Умереть - это не страшно - Марина Скрябина

Предупреждать надо о визитах. Я бы дерьмо в хатке подгребла, маникюр-педикюр сделала… Хотя — ничего бы я делать не стала, если честно. Пофиг!

«И почему я раздаривала свои новомодные шмотки направо и налево? Одна Элька Григ — зараза такая! — перетаскала у меня чертову уйму.

А сколько денег мне отстегнул Сергей Иванович в качестве отступных, когда уволил из своей фирмы? На них хоть часть ремонта можно было провернуть», — промелькнули безрадостные мысли при виде чудо-дивы Вики.

Все бездарно прокутила! Даже пыль в глаза бывшей подруге школьных лет пустить нечем. Теперь-то я поняла, почему на встречи выпускников приходили только успешные бывшие одноклассники, которые смогли чего-то достичь, куда-то подняться. Чтобы похвастать! А другие — сидели по домам, исходя злобой, что остались не у дел. Я почувствовала себя такой ущербной, что противно на саму себя стало.

Холеные ручки с золотыми перстеньками, холеная мордочка с немелкими такими бриллиантиками в ушках, шикарные ухоженные локоны, окрашенные в какой-то невероятный цвет… Футы-нуты! А сама Вика в сногсшибательном брючном костюме цвета кофе с молоком и в норковой короткой шубке недовольно повела носом, заглянув внутрь, но в квартиру ко мне войти не решилась.

— Приветик, Лиса, — только она так меня называла, с ударением на первый слог. — Пойдем с тобой лучше в ресторанчик сходим. Угощу по случаю приезда. Собирайся живенько! Я тебя на улице подожду.

И уже начала спускаться вниз, цокая высоченными каблуками, не дождавшись моего ответа, будто бы и не сомневалась, что я побегу за ней следом, как подзаборная голодная шавка. Но я окликнула ее:

— Викуль, привет. Что же ты ко мне не заходишь? Брезгуешь, что ли? А как с Аркадием и Николаем кувыркалась в койке втроем, забыла?

Должна же я была поставить эту зарвавшуюся и зажравшуюся бабцу на место! Тоже мне — заезжая прима из Рима, — не меньше! Она резко обернулась, и на секунду я увидела перекошенную злобой физиономию из прошлой жизни. Что?! Схлопотала по мордам?!

Но Викуля всегда могла владеть собой и держать удар — не то что я! — и тут же нацепила одну из своих подчеркнуто-натянутых улыбочек, что надевают вышколенные секретарши в крутых офисах.

— Лис, ну что ты? При чем тут — брезгуешь? Я просто хотела постоять и покурить на свежем воздухе во дворе…

— А ты на кухне у меня покури.

— Хорошо, — неожиданно легко согласилась та. — Как скажешь.

И она вошла в квартиру, стараясь не касаться замызганных стен, брезгливо оглядываясь вокруг. Уж если Викуша себя поборола, то я сразу врубилась: ей чего-то от меня нужно. Причем — очень нужно! Только что можно взять с конченой наркоманки, чтобы так прогибаться? Загадка.

Боясь испачкаться, Вика так и не присела на одиноко стоящую табуретку, заляпанную то ли кофе, то ли вареньем — отголоски лучших времен — и только курила одну тонкую сигаретку «More» шоколадного цвета за другой на кухне, примостившись у открытой форточки, и элегантно стряхивая пепел указательным пальчиком в блюдце.

Мы с ней прибыли в самый шикарный ресторан города — «У Лукоморья», где постепенно напряг между нами развеялся, как только хорошенько выпили французского коньяку. Точно французского, потому что подруженька на ресторанное бухло не понадеялась, а принесла коньяк с собой из дома.

Я постоянно перехватывала восторженные взгляды в Викину сторону, которые бросали все особи мужского пола, находившиеся поблизости.

— Хороша Маша, да не наша! — читалось в каждом.

Но потом я перестала обращать на них внимание, как и перестала комплексовать в Вичкином присутствии. Не пуд ли соли вместе съеден? Мы вспомнили наши похождения в одиннадцатом классе и чуть позже, а потом я вкратце описала свои последние годы, сильно не вдаваясь в неприглядные подробности: только то, что посчитала нужным. И тут же схлопотала:

— Что ж ты так никуда и не выбилась? А такие надежды подавала! Судя по твоему внешнему виду и запущенной квартире — наркотиками балуешься? — прозорливо предположила Викуля, томно прикрыв глаза.

Пришлось признать, что не без того.

— А я — ни-ни! Никакой наркоты! Поэтому так и выдвинулась. Моя мать с дружком в Эмираты подалась — бизнес раскручивать на волнах перестройки. Я, естественно, с ними. Вот видишь, чего мы добились? По мне видно!

— Да, — призналась я, — Выглядишь ты шикарно!

— А хочешь так же выглядеть? — закинула она неожиданно крючок, на который я с лета не попалась, как рассчитывала Викуля.

— А что? Есть варианты? — спросила я ровным спокойным голосом, будто речь шла вовсе не о моем сказочном обогащении, а о чем-то нейтральном.

Тут-то мне подруга и призналась на ушко — каким бизнесом занимаются они с матерью: поставляют из России и Украины девок в бордели.

Да-а!!! Мне казалось, что я всего насмотрелась в этой жизни, но такого не ожидала. Продажа людей, это вам не наркота, и не оружие! Вот до чего докатились две одинокие волчицы, для которых чужая человеческая жизнь — ничто!

Оказалось, что Вика приехала в Россию за товаром. Уточню для тех, кто еще не врубился в ситуацию: за живым товаром. За красивыми бессловесными рабынями, которых можно в любой момент пустить в расход! И приехала не за разовой поставкой, а не больше — не меньше: налаживать сбыт, чтобы не мотаться самой и не засвечиваться на видеокамерах международных аэровокзалов.

Вичке хотелось только бабки стричь, припеваючи живя в Арабских Эмиратах, а черную работенку перевалить на кого-то другого. Срочно нужны были девушки для продажи, потому что эти две волчьи сучки — мамаша-зечка и дочура-выродок — вышли на прямой канал поставок в бордели, без посредников. И Вичке показалось, что я очень подхожу на роль типа зазывалы. Неужели она думала, что я смогу заведомо убивать девчонок ради горстки грязного бабла?

Я сделала вид, что слушаю с интересом, а у самой кровь стыла в жилах, хотя о своей работе бывшая подруга рассказывала интересно и хладнокровно.

— А потом и сама к нам в Эмираты переберешься жить. Вечное солнце и вечная сказка!

Представив себя в роли сволочи, продающей наших русских девочек иноверцам-зверям, которые будут измываться над ними, я даже протрезвела. Но сказала, что подумаю…

Следующий весь день ушел на раздумья. Вывод мог быть только один: «Конечно, лишних денег не бывает, но не таким же способом!» Я не захотела связываться с таким дерьмом, от которого не отмоешься всю оставшуюся жизнь. И так вокруг розами не пахнет, не хватало еще, чтобы меня посадили за пару тысяч баксов, заработанных на продаже людей. Интересно: ее-то с мамашей кошмарные сны не мучают? Не стоят девочки кровавые в глазах?