Приключения майора Звягина - Михаил Веллер

В завершение базарного утра они купили два гладиолуса: лимонный и пурпурно-черный. Выходя в уличную толчею у метро, Звягин продолжил давешний разговор:

– Эта нераскрытая история чем-то напоминает мне логические загадки, которыми мы баловались в школе… – проговорил он. – Например, человек заходит в кафе и просит у буфетчицы стакан воды. Та вдруг хватает поднос и бьет по стойке. Человек говорит: «Спасибо», поворачивается и уходит. В чем тут дело? Наводящие вопросы следует задавать так, чтобы предполагался однозначный ответ «да» или «нет». Отгадаешь?

– Он обиделся? – спросил Юра.

– Нет.

– Это был пароль и отзыв?

– Нет.

– Они были раньше знакомы?

– Нет. Ну, товарищ стажер, какой же из вас следователь, если не можете решить детскую задачку?

Юра перекинул сумку в другую руку, посопел:

– Он хотел пить?

– Нет.

– Но ему что-то надо было?

– Да.

Проходя мимо пиццерии. Юра невольно покосился на вход, словно там могла открыться отгадка.

Расстояние до дому сокращалось, и петли вопросов сужались.

– А с ним вообще было все в порядке?

– Нет.

Уже в лифте Юра подпрыгнул и закричал:

– Значит, ему что стакан воды, что испуг – одинаково?! И получил одно вместо другого! Он икал и хотел избавиться от икоты – так?

– Наконец-то. – Открыв дверь, Звягин потянул носом и объявил: – Пирожки с капустой и салат из кальмаров. Рота, в столовую!

Ставя цветы в синюю вазу, жена поинтересовалась:

– А с чего ты решил про салат? Он ведь не пахнет.

– Если в воскресное утро наша несовершеннолетняя дочь трудолюбиво варит рис, ты вчера купила майонез, в холодильнике пропадают кальмары, а я люблю все это вместе, то иной вывод невозможен.

После обстоятельного завтрака интересы семьи разделились: дочка отправилась к подруге, сын плюхнулся в кресло перед телевизором, жена взялась за пылесос, а Звягин встал перед окном, сунул руки в карманы и заскучал.

– Юра, – рассеянно сказал он, не оборачиваясь, – а по твоему виду перенапряжения незаметно… И как ты рассчитываешь за неделю, оставшуюся до конца практики, распутать свое дело?

– Дело веду не я, – буркнул Юра. – Есть следователь, работает группа.

– А ты получаешь зачет, и ладно? Если у нас врач-интерн не несет ответственности за результат – так что же, и лечить не надо? Некоторых это очень бы устроило.

– Дело вообще тухлое, – вздохнул Юра. – Типичный глухарь.

– Стоит учиться в МГУ и практиковаться в Ленинграде, чтобы ловить ваших глухарей. Ты через неделю отбудешь продолжать веселую жизнь столичного студента, а тот, кого вы не можете…

– Послушай, – обиделся сын, – мне ведь не приходит в голову учить, скажем, тебя медицине…

– Еще не хватало, – весело изумился Звягин.

– …Почему же ты хочешь учить меня криминалистике, которую ты не знаешь? Я взрослый, ты не заметил? Ты уже научил меня, чему мог.

– Значит, не научил, – посетовал Звягин. – Криминалистики я не знаю, верно. Зато знаю простую вещь: работа должна быть сделана. Ваша работа – найти его. Вот и все.

– Ага, – сказал Юра. – Вот и все. Читайте детективы и смотрите по телеку «Следствие ведут знатоки» – и успех вам обеспечен. Только не забудь попросить преступника оставить следы. Потому что иногда, к сожалению, ухватиться абсолютно не за что. Бывают же у вас больные, которым не могут поставить диагноз?

– На это есть хорошие диагносты.

– Да? Тогда, может быть, ты решишь мою логическую задачку?

– А что? – задето спросил Звягин. – Уверен, что не решу? Пошли погуляем, солнце выглянуло.

Солнце положило бутылочные блики на Фонтанку, нагрело чугун решеток, высветило вдали голубой колпак Троицкого собора: бабье лето…

Отчетливо стуча подкованными каблуками по граниту набережной, Звягин велел излагать подробно и по порядку. Он видимо наслаждался предстоящей игрой. (Наверное, герой-сыщик живет в каждом мужчине до седых волос.) Сын тоном вещего кота, рассказывающего надоевшую сказку, начал:

– Итак, в некотором царстве, в тридевятом государстве жили-были курсант мореходного училища и ученица ПТУ. Они познакомились на танцах и полюбили друг друга. Курсант стал моряком дальнего плавания, а девушка парикмахером. И сыграли они свадьбу. И родилась у них дочь.

Скоро сказка сказывается, да нескоро дело делается

– Моряк вырос до старшего механика сухогруза, а жена работала мастером в дамском салоне с обширной клиентурой. И купили они трехкомнатный кооператив. А дочке исполнилось десять лет. И жили они в мире и достатке, и все было хорошо.

И вот тут, – Юра пнул валявшийся спичечный коробок, – сказка кончается, и начинается история странная и скверная.

Его мать с серьезным диагнозом попала в клинику. Требовалась срочная операция, причем риск был большой. Жена вызвала его из рейса радиограммой. Он прилетел, в тот же день дал хирургу согласие на операцию, и назавтра же ее оперировали, очень удачно. Он рассчитывал пробыть еще три-четыре дня и вернуться на судно в следующем порту.

Следующим утром жена встала в шесть часов – как обычно, когда работала в первую смену, с половины восьмого. Приготовила завтрак, разбудила дочку, поцеловала мужа и ушла в пять минут восьмого. Муж посидел с дочкой, пока она завтракала и собиралась, в двадцать минут девятого помахал ей из окна: занятия начинаются в девять, но школа сравнительно далеко.

Он был в прекрасном настроении, шутил. К четырем часам собирался поехать к матери в больницу.

В начале одиннадцатого старушка из соседней квартиры развешивала в лоджии вещи проветривать. Их лоджии рядом, разделены перегородкой. Она слышала, как у соседей бурно спорят о чем-то двое мужчин. Из любопытства заглянула за перегородку: соседская дверь в лоджию была открыта, но завешена занавеской. Слов она не разобрала, слышит неважно. Потом голоса разом умолкли.

Жена, договорившись в парикмахерской, что часть записанных к ней клиенток обслужат подруги, вернулась домой около часу дня, зайдя по дороге к знакомой заведующей стола заказов и в универсам. На звонок муж дверь не отворил. Она открыла своими ключами и вошла. Муж не отозвался, она сделала несколько шагов через прихожую и увидела его, лежащего ничком на полу в гостиной. Сначала она не поняла, потом с криком бросилась к нему: он был мертв, под головой растеклась кровь.

Через минуту-две (по ее словам), в ужасе не веря происшедшему, она выбежала во двор к телефону-автомату и вызвала «скорую», а затем милицию.

Приехав, мы застали на месте происшествия следующее. Он лежал ногами к двери, головой к центру комнаты. Удар был нанесен в правую височную область головы. В ране обнаружены следы стекла. Осколки тяжелой хрустальной вазы валялись рядом. Согласно экспертизе смерть наступила между десятью и одиннадцатью часами утра.