Бремя идолов - Чингиз Абдуллаев

Когда Дронго приехал в ФСБ, он с удивлением узнал, что емуне заказан пропуск. На Машкова это было совсем не похоже, он не страдаетсклерозом, с огорчением подумал Дронго. Попросив разрешения позвонить, оннабрал телефон полковника. Никто не отвечал. Тогда он позвонил в отдел и сизумлением узнал, что полковник Машков срочно вылетел в командировку, а за негоостался подполковник Левитин. Дронго, уже не раздумывая, набрал номер Левитина.

— Добрый день, — пробормотал Дронго, он не любил Левитина,но вынужден был ему звонить.

— Кто это говорит? — спросил под полковник.

— В прошлом году мы с вами встречались, — напомнил Дронго.

— Я так и подумал, что это вы, — сказал Левитин. — Кактолько у нас большие неприятности, сразу вы появляетесь. Как злой дух из табакерки.

— Там был злой чертик, — напомнил Дронго.

— Какая разница? Вы, конечно, зашли к нам случайно?

— Нет, не случайно. Мне нужно поговорить с полковникомМашковым, но он вылетел в командировку. Поэтому я хотел бы поговорить с вами.

Левитин уже собирался возразить, но вспомнил прошлогоднюювстречу. И случившиеся в этом году два убийства в институте, которые такблистательно помог ему раскрыть Дронго. Отказывать не имело смысла. Левитин ужезнал, что этот странный человек может добиваться феноменальных успехов в любомрасследовании. Именно поэтому он сказал:

— Я закажу вам пропуск.

Через несколько минут Дронго сидел в его кабинете.Подполковник встретил старого знакомого строгим взглядом. Предложил ему сесть,но руки не протянул.

— Какое у вас дело к Машкову?

— Мне нужны данные на одного депутата, — объяснил Дронго.

— На депутата? — переспросил Левитин. — Это очень непросто.Согласно нашим законам, мы не имеем права вести оперативную разработку вотношении членов правительства и депутатов.

— Я не прошу вас вести оперативную разработку. Мне нужныданные на этого человека, которые у вас есть.

— Вы думаете, у нас есть данные на всех депутатов?

— Думаю, что на всех. И на этого тоже есть. Я абсолютноубежден, что есть.

— Его фамилия? — Левитин взял ручку.

— Тетеринцев…

— Так. — Подполковник отложил ручку. — Рассказывайте, чтовам известно. Вы уже знаете, что мы занимаемся этим делом?

— Каким делом? Мне нужны на него данные.

— Почему? Почему они вам понадобились именно сейчас? Опятьтемните, Дронго? Хотите снова нас обскакать. Хотите устроить новую демонстрациюсвоих возможностей. А сами прибегаете к нам, чтобы воспользоваться нашимиданными.

— Во-первых, я не бежал, а ехал на попутной машине.Во-вторых, никакую демонстрацию я устраивать не намерен и вообще не знаю,почему вы занимаетесь Тетеринцевым. И, в-третьих, меня пригласил сам полковникМашков. У вас еще есть вопросы?

— Ну хорошо, — проворчал Левитин. — Я не хотел вас обидеть.Просто слишком много совпадений. Мы как раз сейчас занимаемся связями этогодепутата. И учтите, что я рассказываю об этом только из-за своего расположениялично к вам.

— Очень ценю, — с иронией в голосе заметив Дронго. — Значит,вы можете ознакомить меня о его досье?

— Хорошо, я прикажу показать, какие у нас имеются на негоданные. Конечно, если они не носят агентурного характера или не закрыты дляпосторонних.

— На святое я не посягаю, все понимаю.

— Теперь объясните, почему вас интересует именно Тетеринцев?Как вы на него вышли? Только правду, я ведь и так много вам рассказал.

— Меня попросили расследовать убийство журналиста Звонарева.Вы, наверное, слышали о том, что его убили.

— Знаю. Но мне казалось, что следствие ведет следовательпрокуратуры Бозин. И, насколько я знаю, вам никто не поручал вести это дело.

— Меня попросили об этом его коллеги.

— И, конечно, неплохо заплатили? — вкрадчиво проговорилЛевитин.

Дронго не считал нужным скрывать подобные факты. В концеконцов, он не воровал деньги, а зарабатывал их нелегким трудом. Именно поэтомуон пожал плечами и сказал:

— Вы же знаете, что это единственный источник моегосуществования.

— И вы смеете еще приходить к нам и просить, чтобы вампомогли, — покачал головой Левитин. — Я в отличие от вас гонораров не получаю.И работаю только за одну зарплату.

— Поэтому ваши результаты бывают всегда хуже моих, —парировал Дронго. — Только не обижайтесь, я не имею в виду лично вас.

— Что у вас со Звонаревым, рассказывайте дальше, —потребовал подполковник.

— В ходе расследования я обнаружил, что погибшийинтересовался клубом «Прометей», которому покровительствует депутат Тетеринцев.А его «Порт-банк» даже купил и подарил здание этому клубу. Причем общая площадьздания две тысячи метров.

— Правильно сделал. Это как раз характеризует Тетеринцева сположительной стороны, — пожал плечами Левитин. — Почему это вас такнасторожило? Или вы считаете, что в Москве не осталось порядочных людей?

— Остались, — кивнул Дронго. — Кстати, они есть и в вашемведомстве, хотя справедливости ради стоит отметить, что их осталось не такмного. Но меня очень интересует, почему Тетеринцев решился на подобный шаг.Поверить в его альтруизм я не могу.

— Спросите у него, — снова пожал плечами Левитин. — Это неповод для подозрений. Или вы Думаете, что он убил журналиста только потому, чтотот интересовался, почему депутат подарил детскому клубу помещение?

Левитин улыбнулся своей шутке. Но Дронго как бы не заметилего улыбки.

— Нет, — сказал он, — я не думаю, что он убил журналиста. Номне интересно, почему Звонарев перед смертью так интересовался этим клубом.Кстати, он не очень детский. Там собираются подростки шестнадцати-семнадцатилет.

Тетеринцев даже оборудовал для них тир.

— И правильно сделал. Чем слоняться без дела по улицам,пусть лучше в клуб ходят. Не вижу ничего дурного…

— Мне можно ознакомиться с данными на него? — спросилДронго, чувствуя, что начинает нервничать. Очевидно, у них с подполковникомбыли разные группы крови.