Злодей в подарочной упаковке - Светлана Алешина

Но едва Здоренко положил трубку, я быстро набрала номер домашнего телефона Виктора и назначила ему свидание около его подъезда через полчаса. Быстро привела себя в порядок, оделась, схватила сумочку, сотовый телефон и спустилась к машине.

До Виктора я доехала за пятнадцать минут и остановилась около его дома. Надо было еще сообщить Маринке, что мы уезжаем в Дубки, чтобы сотрудники редакции не удивлялись нашему внезапному исчезновению.

— Алло, — протянула лениво Маринка. — Привет! Ты где сейчас? — поинтересовалась я у подруги.

— Как где? В постели с самым прекрасным мужчиной на свете, — загадочно проговорила Маринка, мурлыча в трубку. — Только не думай, что это все тот же кавалер, с которым мы тогда с тобой познакомились в «Эдеме». Того джентльмена и след простыл: не успели мы и неделю повстречаться, как он куда-то исчез. Хотя моего любимого тоже зовут Александр, но он со мной уже две недели! Так что это настоящая любовь!

— Маринка, — перебила я подругу, потому что она могла бесконечно говорить о своих многочисленных поклонниках, — мы с Виктором сейчас едем в Дубки, так что нас в редакции не будет.

— В какие Дубки? — не поняла Маринка.

— Там, по нашим расчетам, должно произойти ограбление особняка Волынского. Это подтвердил и Здоренко, — напомнила я забывчивой подруге. — Не могу же я оставаться в стороне! От исхода этого дела зависит судьба уголовного дела, которое заведено на меня по факту наезда на Валерию.

Маринка пожелала нам удачи, и я отключила телефон, так как из подъезда уже выходил Виктор с рабочей сумкой и фотоаппаратом через плечо.

Я мчалась на бешеной скорости, опасаясь, что опоздаю и не увижу самого интересного, то есть захвата грабителей. Участвовать лично в этом я не хотела, но мог бы получиться интересный материал для газеты.

С того времени как я занималась эти делом, прошло уже довольно много времени, даже весна уже вступила в свои права, и в воздухе ощущалась свежесть, характерная для этого времени года. В городе снег почти растаял, а в Дубках он еще лежал сиротливыми островками. Машину мы оставили, завернув в один из проулков, прямо на обочине около ворот особняка, с хозяином которого мы не были знакомы. Времени на разговоры с охранником сейчас не было, поэтому я бросила машину, не побеспокоившись о ней. И решила, что нам опять придется просить помощи у Бориса Ильича, соседа Можайского и Волынского, с которым мы уже были знакомы: из окна его столовой хорошо просматривались оба дома, и именно с этого места получились бы качественные снимки.

В поселке стояла тишь; мы с Виктором старались идти быстро, не привлекая внимания посторонних. Подходя к знакомым домам, я бросила взгляд на особняк Волынского, который казался совершенно безлюдным: Иван Игоревич уже, наверное, уехал на работу в город. Машины Можайского во дворе соседнего участка тоже не было: видно, отправился на службу.

Калитка у ворот Федорцова не была заперта, поэтому мы беспрепятственно прошли к двери дома. Я тихо постучалась, и хозяин почти тотчас же открыл нам дверь.

— Здравствуйте, Ольга Юрьевна, — узнал нас Федорцов и пригласил в дом.

— Мы опять вас беспокоим, уж извините, пожалуйста. — Я улыбнулась Борису Ильичу, не сообщая цели нашего прихода.

— Опять следить будете? — поинтересовался он.

— Да! Можно пройти в столовую? — попросила я разрешения, не сомневаясь, что знакомый дачник не откажет нам и на этот раз.

Борис Ильич проводил нас, а сам принялся что-то готовить на кухне. Я устроилась у окна, на подоконнике которого еще лежала подзорная труба, которой мы пользовались в прошлый раз. Виктор присел рядом и взял в руки фотоаппарат.

Ожидание наше было нетерпеливым. Мне хотелось, чтобы грабители начали свое грязное дело сейчас, немедленно. Мы не знали, когда это должно произойти. Но ведь майор Здоренко не зря назначал именно эту дату. Источнику, из которого он узнал о готовящемся ограблении, я доверяла, поэтому не сомневалась, что все произойдет именно сегодня, но вот когда?..

Во дворе Волынского было по-прежнему тихо, и мне казалось, что в доме никого нет, несмотря на то что Здоренко предупредил о готовящейся засаде. Я выжидательно всматривалась в окна особняка, не сводя с него глаз. Пропустить самое интересное, то есть непосредственное появление грабителей, мне не хотелось.

В таком тревожном ожидании мы просидели около трех часов, и я уже начала уставать. Борис Ильич все подливал и подливал нам чая в чашки, а Виктор не выпускал из рук фотоаппарата. Во дворе Волынского по-прежнему не наблюдалось никакого движения, в поселке стояла мертвая тишина, и только щебетание птичек едва слышно доносилось до нас.

И вдруг я услышала звук приближающейся машины, сразу же посмотрев по сторонам. Именно оттуда, откуда несколько часов назад пришли и мы с Виктором, мчался автомобиль, «шестерка» серого цвета. Сидящих за рулем не было видно, но вскоре он подъехал к воротам Волынского. В машине сидели двое. Я направила подзорную трубу на мужчину, сидящего за рулем.

Это, без сомнения, был Дмитрий Корандин, только на сей раз одетый по-весеннему, в куртке с высоким воротом, прикрывающей нижнюю часть лица, и в надвинутой на лоб кепке. Но тем не менее я узнала его сразу. Дмитрий вышел из машины и прошел к воротам.

Напарник его стоял ко мне спиной. Ничего примечательного в его фигуре я не обнаружила, но, когда незнакомец оглянулся, внимательно осматривая окружающие особняки, я едва удержалась, чтобы не вскрикнуть. В тишине звучали только щелчки фотоаппарата, Виктор фиксировал практически каждое движение грабителей, поэтому мой всхлип, вырвавшийся все же, был неожиданным и пугающим. Напарником Дмитрия оказался тот самый Александр, который месяц назад стремился покорить в кафе сердце Маринки. И я была непосредственной участницей этого знакомства!.. А вот подробностей развития отношений подруги с этим типом, как, впрочем, и расставания, я не знала, потому что не придала тогда значения очередному увлечению своей секретарши.

Тем временем Дмитрий с Александром уже спокойно шли к особняку Волынского. Грабители не оглянулись ни разу и, как только Дмитрий открыл дверь, шмыгнули внутрь. В столовой, откуда мы наблюдали за всем, было тихо, но, если бы в доме Волынского произошла драка или же прозвучал выстрел, то мы бы это наверняка услышали. К сожалению, ничего такого не произошло.

Я начала волноваться. Входная дверь особняка была плотно закрыта, и я напряженно, до слез всматривалась в нее. Виктор не отрывался от трубы, направив ее на окна дома, но днем они просматривались гораздо хуже, чем вечером… Ничего не происходило, наверное, в течение пяти-семи минут, как мне показалось, хотя на часы я не глядела, а время чувствовала интуитивно.

— Все! Надо действовать, — неожиданно сказала я, вставая с места. — А то они сейчас уйдут!

Виктор одернул меня и кивнул на особняк Волынского, на крыльце которого в этот момент появились выходящие из дома Дмитрий и Александр, оба совершенно спокойные. Корандин запирал ключом дверь, а затем, когда ключи уже лежали в его кармане, он с напарником пошел к машине.