Асмодей Pictures - Георгий Зотов

(улица Даниловский Вал, довольно помпезное здание)

Данталион (в отличие от многих архонтов) считал пребывание в человеческом образе большой сложностью. Да, полукровки не стареют и могут остановить свою внешность на любом возрасте, а бесы в зверином обличье получают человеческую кожу бесплатно, с выделкой в лучших московских мастерских. Но если ты демон с лицом человека и находишься на публичной должности, то правильный грим — наше всё. Каждое утро Данталиона приводили в порядок две специалистки мейкапа из Голливуда — заклинаний в этой области он не признавал. «Нельзя во всём полагаться на волю провидения, — объяснял Данталион в своё время покойному Астароту. — В самый неподходящий момент чары могут развеяться. А что это значит? Придётся убивать сотни свидетелей, либо в случае прямой телетрансляции потратишь целую тонну маны на зачарование зрительской массы для потери памяти. В двадцать первом веке, собратья, довольно хреново быть демоном».

Рука девушки нанесла кисточкой пудру на его щёку.

На пороге возник свеженазначенный руководитель департамента веротерпимости Данталиона — сын демона Мурмура, молодой бес Мурмур Мурмурович. Его перевели на должность позавчера, прямиком из отдела прелюбодеяний, и он чувствовал себя не в своей тарелке; вместо джинсов, свитера и кроссовок пришлось одеться в рясу, приклеить накладную бородку и обрести благость во взгляде (такому годами тренируются, а тут за сутки возьми сообрази). За последнюю неделю, ввиду серии смертей среди архонтов, освободилась масса должностей: посему Коллегия Демонов постановила о перестановках. Мурмур Мурмурович не обрадовался уходу из-под крыла папы, поскольку работа на ниве религии предусматривала несколько иное поведение, в том числе отсутствие визитов в «Адскую Кухню». Каждый раз при входе в гримёрку его обыскивали дюжие телохранители — и этот факт также безмерно раздражал Мурмура-младшего.

— Благослови Бог, — вежливо произнёс Мурмур и почесал подбородок под бородой.

— Всё нормально, — махнул дланью Данталион. — Сии девицы — североамериканки-вендиго в искусственной коже, так что можешь говорить при них. Что сегодня у нас предстоит?

Мурмур Мурмурович порылся в папке с бумагами.

— Йоу, босс, — сообщил он, игриво улыбнувшись в сторону вендиго. — Мы возвращаемся на круги своя. В Госдуме прошёл закон об усилении ответственности за оскорбление чувств верующих. Теперь можно получить до двух лет тюрьмы, если свидетели донесут, что ты в храме без умиления иконку в руки взял. А они непременно донесут: здесь такое обожают.

Он подумал, что дальше последует критика — и не ошибся.

— А вот лично я недоволен, — оседлал своего любимого конька Данталион. — Куда Госдума смотрит, а вместе с ней и Коллегия Демонов? Необходим закон об уголовном преследовании всех, кто спрашивает — откуда у твоего духовного отца дизайнерские платиновые часы, штучный «Мерседес» и хоромы в центре Москвы, как у нефтяного олигарха? Неужели и так не понятно — Господь от щедрот своих подарил за святость! Так нет, всё лезут, интересуются, демотиваторы в Интернете постят. Христианство никуда не годится как религия. И куда делись старые добрые времена, когда жрецы Мардука в Вавилоне или Кётцалькоатля в Теночтитлане были с ног до головы увешаны алмазами!

— Так наши и сейчас ведь увешаны, — удивился Мурмур Мурмурович.

— Юноша, что вы знаете об античной жизни? — возмутился Данталион. — Любого священника возьмите — бриллиантов и платины в общей сумме на двести граммов меньше, чем на самом завалящем вавилонском жреце! А ведь олдскульные жрецы — образец для правильной религии: посему я и стараюсь, не жалея сил, чтобы рядовой священник напоминал бизнесмена средней руки — хорошая «тачка», приличное бабло, дорогой смартфон. И твёрдая такса за отпевание, крещение, причастие. Неплохо бы также ввести в Чёрное Воскресенье особые скидки на просвиры. При таком раскладе собственно Христа никто из прихожан и не вспомнит. Есть в этом ирония судьбы, что храмы Иисуса курируют демоны. Но ведь люди не задумываются: практически ничего из того, что проповедовал их Бог в Иерусалиме, в нынешней религии нет. Есть только бизнес.

— Типа того, босс, — кивнул Мурмурович. — Неплохо бы ещё жертвоприношения в традиции вернуть. А то и не развернёшься, шоу отстойное — все толпятся, все чего-то молятся… вот кабы костёр, пытки и другая красота — как бы оно-то завертелось, йоу!

— Ты всецело прав, мой инфернальный сын, — затряс бородой Данталион. — Зачем религия без вкуса крови? Христианство тоже зажигало в прямом смысле — я имею в виду сожжения ведьм на кострах и утонувшие в пепле города после Крестовых походов… тогда грехи сыпались миллионами, наполняя наши цистерны маной. У ацтеков вкушали на пирамидах сердца казнённых пленников, а здесь поглощают просвирки с вином в качестве плоти и крови своего пророка. А ведь эти традиции изначально задуманы в Коллегии Демонов, чтобы популяризировать людоедство! Как часто волшебная реальность превращается в гнусную действительность. Ведь едят же они символы своей религии — яйца, пресные хлебцы, пьют воду, а скушать человеческое мясо их никак не разведёшь.

— Ну, в Африке же получается, — вновь проявил оптимизм Мурмур Мурмурович.

— Африка — прекрасное место: демоны, которые там работают, как на курорте отдыхают, — вздохнул Данталион, поворачивая щёку под кисточку. — Местное население можно убедить в чём хочешь. Хотя здесь частично схоже — что по телевизору сказали, тому и верят, славянская традиция. Посему от идеи с людоедством мы не отказываемся: будут людей жрать, просто время пока не пришло. Я часто вбрасываю различные фишки, чтобы проверять реакцию населения. Например, инфу, что Виктору Цою писали песни в ЦРУ.