион! – изумленно качая головой, сказал Крячко. – Кабы заранее не знал, в жизни не догадался бы!

– Ну вот! – удовлетворенно заметил Гуров. – А ты говоришь – версия!

Уже начинало светать, поэтому оперативникам приходилось держаться от белого «Форда» Шупейко на некотором отдалении.

– Свяжись с ребятами! – попросил Гуров Крячко. – Будем вести его попеременно. Не хочу, чтобы этот чертов адвокат что-то заподозрил.