Телохранительница - Владимир Колычев

— Спрашивать надо, — качнула головой Зойка. — Бухгалтерия у нас одна на всех… А цифры любят порядок…

— Цифры любят своих, — усмехнулся Жак. — Но ложатся и под чужих.

— Это ты о чем? — нахмурился Захар.

— Это я о Жанне.

— При чем здесь Жанна?

— Кто ее на четыре «лимона» «кинул»? Думали, что Фадей свой, а он оказался чужим.

— И где он, этот чужой? — с жестким намеком спросил Захар.

— Дело не в Фадее, дело в Жанне. Мы ей Важаева подогнали. Она довольна. Мы к ней в банк на обслуживание встанем. А чего девчонку не порадовать? У них там свой ЧОП, но это ширма над «крышами», реальной охраны там нет. А мы предложим бизнесу реальную охрану…

— Это война, — качнул головой Захар.

— С кем? Там у них все на банк завязано. И на свой бизнес. Рестораны, казино, все такое… Ну, «крышевание» тоже доход приносит. Но «крыши» мы пока трогать не будем. Чисто охранные услуги, чисто по фиксированной цене…

— Скользко.

— Нам бы влезть в эту тему, закрепиться. А потом уже толкаться начнем. Бочком, бочком, глядишь, и весь район под себя возьмем… Что скажешь, брат?

— У Ставра стратегия конкретная, — в раздумье проговорил Захар. — Отжал долю в мебельной фабрике, отжал долю в «Альфе»… Пусть и дальше отжимает. Мы ему мешать не станем. Но только если он отдаст нам под охрану Центральный округ.

— Ну, пусть отжимает, — с досадой проговорил Жак.

Это была его идея — взять под охрану Центральный округ и замкнуть на себя весь город. И предложения были, как это сделать. Но предложения размытые, без конкретики. А Захар с ходу — в лоб. Да, пусть Ставр окучивает городской бизнес изнутри, а они будут охранять его снаружи. И это было предложение, с которым уже можно было подойти к Жанне.

— Только при чем здесь Жанна? — едко спросила Зойка. — Там все решает Патрик.

— Муж голова, а жена шея.

— И кто на эту шею сядет? Захар?

— Ну, я могу, — пожал плечами Жак.

— Я знаю, как ты можешь… Только не со всеми получается, — съехидничала Зойка.

— Я обдумаю твое предложение, — строго сказал Захар. — И завтра скажу.

Последнее слово должно было остаться за ним. Жак принимал это его право, но едва только Захар ушел, как он отправился в «Алтанай-Банк». Сначала он поговорит с Жанной, а потом уже выслушает решение Захара.

Нет, не станет он устраивать бунт на корабле, но и тупым бараном в стаде Захара не будет. У него есть право на свои мнения и на свои решения.

Правая нога разболелась, и рука сама по себе пришла в движение. Захар сидел в машине, думал о Зойке, об их с Жаком подозрительном поведении, а пальцы бродили вокруг свежего шрама на правой ноге.

— Мне нравится Жак, — не выдержав напряжения, призналась вдруг Зойка.

— Это для меня не новость.

— И дверь в кабинет была закрыта… Это я открыла, перед самым твоим приходом.

— После чего открыла?

— Жак зажал меня в угол, а я спросила его в лоб, сможет ли он тебя предать? Он меня и отпустил. Потому что предать тебя не сможет…

— А ты?

— Ему я сказала, что нет. И тебе говорю то же самое.

— Зачем ты мне это говоришь?

— Затем, что ты должен мне верить.

— А если не получается?

— Тогда нам придется расстаться.

Захар закрыл глаза и ткнулся затылком в подголовник. Ну, вот и финал, к которому они так долго шли. Все-таки страсть к одному переборола чувство привязанности к другому… Что ж, с этим нужно смириться.

— У нас с Жаком ничего не было! И ты должен мне верить! — Зойка чуть не сорвалась на крик, настаивая на своем.

Захар промолчал. Может, и должен верить, но как-то не получается. Сегодня он фактически застукал Зойку в кабинете с Жаком. А сколько было таких моментов, о которых он не знал? Моментов с продолжением и содержанием.

— И Жаку должен верить! А ты поверил Алисе, когда она сказала, что тебя «заказал» Жак!

— Она этого не говорила.

— Но ты поверил! И этим обидел Жака.

— Он не кисейная барышня.

— Ты должен верить своим друзьям!

— Даже когда друг зажимает подругу в угол?

— Вот когда зажмет по-настоящему… Когда что-то будет… Тогда я тебе скажу… Тогда ты можешь его убить… И меня тоже…

Захар качнул головой. Все это слова — бодрые, пафосные. И, возможно, пустые.

— К Жаку ездить не надо, — произнес он, настороженно глядя на Зойку. — Теперь для этого есть я.

— Ты не чувствуешь его настроения, — возразила она. — А я чувствую. И знаю, что Жак нас не предаст… Во всяком случае, сейчас.

— А когда предаст?

— Когда созреет… И то не факт… Он как маленький ребенок, добрый, но капризный. Его нельзя обижать. Ему нельзя не верить…

— А игрушка ему не нужна?

— О чем это ты? — напряглась Зойка.

— Ты правильно подумала, — усмехнулся Захар.

— Я ему не игрушка!.. И не надо тут!.. — взвилась она.

— Чтобы я тебя больше с ним не видел! — отрезал он.

Зойка вздохнула и прильнула к нему. Захар усмехнулся. Сейчас она будет рассказывать, как любит его. Если так, то нужно сделать вид, что он ей поверил. Может, действительно не было у них ничего с Жаком. А то, что их тянет друг к другу, это не предательство, а природа…

Жанны в банке не было, пришлось ехать за ней в больницу. Но идти за ней в корпус Жак не стал. Он решил подождать ее на выходе.

Жанну охраняли. Один человек ждал ее в «Мерседесе», один в джипе сопровождения, а трое были при ней. И Жак с охраной, но своих бойцов он оставил в машине.

Он приподнял руки, показывая ладони. Нужно было успокоить охрану, пока в него не начали стрелять. Жанна узнала его, подала знак и успокоила своих телохранителей.

— Привет! — улыбнулся Жак, приближаясь к ней.

Она кивнула в ответ, но улыбнулась ему без всякого на то желания. Жак гораздо больше напрягал ее, чем радовал.

— Есть разговор, — сказал он.

— Давай лучше завтра.

— Хорошо, завтра так завтра, — согласился Жак.

Он чувствовал себя дураком. Зачем он сунулся к Жанне? Чтобы доказать свое право на особое мнение?..

— Рада была тебя увидеть.

— Разговор будет серьезным, — предупредил Жак.

— Разве мы ни о чем не договорились?

— Кто говорил? Я?! Зойка?.. Теперь с тобой будет разговаривать Захар… Или лучше с Патриком?