Злодей в подарочной упаковке - Светлана Алешина

В офис редакции пришел пока только Кряжимский, а следом за мной вбежал запыхавшийся Ромка.

— Еле доехал, — отдышавшись, сказал он. — Такие пробки везде, что автобус, в котором я добирался, никак не мог двинуться с места.

— Что-то я не заметила этого, — весело сказала я Ромке.

— Когда у меня появится личный автомобиль, я тоже буду быстро добираться до рабочего места, — ответил Ромка, усаживаясь за своим рабочим столом.

Кряжимский работал за компьютером, что-то сосредоточенно печатая. Я прошла в кабинет и разделась. Но не успела присесть на свое место, как, постучавшись, вошел Виктор, а за ним просочился и Кряжимский. Сергей Иванович был в курсе того, что Виктор отправляется охранять дом Волынского, и он тоже хотел знать причину столь раннего прихода нашего фотографа и моего телохранителя.

Виктор рассказал, что вечером Волынский, как и было обговорено, отвез его в свой особняк. Виктор незаметно пробрался в дом, пройдя со стороны гаража, поэтому Дмитрий его не мог видеть. А Волынский демонстративно прошел в дом с фасада, осмотрел все там, но ничего подозрительного не обнаружил: все стояло на своих местах и ничего не пропало. Убедившись в этом, Иван Игоревич так же демонстративно спустился к своей машине и вернулся в город. А Виктор остался один в пустом темном доме; свет был выключен.

Всю ночь он просидел, отодвинув занавеску, около окна в спальне; с этого места был лучше виден особняк Можайского. Ночью стояла гробовая тишина, и в доме, за которым он наблюдал, светилось только одно окно, которое было задернуто шторой. Так что увидеть то, что происходило за нею, он не смог. Виктор держал наготове фотоаппарат, но ничего выдающегося в эту ночь не произошло. Видно, один охранник лег спать, а другой охранял дом.

Так прошла вся ночь, в которую Виктор не сомкнул глаз, о чем свидетельствовали заметные мешки под глазами. И только перед самым рассветом послышались какие-то звуки в соседнем доме. Дмитрий со своим напарником ранним утром уехали с охраняемого объекта, так как где-то в половине шестого явился сам Можайский и в их услугах больше не нуждался, освободив охранников от исполнения обязанностей.

Моему разочарованию не было предела: оказывается, никакого ограбления не произошло и не должно было произойти.

— А может быть, Можайский приехал неожиданно раньше времени? — предположила я. — Поэтому и перепутал все планы Дмитрия?

Виктор ответил, что охранники, по-видимому, ожидали Можайского, так как за полчаса до его приезда в доме везде зажегся свет, а как только Константин Александрович вышел из машины, они, уже одетые, встретили его у дверей дома.

— Версия о том, что Дмитрий тщательно продумывал план ограбления, не оправдалась, — сделала я вывод, на что Кряжимский только утвердительно кивнул. — Что же теперь делать?

— Я так думаю, что Дмитрий скрываться от нас не собирается, так как он, как и всегда, ведет обычный образ жизни, — заметил Кряжимский. — Так что спугивать его не стоит, он у нас на виду. Наверное, сейчас он дома высыпается после дежурства в доме Можайского, и идти к нему разумно только с конкретными доказательствами вины, иначе он просто ускользнет из наших рук.

— А может быть, и не стоит к нему идти? — предложила я. — Что, если нам переговорить с его напарником? Вскользь упомянуть о том, что некто видел, как Дмитрий залезал в чужой дом во время исполнения своих обязанностей, и теперь их обоих ждет тюремное заключение? Как я поняла, Федор Курышев не отличается особым интеллектом и работает в фирме недавно, поэтому у него выведать информацию будет проще.

— Как скажете, Ольга Юрьевна, — согласился Кряжимский. — Только напомните мне, пожалуйста, отчество этого самого Федора Курышева.

— Сергеевич, — вспомнила я, заглянув в ежедневник, и Кряжимский опять занялся поиском адреса нужного человека.

В редакцию, как ураган, влетела Маринка.

— Оль, ну ты даешь! — громко крикнула она, входя в мой кабинет. — Я же для тебя старалась, познакомить тебя хотела, а то ты все одна да одна, так и с ума сойти можно. А Мишка такой хороший, даже лучше, чем Сашка. Вообще, они оба мне понравились.

— Ну и с кем же из них у тебя роман? — весело спросила я.

— Конечно же, с Сашкой, я же не изменяю своим принципам. С кем познакомилась раньше, с тем и встречаюсь, — ответила Маринка.

— Не больше недели, — съехидничала я.

— Посмотрим, как долго продлится эта неделя, — задумчиво сказала Маринка.

— Спорим, что не больше семи дней? — заключила я пари с подругой.

— Хорошо, — согласилась она и вышла из моего кабинета, так как еще даже не успела раздеться.

После того как Кряжимский достал адрес напарника Дмитрия, я попрощалась с коллегами и отправилась к нему домой, захватив с собой сделанные Виктором фотографии.

— Здравствуйте, могу я поговорить с Федором Сергеевичем Курышевым? — спросила я, как только дверь открылась и на пороге появилась пожилая женщина.

— Проходите, пожалуйста, — пригласила она меня. — Он сегодня только вернулся с работы, поэтому сейчас спит, но я его разбужу, если он вам срочно нужен.

Когда женщина оставила меня одну, я огляделась. Квартира была большой, но обстановка в ней бедноватой. Мать воспитывала сына одна, и в доме чувствовался недостаток умелых мужских рук — я заметила сломанные дверные ручки, требующие ремонта полки в прихожей.

Федя вышел ко мне в спортивном костюме, который для него, наверное, являлся повседневной домашней одеждой: в неглаженых, повидавших виды штанах.

— Вам что надо? — хриплым голосом поинтересовался он, протирая со сна глаза.

— Я хотела бы с тобой поговорить о твоем последнем дежурстве в Дубках, которое для тебя может явиться последним.

— Почему? — удивленно и испуганно спросил Федор, подтягивая сползающие штаны.

— Вот, посмотри!

Я передала ему в руки фотографии, где был снят Дмитрий в тот момент, когда он отпирал дверь особняка Волынского. Федор рассматривал снимки с большим удивлением, сонные глаза его открывались все шире и шире. Он позвал меня в свою комнату, чтобы мать не слышала нашего разговора.

— Ну и что? — спросил он, усаживаясь на разложенный диван. — Я об этом ничего не знал и, судя по тому времени, когда были сделаны эти снимки, я вообще спал. Так что я ничего не слышал и не видел, и если вы собрались меня шантажировать…

— Да нет, мне от тебя ничего не надо, кроме, пожалуй, ответов на некоторые вопросы.

— Задавайте. — Он немного расслабился, как только узнал, что мне ничего особенного от него не требуется.

— Давно ты знаешь Дмитрия Корандина?

— Неделю, — ответил Федор. — Я только неделю назад пришел на работу в эту фирму.

— Так, значит, ты первый раз охранял дом?

— Да!

— А почему пришел работать именно в это охранное агентство?