Год Быка - Александр Омельянюк

– «Хорошо, конечно!».

– «Я сейчас специально ничего не буду говорить о Вашем сыне, дабы не отвлекать Вас пока преждевременной информацией! Единственное скажу, что скоро Вы увидите и сына и всю его семью!».

От радости у Платона перехватило горло и он, молча улыбаясь, кивнул.

Через несколько минут они вышли из автомобиля и свернули за угол. Всего в нескольких десятках метров у главного входа в Министерство Юстиции РФ уже толпились теле и фотокорреспонденты. У ограды уже ожидал и уполномоченный представитель этого министерства. Он обменялся рукопожатиями с представителем СВР РФ и Платоном:

– «Очень приятно, Платон Петрович!».

– «А мне-то как?!» – не к месту отшутился тот.

Тут же представитель власти обратился к корреспондентам с кратким вступительным словом, в котором объяснил прессе, что благодаря длительной и упорной работе МИДа, Минюста и СВР, президенты России и Аргентины договорились о досрочном освобождении бывшего гражданина СССР, и разрешении ему посетить Российскую федерацию для свидания с родными и близкими.

Затем он представил им отца виновника торжества – Платона Петровича. Начались вопросы. Платон взял себя в руки и отвечал чётко и кратко, почти по-военному. Затем он подумал, что его манера так сейчас говорить может вызвать подозрение о его инструктаже, и перешёл на более свободное общение с прессой, подкупая её представителей улыбками и юмором, в основном отшучиваясь от их вопросов.

После окончания мероприятия, прерванного всё тем же представителем Минюста, сославшегося на ещё предстоящую встречу, но уже со всей семьёй, Владимир Сергеевич вновь пригласил Платона в свою машину, и, отъехав за угол, уже у ворот медицинского центра поблагодарил Платона за весьма удачное и артистическое интервью прессе.

Он оставил ему номер своего телефона, назвал примерное время и телевизионный канал, по которому можно было всё это видеть, и объявил, что сейчас решаются чисто технические вопросы приезда Вячеслава Платоновича Гаврилова-Кочета домой в Россию.

Платону почему-то стало немного тревожно на душе от слов «приезда», а не возвращения, но он не стал сейчас досаждать несвоевременными вопросами так порадовавшему его человеку.

На рабочем месте Надежда встретила Платона с нескрываемым любопытством, но настороженно:

– «Ну, что это за фокусы? Колись!».

– «Да, так! Старые друзья объявились».

– «Ничего себе, у тебя друзья!» – польстила она подчинённому, гордясь тем, что тот работает у неё и на неё.

– «Было дело!» – совсем заинтриговал он начальницу.

Вечером Платон оповестил Варвару, Ксению и Анастасию о долгожданной новости, надолго разговорившись с сестрой.

Их разговор о загранице невольно коснулся и Жана Татляна. В результате Платон подарил Насте его песни, послав их по электронной почте. Прослушав некоторые из них, та позвонила брату:

– «После таких песен… летать хочется!».

– «Бомбить!» – отшутился тот.

На следующий день на работу Платон пришёл в особо приподнятом духе. Ничто и никто из коллег теперь ни на йоту не могли испортить его настроения.

А под музыку вальса душа поэта запела, недавно завершённое им, ранее не до конца сочинённое стихотворение: