Два сына одного отца - Марина Болдова

Лилечка лежала на кровати в своей бывшей детской и думала. Так уж случилось, что молча подчиняться родительским решениям ее все те же родители и не приучили. Папа даже ей маленькой говорил — прежде чем безропотно выполнить, спокойно подумай и выскажи свое мнение. Даже им с мамой.

Выскажет она папе свое мнение! Сейчас и выскажет. Уж в этих-то событиях принимала самое непосредственное участие. Хоть поначалу и вслепую. Это уже простила отцу и Димке, бог с ними, недооценили ее умственные способности. А дальше она отца не понимает. Не в его характере тайком все решать. «Пойду к нему, выскажусь!» — решительно вскочила она с кровати.

— Папа, ты занят? — Лилечка просунула голову в дверь отцовского кабинета.

— Заходи. Пришла выяснять отношения?

Лилечка с ногами забралась в кресло.

— Я уже позвонил твоему мужу, он приедет за тобой сюда, как освободится.

— Папа, мы не правы.

— Мы?

— Ты. А я с тобой согласилась. Не имеем мы права скрывать от генерала Трофимова этот диск!

Роговцев задумался. У самого было неспокойно на душе. Груз, который он был готов взвалить на свои и Лилечкины плечи, был слишком тяжел. Он-то ладно, не такое вынес. Но дочь! Она, конечно, сильная девочка. Но с повышенным чувством справедливости. Сам так воспитал. Забыть увиденное, не забудет. Но хранить молчание перед мужем и его дядей ей будет ох как трудно. Стоит ли?

— Папа, не молчи. Ты чего-то или кого-то опасаешься?

— Хорошо. Давай подумаем, — ушел он от прямого ответа.

— Ты не ответил. Чего ты боишься?

— Ничего. Но опасаюсь, что твой муж не сможет понять родного человека, которому очень верит и которого безмерно уважает. Ты знаешь, генерал Трофимов для него авторитет во всем.

— И все же. Не надо считать Димку таким… незрелым. Но дело даже не в этом. Ты не даешь возможности ни тому, ни другому принять решение самостоятельно. Димка же в курсе, что компромат существует…

— Мы можем сказать, что ничего не нашли.

— Он не поверит. А если поверит, то будет искать в другом месте. Подключит новых людей. Ему важно не уличить Трофимова, я уверена. Он хочет его уберечь.

— В этом я не сомневаюсь. Но, Кнопка, Дима не знает, насколько этот фильм страшен. Речь идет о хладнокровном убийстве. Пусть даже на войне!

— Все равно. Право Димки — знать, что на диске. И я за себя не уверена. Прости, но могу проболтаться. Я никогда от Димки ничего не скрывала. И как смогу это сделать сейчас, если собираюсь прожить с ним еще кучу лет?

— Хорошо, убедила. Он приедет, и мы ему все расскажем.

— И покажем. А генералу?

— И генералу. — Роговцев подошел к креслу и поцеловал дочь в макушку. — Иди пока ужином займись, хозяйка.

Лилечка, успокоенная, убежала на кухню. «Как я его люблю! И маму, и Димку! Люблю, люблю, люблю!» — облегченно радовалась она.