Проделки небожительницы - Наталья Александрова

Вот на этом-то пустыре ранним утром, точнее, еще на исходе ночи, около половины пятого утра, появился зеленый «Форд».

Подъехав к бетонному чудищу, «Форд» остановился, и из него вышли три человека. Один из них – высокий, длинноволосый – был Великий Жрец, двое других – молодые парни, в которых по черным, как смоль, волосам и ярким выразительным глазам можно было узнать ассирийцев. Один из молодых айсоров держал в руках винтовку с оптическим прицелом, второй – легкий гранатомет-базуку.

Великий Жрец отдавал последние распоряжения.

– Подниметесь на верхний этаж этого дома, – он указал на бетонную махину, – выберете себе позиции в разных местах, подальше друг от друга, чтобы хорошо просматривался весь пустырь. Киргиз подъедет около девяти, с ним должна приехать грузовая фура с товаром. Мы появимся сразу после них, начнутся переговоры. Пока мы будем беседовать, вы тщательно цельтесь и готовьтесь к скорой стрельбе. Стреляете по моему сигналу: когда я достану белый платок. Ты, – Жрец кивнул на более молодого парня, вооруженного винтовкой, – берешь Киргиза. Целься в корпус, это надежнее, в голову – не надо, так больше вероятность промаха. Ты должен свалить его с первого же выстрела. Ты, – Жрец повернулся ко второму снайперу, коренастому, широкоплечему, вооруженному гранатометом, – стреляешь по джипу. Бей на поражение, постарайся одной гранатой уложить всех, кто сидит в машине. Как только вы увидите, что цели поражены, – действуйте по обстоятельствам, но старайтесь стрелять по тем целям, которые окажутся дальше от места основной схватки, чтобы не попасть в своих. Но главная ваша задача – первыми выстрелами положить Киргиза и взорвать джип. Все ясно?

Снайперы кивнули.

– Вот, возьмите термосы, в них горячий кофе. Надо, чтобы к началу разборки вы были в хорошей форме, чтобы ваши руки не замерзли и не затекли от неподвижности. Позиции для стрельбы выбирайте самые удобные.

Жрец сел в машину и уехал. Снайперы, зябко ежась от предутреннего холодка, отправились на позиции.

Ровно в девять утра на пустырь лихо вырулил армейский джип Киргиза. Дверцы распахнулись, и джип ощетинился стволами винтовок. Следом за джипом на пустырь выехала грузовая фура, за ней, почти вплотную, следовал мотоциклист в свободной куртке, под которой вполне можно было спрятать десантный автомат.

Моторы затихли, на пустыре наступила тишина. Только ветер уныло пел в траве все ту же вечную песню, которую поет он, должно быть, резвясь в киргизских степях.

Вновь послышался шум моторов, и на пустырь въехали черный «Мерседес» и зеленый «Форд». Машины остановились напротив армейского джипа, заглушили моторы. Дверцы «Мерседеса» открылись, из него выбрались сначала двое молодых айсоров с автоматами, а затем – высокий длинноволосый человек средних лет, Великий Жрец богини Ламашту.

Из джипа вышел невысокий худой человек с обвислыми монгольскими усами и кривыми ногами прирожденного кавалериста.

Жрец и Киргиз неторопливо пошли навстречу друг другу.

– Ну что, – проговорил Жрец с легкой усмешкой, – все-таки решил отдать мне свой товар?

– Не везти же его обратно, – холодно ответил Киргиз, блеснув узкими глазами, острыми, как два штыка. – Гыде деньги?

Жрец махнул рукой, и из «Мерседеса» выбрался еще один человек – лысый толстяк лет пятидесяти, с желтым кожаным чемоданом в руках.

– Зыдесь пять миллионов? – недоверчиво спросил Киргиз.

– Считай, – Жрец пожал плечами.

– А как же! Обязательно посычитаю.

Толстяк положил чемодан на землю у ног Киргиза, откинул крышку и поспешно отошел, оказавшись за спиной у Жреца.

Киргиз внимательно посмотрел на суетливого толстяка, потом перевел взгляд на чемодан с деньгами. Слегка наклонившись, он поднял одну из пачек. Только сверху лежала стодолларовая купюра, под ней была нарезанная бумага.

Жрец достал из кармана белый платок и вытер лоб. Ничего не произошло, и он невольно бросил взгляд в сторону возвышавшегося на краю пустыря бетонного недостроя.

– Зыря ты туда сымотришь, – спокойно проговорил Киргиз, разглядывая очередную пачку резаной бумаги. – Вы, городские люди, сылишком долго спите.

В то же мгновение в руке Киргиза вместо бумажной «куклы» возник черный «вальтер». Вороненый ствол уставился прямо в грудь Великого Жреца.

– Ты уже помахал белым пылатком, – Киргиз показал в усмешке кривые волчьи зубы, – теперь я помашу!

Не сводя глаз со своего противника, он выдернул левой рукой из кармана белый платок и взмахнул им.

По этому сигналу с верхнего этажа недостроенного здания сбросили, как тюки с ветошью, тела снайперов-айсоров.

– Долго сыпите, – повторил Киргиз, – мы у себя в сытепи привыкли рано выставать. Когда ты пыривез сюда своих стрелков, мои ребята их уже ждали. Мы привыкли рано выставать и привыкли честно пылатить.

Киргиз вторично взмахнул платком, и на верхнем этаже недостроя что-то тяжело бухнуло – два раза подряд. Тут же за спиной у Жреца полыхнуло багровое пламя, и обе его машины, черный «Мерседес» и зеленый «Форд», подорванные гранатами из базуки, взлетели на воздух и рассыпались на сотни пылающих обломков. С верхнего этажа застучал прокуренным басом тяжелый армейский пулемет, добивая оставшихся в живых айсоров.

Только Великий Жрец и прятавшийся за его спиной лысый толстяк – казначей – стояли невредимые посреди этого праздника смерти, а Киргиз, хищно усмехаясь, глядел на своего врага, наслаждаясь победой, и в его узких холодных глазах отсвечивало багрянцем зарево пылающих автомобилей.

– Вот, кырутой, что бывает с беспыредельщиками, – проговорил он наконец тоном, каким разговаривает строгий учитель с нерадивым учеником, и с сухим металлическим щелчком снял пистолет с предохранителя.

Но в это же мгновение Великий Жрец едва заметным движением надавил на кнопку зажатого в кулаке пульта дистанционного управления. От сигнала, посланного этим пультом, сработал детонатор взрывного устройства, спрятанного в желтом кожаном чемодане под толстым слоем фальшивых денег.

Тяжело громыхнул взрыв, и Киргиз, не успев понять, что происходит, не успев даже удивиться, отлетел в сторону, мгновенно став грудой искалеченной плоти.

Самого Великого Жреца едва не сбило с ног взрывной волной. Поднятая взрывом туча фальшивых денег, как дымовая завеса, прикрыла его от армейского джипа с бойцами Киргиза. Схватив за плечо перепуганного лысого толстяка-казначея и прикрываясь им, как щитом, от случайных пуль, Жрец, воспользовавшись буйством огня, укрылся за фурой с наркотиками, где его не могли бы подстрелить ни из джипа, ни с крыши недостроя. Навстречу ему рванулся мотоциклист-автоматчик, но Жрец, толкнув под автоматную очередь полуживого от страха казначея, одним прыжком преодолел разделявшее их расстояние, мощным рывком сбросил автоматчика с мотоцикла, оглушил его ударом ноги в висок и оседлал мотоцикл.

Могучий мотор двухколесной машины взревел, мотоцикл, как норовистый конь, взвился на дыбы, и Великий Жрец богини Ламашту умчался с поля боя, оставив на нем мертвые и корчившиеся в предсмертной агонии тела своих преданных слуг.