Самая честная мошенница - Марина Серова

В доме ребенка № 2 поменяли всю администрацию и некоторых работников, запятнавших себя неблаговидными поступками. На их место набрали молодых сотрудников. Появился новый главврач. Бурсова осталась в штате дома ребенка психологом. Как-то она пригласила меня к себе на работу, чтобы я воочию увидела, как изменился детский дом в последнее время. Мы прошлись по территории, корпусам, и мне показалось, что везде стало как-то чище и светлее, даже воздух стал каким-то другим. Охранники больше не напоминали цепных овчарок, готовых в любую минуту вцепиться в оказавшуюся в пределах видимости жертву. А воспитатели превратились из фальшиво улыбавшихся манекенов с лживыми, бегающими глазками в нормальных людей. В поведении и облике детей читалось облегчение. Кошмар, длившийся последние несколько лет, благополучно закончился. Началась новая жизнь. Однако многие дети еще время от времени с опаской поглядывали на дубинки охранников и казенно улыбались, когда им задавали дежурный вопрос, хорошо ли к ним относятся в детском доме.

— Это пройдет, — заверила меня Бурсова.

Потом мы посетили столовую. Я попробовала обед, который предлагался детям. Не ресторанное меню, которое мне предлагали при Михайловской, но есть можно — чем-то походило на еду в «Ворошиловке».

К нам присоединилась новая главврач, стройная подтянутая женщина лет тридцати с небольшим, одетая в белую блузку, строгую юбку чуть выше колена оливкового цвета. Процокав по гранитному полу столовой тонкими высокими каблуками, она присела за наш столик, предварительно спросив разрешения. Мы, конечно, были не против.

Я внимательно пригляделась к главврачу. Крашеные рыжие волосы средней длины, голубые глаза, обычное лицо, открытая улыбка — облик внушал доверие.

Вот по лицу Михайловской сразу было видно, что стерва. Эта — нет. Главврач с воодушевлением заявила, что у них с Розой родилось множество проектов, как улучшить жизнь детям. Часть денег, конфискованных у Михайловской, обещали передать дому ребенка. На эти средства решили организовать компьютерный класс, кое-где сделать косметический ремонт и закупить оборудование для производственных мастерских, чтобы старшие ребята могли обучаться профессиям, одновременно зарабатывая деньги, так как продукция будет реализовываться через магазины.

— Смотрите не переусердствуйте, — предостерегла я размечтавшуюся руководительницу дома ребенка, — а то будет как с прошлым руководством, увлекшимся коммерческой деятельностью.

— Я прослежу за тем, чтобы так не произошло, — заверила меня Бурсова. — Если кто-то тронет кого-нибудь из детей, то будет иметь дело со мной!

— Хорошо, я тоже буду находиться поблизости, если что, — улыбнулась я.

Главврач рассмеялась:

— Да что вы говорите! Никто теперь не посмеет плохо обращаться с детьми, пока я руковожу этим заведением.