Один раз в миллениум - Чингиз Абдуллаев

— Во-первых, он сегодня уже нашел вас в этом здании, азначит, он все еще наблюдает за вами. Во — вторых, он сотрудник милиции. Асоседка Халуповича сказала, что поздно вечером у дома появился неизвестныйсотрудник милиции. Очевидно, он был в форме. Так это был ваш брат?

— Он, — кивнула Фариза, — он здесь в командировке. Но вынапрасно думаете, что он хотел убить Эдуарда. Скорее, он шутя, говоря об этом.

— Почему? — спросил Халупович. — Он думает, что я могуначать к тебе приставать? Или попытаюсь изнасиловать? Он что, ненормальный?

— Он вполне нормальный человек, — печально улыбнуласьФариза, — просто ты ничего не знаешь, Эдуард. Он немного ревнует меня к тебе досих пор. Давай лучше отпустим твою секретаршу, чтобы она отдохнула. А потомпоговорим с тобой. Ты многого не знаешь, Эдуард.

— Вы больше ничего не хотите сказать? — спросил Бозин,обращаясь к Нине.

Та отрицательно покачала головой.

— Тогда можете идти. И приготовьте нам крепкий кофе, —неожиданно попросил Бозин.

— Хорошо, — она вышла, не решаясь взглянуть на Халуповича.

— Хороший она человек, — одобрительно сказал Бозин и, ужеобращаясь к Фаризе, спросил: — А почему ваш брат так ненавидит Халуповича?Разве они знакомы?

— Нет, — ответила Фариза, — никогда не встречались.

— Тогда в чем же дело?

— Это давняя история, — начала объяснение Фариза. — Мыдействительно встречались с Эдуардом много лет назад. Так давно, что иногда мнекажется, будто это случилось в другой жизни.

Халупович молчал, глядя на нее.

— Мы были молоды, — сказала Фариза. — В общем, нужнопредставить себе ситуацию. Провинциальный город. Все друг друга знают. Моивстречи с Эдуардом ни для кого не были секретом. Он мне тогда очень нравился.

Она замолкла, словно подыскивая нужные слова. И затемпродолжала:

— Он довольно быстро уехал, а меня хотели выдать замуж понашим обычаям за сына одного нашего знакомого. Я, конечно, не хотела. Он мне ненравился, да и замуж я не собиралась. Родители настаивали. Отец не особенно, номать очень серьезно. А я к тому времени закончила институт и взялараспределение в другую область, — она повторяла то, что успела рассказатьДронго. Затем снова замолчала, на этот раз надолго. И наконец, сказала:

— Мне пришлось рассказать матери о встречах с Эдуардом,чтобы она разрешила мне уехать. Мать такого «позора» не перенесла. У нееслучился инсульт, и она долго болела. Мой брат узнал об этой истории черезмного лет. Конечно, он не питает особо нежных чувств к Эдуарду. Я не хотеласюда приезжать, не хотела заново огорчать и мужа, и брата. Но брат прилетел вМоскву в командировку на месяц, и я тоже решила поехать. Тем более, что мужтоже полетел в командировку, и мы решили, что он за мной заедет. Когда братузнал, что я встретилась с Эдуардом, он начал сильно нервничать. Я емуобъяснила, что между нами ничего не было. Мы лишь немного посидели и выпилишампанского. Конечно, мне не стоило говорить, что встреча произошла в дом наТверской, недалеко от моего отеля. Брат, очевидно, пошел туда, но не засталЭдуарда. А сегодня, когда меня не оказалось в отеле, он приехал сюда. Мнестоило больших трудов уговорить его не вести себя так глупо и не оскорблятьменя своим недоверием. Конечно, он не любит Эдуарда после всего, что случилось.Но ему интересно было с ним познакомиться, увидеть человека, которого якогда-то любила. Он не способен на убийство, в этом я уверена. И он не стал быискать яд, чтобы отравить воду. У него есть пистолет, зачем ему яд?

— Час от часу не легче, — пробормотал Бозин. — Значит, увашего брата были основания ненавидеть Халуповича?

— Он его не любит, — подтвердила Фариза, — но на убийство неспособен. Он подполковник милиции.

— И собирается отомстить человеку, который опозорил его сеструи чуть не убил мать, — закончил за нее Бозин.

— Это только в старых индийских фильмах кипят такие страсти,— улыбнулась Фариза, — в жизни всегда все по-другому. Я не думала, что кто-томог услышать наш разговор.

— Ваш брат все-таки был в доме Халуповича? — спросилаЛиновицкая.

— Был, — кивнула Фариза, — но к убийству он отношения неимеет. Домработница ему даже не открыла дверь. Она сказала, что дома никогонет, и он ушел. Можете узнать у него самого. А что касается убийства этойнесчастной Ольги, то здесь даже и спрашивать не стоит. Он не входил в здание ине мог совершить подобного преступления. За него я могу поручиться. Он не можетдействовать подло. Это не в его правилах.

— И, тем не менее, он нашел дом Халуповича, — задумчивосказал Бозин. — Нам нужно будет с ним встретиться.

— Сколько мы здесь будем сидеть? Всю ночь? — спросила Элга.— Уже поздно.

— Среди подозреваемых остались несколько человек, — сказалДронго, — если мне дадут еще полчаса, я постараюсь назвать виновникасегодняшних трагических событий.

— Полчаса? — насмешливо спросила Оксана. — А почему не всюночь? Из-за ваших теоретических изысканий мы должны будем провести в этомкабинете ночь?

— Мы подождем, — сказала Линовицкая, взглянув на Дронго. —Но у меня к вам еще вопрос.

— Какой? — взглянул он в глаза следователю.

— Когда вам задали этот вопрос — сколько будет дважды два, —как вы на него ответили? Или вообще не отвечали?

— Я сказал, что дважды два — не всегда четыре. Например,если сложить скорость двадцать тысяч километров в секунду и прибавить столькоже. У вас есть еще вопросы?

— Нет, — улыбнулась Линовицкая, — спасибо. Мы подождем васстолько, сколько будет нужно. Если ваша жена не будет вас ругать за позднеевозвращение.

— А ваш муж? — спросил Дронго, не ответив на ее скрытыйвопрос.

— Я живу одна, — возразила она, глядя ему в глаза.

— Тогда у меня есть полчаса, — сказал Дронго, поднимаясь ивыходя из кабинета.

— Странный он человек, — удивленно сказала Элга, когда онвышел, — непонятный. Но все замечает.

— Если кто-нибудь и может помочь нам в этой ситуации, тотолько Дронго, — вздохнул Бозин. — Давайте подождем, коллега, — обратился он кЛиновицкой. — Он ведь просил у нас всего полчаса.

— Согласна, — кивнула Линовицкая, — но только полчаса. Хотя,если откровенно, я не понимаю, что он может сделать за этот срок.

Дронго вышел в приемную. Нина, увидев его, вздрогнула,словно испугалась. В приемной сидел также майор Озиев. Он дремал, разместившисьна двух креслах.

— Я хотел бы задать вам еще несколько вопросов, — сказалДронго, обращаясь к Нине.