Упавшая с небес, или Жить страстями приятно - Юлия Шилова

– Она сама начала, по морде меня ударила!

Я готова была просто лопнуть от гнева, но постаралась сдержаться.

– Хреновенький у тебя брат, Сашка, а самое главное, что подленький. Душонка у него такая мелкая, такая гаденькая…

Сашка явно не знал, как себя вести – то ли броситься с кулаками на брата, то ли пожалеть и успокоить меня. Он не стал устраивать мордобой, а просто взял меня за руку и по-отечески сказал:

– Ольга, прости этого дурака. Он сам не ведает, что творит. Ты пока разбери пакет с продуктами, а я уйду с Игорем по одному делу и приду часика через два.

– Я надеюсь, ты придешь один.

– В смысле?

– Ну, без брата.

– Один, один, – ласково улыбнулся Сашка, целуя меня в щеку.

Пока они шли по коридору, я слышала, как оправдывался Игорь:

– Санька, я ни при чем. Я тебе отвечаю за свой базар. Она первая начала. Она мне сразу не понравилась. Какая-то подозрительная…

– А она тебе вообще нравиться не должна. Я же на ней женюсь, а не ты. Лишь бы мне она нравилась.

– Это, конечно, твое дело, но девка мутная какая-то…

– Только бы ты был прозрачный…

Мужские голоса затихли, хлопнула дверь.

– Ну и родственничек, – пробормотала я и стукнула кулаком о стену. – Придется основательно потрудиться… Мы еще посмотрим, кто из нас будет в дамках, а кто в дураках.

Прошлепав в Сашкину комнату, я принялась искать оружие. Мне хотелось его найти, чтобы перепрятать в другом месте, о котором бы не знал Сашка. Когда он придет, я скажу ему, что ствол у меня. Если собрались заводить семью, то нам нужно привыкать к спокойной жизни, лишенной риска и опасности. Не надо никому мстить, учинять разборки. Черт побери, меня устраивает эта неказистая коммуналка! Ведь я живу с человеком, который мне дорог. Я готова ездить на общественном транспорте, экономить на хлебе и считать копейки, оставшиеся до получки. Зато я буду спокойна. Это очень важно – спокойно жить. Спокойно выходить из дома, спокойно ходить по магазинам, спокойно сидеть вечером за чашкой чая, ложиться в кровать и спокойно засыпать, думая, что никто не потревожит твой сон.

Искать пришлось недолго. Завернутый в полотенце ствол лежал в шкафу на нижней полке. Размотав полотенце, я охнула – это был новенький, пахнущий маслом автомат. Еще никогда в жизни я не видела автомат так близко и уж тем более никогда не держала его в руках. За моей спиной послышался скрип двери. Я быстро завернула автомат и положила на место. Может, и не нужно его перепрятывать? Сашка разозлится, скажет, что я подслушиваю разговоры и копаюсь в его вещах. Еще не время. Позже я все скажу, все будет по-моему.

Обернувшись, я увидела, что в приоткрытой двери появилась голова бабы Глаши. Она была похожа на кукушку в часах.

– Баба Глаша, а тебя не учили стучаться?! – вспылила я.

– Я к Саше никогда не стучалась.

– Это ты к Саше не стучалась, а теперь он живет не один, а со мной.

От моих слов старушка почувствовала неловкость.

Я спросила уже более спокойно:

– Что ты хотела, баба Глаша, говори.

– Я в магазин пошла. Может, вам купить чего надо?

– Сашка уже все купил. Баба Глаша, куда ж тебе по магазинам-то ходить? Нужно было Сашу попросить, он бы все принес.

– Ты еще скажи, что мне в гроб пора, – явно обиделась старушка.

Я почувствовала неловкость и опустила глаза.

– Да я не это имела в виду. В гроб тебе рано. Ты вон, носишься, как гончая. Я до твоего возраста точно не доживу.

– Конечно, не доживешь, если будешь самогонку пить и психотропными таблетками заедать. Я, собственно, вот по какому поводу заглядываю…

– По какому?

– Я пока отлучусь, а ты не можешь самогонкой поторговать?

– Что?

– Ну это на случай, если из местных алкашей кто-то в дверь позвонит. Сама понимаешь, бизнес есть бизнес, он не должен простаивать. Мне нужно сахарку подкупить, для новой партии.

– А у тебя самогонный аппарат имеется?

– Имеется. Он мне по наследству достался.

– Хорошенькое наследство! Что же это выходит? Уже не одно поколение самогонку гонит?

– Это точно, – с гордостью улыбнулась старушка. – Это наше семейное дело. Передается по наследству. Только вот мне его передать некому. Нет у меня ни детей, ни внуков. Я Саше говорила, мол, давай научу, так он отнекивается. Если бог даст, доживу и у вас ребеночек родится, я это дело ему передам.

– Еще чего не хватало! Как я торговать-то должна?

– В кухне в самом крайнем шкафчике слева поллитровая бутылка. Не волнуйся, может, пока я буду бегать, никто и не придет. Сама знаешь, тут как и в любом бизнесе то густо, то пусто. Час пик – ранним утром, когда клиенту необходимо похмелиться, или вечером, когда он без бутылки просто пропадет. В обед затишье. А сейчас как раз обед. Это я так, на всякий случай…

– А такса какая?

– Полтинник пол-литровая бутылка.

– Что так дешево?

– Сейчас конкурентов, как собак нерезаных. Вон, в соседнем доме две пенсионерки-активистки водку катают, так они и того дешевле продают. Но ведь у меня все-таки самогонка, а не водка. Спирт у меня халявный. Мне его подруга по своим каналам достает. Мы с ней еще в тридцать пятом на танцах познакомились. Парней вместе кадрили. До сих пор дружим. С сахаром тоже полный порядок. У второй подружки внучка на оптовой базе работает фасовщицей. Очень хорошо фасует, мне обязательно пару килограммов фасанет. У нее рука ой как набита. На базе все весы подкручены.

– Ну, баба Глаша, ты даешь!

– Ладно, детонька, задача ясна? Я тебя на всякий случай в курс дела ввела. А клиента ты сразу узнаешь. У него или нос красно-синий, или ручонки трясутся. А еще их по специфическому запаху можно определить. А если в общих чертах, то у них у всех вид больной. Они же мои пациенты, а я для них что-то вроде «скорой помощи». – Баба Глаша немного помолчала, а затем добавила: – Ольга, а ты ведь Сашке-то и не жена вовсе.

– А кто? – опешила я.

– Любовница.

– Любовница, – повторила я и мечтательно закатила глаза. – Любовница… Красивое слово. В этом что-то есть…

– Это верно. Сейчас такое время, что сам черт не разберет, кем лучше быть – женой или любовницей.

– Ох и современная же ты, баба Глаша!

За бабкой закрылась дверь, а я, взяв с дивана подушку, крепко прижала ее к груди и стала качать, как когда-то качала свою маленькую девочку:

Дремлет папа на диване,

Дремлет мама у стола,

Дремлют наволочки в ванне,

Дина тоже спать должна…