Король, королевич, портной - Влада Юрьева

— И что, думаешь, Тронов примет это? Мы же записывали все расследование на видео!

Она и сама понимала, что аргумент так себе. Если дать ему ключ, он за один день отснимет все подводки — якобы сам до этого дошел. Кто-нибудь — тот же Степан — может, и возмутится, но победителей не судят.

Но знает она ответ или нет, а нужно спрашивать дальше. Если она не хочет получить дозу этой гадости, нужно выиграть время.

— Все твой Тронов примет. Но рыжая, если хочешь знать, и не была моей целью. Сама нарвалась.

— Да неужели? Она сама захотела помочь тебе?

— Захотела использовать меня. Это ее главная стратегия, так она и продвигалась. Не слишком успешно, как я понял. Она нашла меня в гостинице, пыталась флиртовать. Я подыграл — назначил встречу в ресторане. Шлюшка эта и так скромностью не отличалась, а после хорошей смеси в своем бокале стала особенно болтливой. Один из плюсов моей профессии — уходить с большим запасом таких полезных веществ.

— Не думаю, что все полицейские оставляют себе запас наркотиков!

Ей было все равно, о чем говорить, лишь бы он к ней не приближался. Алиса уже поняла, что из своего положения сможет дотянуться до узла на веревке. У нее появился шанс, но требовалось время.

— Ты еще о честных полицейских, которые работают за зарплату, напой, — хмыкнул Игорь. — Не мой стиль. Я знал с самого начала, что получу от Тронова деньги, и так и будет. От рыжей толку мало, она просто не знала ничего. Ладно, хоть стресс снял. Бабец она страшный, но в темноте особо не видно.

— Ты что, изнасиловал ее? — Алиса оторопела, на секунду даже оторвалась от своего узла.

Понятно, что от человека, который проник в ее номер, напал на нее и привез сюда, можно ожидать чего угодно. Но как же это все неправильно! Они должны были всего лишь участвовать в безобидном психологическом проекте…

Хотя нет, она не имеет права обманывать себя. Игры со смертью не могут быть безобидными. И все же этот эксперимент зашел слишком далеко.

— «Изнасиловал» — романтично-то как! — расхохотался Игорь. — Да просто вывез в лес и поимел. Она, кстати, не сопротивлялась, ей привычно. Потом она получила такой же укол и отрубилась. Могла вернуться в игру, но я постарался по максимуму усложнить ей это дело. В гостинице эта рыжая рожа больше не показывалась — как видишь, у меня получилось.

Тоня действительно не была скромницей. Оставалось только гадать, что он сделал такого, чтобы ее отпугнуть. Как бы там ни было, проходить через это Алисе точно не хотелось, и она заработала пальцами с удвоенной активностью.

— От рыжей толку было мало, — вел свое Игорь, — но она навела меня на этого шизоида.

— Ты об Адаме? Что ты с ним сделал?!

— Да ничего я не сделал. Он где-то затихарился, я его не нашел. Осмотрел его комнату, записи. Это оказалось полезно.

Он мог соврать, но зачем ему это? Того, в чем он уже признался, хватило бы на пару уголовных статей. И потом, Адам действительно исчез раньше, чем Тоня, это Алиса помнила твердо.

— Мы с Адамом вместе не работали. Зачем тебе я?

— А кто еще? Вся эта ерунда движется к концу. Ты, тот чурка, что с тобой тусит, и московский мажор — вы продвинулись дальше всех. С мажором я разобрался быстро, на него времени жалко. С тобой базарить все-таки приятнее.

С Денисом они не сотрудничали, он был ей неприятен. Но он точно не опускался до таких методов, как этот. А вот и их с Дамиром прокол: они так увлеклись собственным расследованием, что не заметили, как еще один участник проекта исчез. Теперь она пыталась вспомнить, когда видела его в последний раз, — выходило действительно давно.

— Троих нет, трое остались. — Боров и сам, кажется, вошел во вкус, пока излагал историю своих побед. — Но телка эта вторая сама по себе ничего не стоит. Если выбирать для отдыха, я бы ее сюда привел, она симпатичней. Но ваши шерлок-холмсовские тайны знаешь ты. Придется колоться, гы.

— Есть еще Дамир, но с ним ты связываться не решился, так?

— Здоровый лось, точно. Его, может, и убрать придется. Все зависит от того, как он себя поведет. И от тебя.

— От меня?

— Что, хочешь сохранить жизнь этому чурке? Вы же с ним спелись. Если все мне расскажешь и я решу, что этого достаточно, узкоглазого не трону.

В стороне мелькнуло что-то белое. Или ей почудилось? Ночная птица ее не спасет, в призраков она не верит, хотя им на болоте самое место.

— Говори четко и по существу. — Боров вдоволь нахвастался и перешел к приказам. — Если мне понравится, как ты будешь рассказывать, получишь свой укол и уйдешь живой. Начнешь выпендриваться — будет как с рыжей. Дошло?

Алиса угрюмо молчала.

Она сейчас не думала о выигрыше и не защищала их с Дамиром работу, хотя и это важно. Она не может позволить себе такую роскошь — пойти на принцип. Значит, дать ему ответ, которого он ждет?

Где гарантия, что он сохранит ей жизнь? Даже с этим шприцем он может блефовать. Он ведь привез ее не в ближайший лес, а в дальний, туда, где удобнее спрятать тело.

Пока она не скажет главного, она жива.

— Как ты узнал о болоте? — Алиса решила зайти с другой стороны.

— Что вы трупы нашли? От ментов местных, как еще. Знаешь, с ними было проще найти общий язык, чем с тобой. Не бесплатно, да. Но я уважаю такой подход.

— Почему мы здесь?

— Чтобы память тебе, дура, освежить!

Его глаза сейчас говорили больше, чем слова. Нет, он не собирался ее отпускать. Потому что знал, что она не Тоня. Не забьется испуганно в угол, не позволит ему уйти безнаказанным. Если она снова объединится с Дамиром, убрать их двоих у него вряд ли получится, и он это понимал.

Но и тянуть дальше время Алиса не могла. Она не героиня боевиков и знает о себе, что, если он начнет бить, долго она не выдержит. Уже сейчас ее нервы на пределе.

Узел наконец поддался, веревка ослабла. В темноте он не сразу это заметил, а когда заметил — было поздно. Алиса сорвалась и бросилась в чащу.

Это был жест отчаяния в чистом виде. В любой момент у нее под ногами могла оказаться топь. А еще она понятия не имела, куда бежать. Надежда была одна — что он не потащится за ней в болото.

Увы. Он бросился за ней, хоть и двигался медленнее — из-за фонаря, которым подсвечивал дорогу. Зато он гарантировал себе безопасность, а она — нет. Она должна была рано или поздно оказаться в ловушке.

Это случилось очень скоро. После очередного шага она просто провалилась. Ей чудом удалось ухватиться за корни дерева, но ноги уже ушли в болотную вязь ниже колена.

Это было странное ощущение — как будто стоишь не в грязи, а в цементе. Алиса считала себя физически сильной, но теперь самой себе казалась бабочкой в паутине. Она могла дергаться сколько угодно — освободиться самостоятельно не получалось.