Поездка в Трансильванию - Чингиз Абдуллаев

– Понятно, – сказал Дронго. – Спасибо, Мирон, что ответили на мои вопросы. Будем считать, что вы смогли себя реабилитировать.

– Может, тогда еще одно интервью, авансом? – попросил журналист.

– Не наглейте, – посоветовал Дронго, – имейте совесть.

Положив телефон в карман, он подумал, что неплохо бы и пообедать. В зале ресторана сидел за столом Сиди Какуб, и Дронго подсел к нему.

– Я слышал, что вы ездили утром в больницу к госпоже Штефанеску, – заговорил Сиди Какуб.

– Да, ездил.

– Не можете успокоиться? Все хотите выяснить, кто мог убить профессора Уислера?

– А вы не хотите? Вам разве неинтересно?

– Очень интересно. Только я думаю, что это убийство не спонтанное, а хорошо продуманное.

– Тогда скажите, кого именно вы подозреваете.

– Не знаю. Могу лишь точно сказать, что я не убивал профессора. Значит, остаются двое – Гордон или Тромбетти. Итальянец более циничен, более отважен, более жесток. Но Гордон более замкнут, более осторожен, более расчетлив. У каждого есть свои плюсы и минусы.

– Остальных вы не рассматриваете?

– А нужно? Я видел, с какой силой затянули петлю на шее убитого. Этого не могла сделать женщина. Ни Катиба, ни Лесия. И не мог сделать наш гид Иеремия. Значит, остаемся мы трое. И один из нас должен быть убийцей.

– Но вдруг мы ошибаемся? Что-то не учитываем в своих логических построениях?

– Может быть, – осторожно согласился Сиди Какуб. – Тогда я должен понимать, какую именно ошибку допускаю.

После обеда Дронго поднялся к себе в номер. В этой комнате он чувствовал себя словно запертым в клетке. Раздевшись, лег в кровать, закрыл глаза и не заметил, как уснул. Разбудил его телефонный звонок. Это был комиссар Брюлей.

– У нас тут обширное досье, – сообщил комиссар. – Я выслал тебе фотографии и копии документов. Может, тебе понадобится. С моей точки зрения, они содержат очень интересные факты. Сейчас передаю все на твой электронный адрес. Можешь распечатать их прямо в отеле.

– Я так и сделаю, – согласился Дронго и поблагодарил комиссара за оперативность.

Все полученные материалы он просмотрел очень внимательно. Затем спустился вниз в бизнес-центр, чтобы распечатать фотографии и некоторые копии документов, после чего попросил дежурного портье соединить его с прокурором Мунтяну.

– Господин прокурор, завтра утром я прошу собрать всех членов нашей группы. Было бы замечательно, если бы вы смогли вызвать к нам и следователя Барбуцэ, а также приехать сами.

– Что случилось?

– Мне кажется, дело закрыто, – пояснил Дронго. – Можете считать, что оба преступления раскрыты.

– Вы шутите? – обиделся прокурор. – Мы только приступили к следственным действиям. Вы понимаете, насколько это серьезно?

– Понимаю. И именно поэтому звоню вам. Я все продумал. Завтра вы и следователь Барбуцэ должны быть в нашем конференц-зале, где соберутся все члены группы. Было бы желательно привезти сюда и Лесию Штефанеску. Мы сегодня были у нее, и она чувствует себя гораздо лучше.

– Я все равно должен буду получить разрешение главного врача.

– Безусловно, – согласился Дронго. – Значит, завтра утром мы собираемся в нашем отеле.

– Ответьте мне только на один вопрос, – попросил Мунтяну.

– Я вас слушаю.

– Убийца находится среди вас или в обоих случаях действовали неизвестные нам люди?

– Убийца находится среди нас, – сказал Дронго. – Больше ничего не буду говорить, чтобы не спугнуть его до завтрашнего утра. Надеюсь, вы сумеете обеспечить приезд Барбуцэ. Всего хорошего.

– До свидания, – ошеломленно пробормотал прокурор, кладя трубку.

У себя в кабинете он долго сидел, размышляя над случившимся и пытаясь понять, что именно сможет сказать им завтра этот непонятный эксперт. Примерно через час позвонил и попросил, чтобы следователь Барбуцэ завтра утром был у них в городе. Заодно усилил наряды в отеле, приказав утром оцепить здание силами местных сотрудников полиции.