Зеленый омут - Наталья Солнцева

– Хорош гусь! Разочарованный и отвергнутый, безутешный возлюбленный! Жалкий провинциальный воздыхатель! – Сергей никак не мог придумать для Богдана самое обидное прозвище, самое уничижительное, мерзкое, как сам Аленин ухажер. – Быстро же ты утешился! То к Алене клеился, теперь вот к Лиде…И как быстро! Трех дней не прошло! Дешевый фигляр! Мину постную состроил – прямо что твой Пьеро![40]

Сергей любил играть, но только в беспроигрышные игры. Там, где он и только он являлся победителем, единственным и непревзойденным. Самым умным. Самым красивым. Самым смелым. Герой-любовник! Джеймс Бонд! Король бала!

Лида была ему безразлична, но Богдану он ее уступать не собирался! Что он себе позволяет, этот захудалый выскочка? Отобрать у Сергея женщину? Это ты, парень, хватил через край! Пора приводить тебя в чувство.

– Что ты здесь делаешь? – спросил он Богдана, закипая от бешенства и с трудом сдерживаясь.

– Девушка захотела домой, – свидетель кивнул в сторону Лиды. – Не отпускать же ее одну ночью? Я что-то не видел особого рвения с твоей стороны проводить ее.

Богдан смотрел на Алену и видел, как она возбуждена. Глаза горят лихорадочным огнем, лицо бледное, руки дрожат. Она несчастна, унижена, и некому заступиться за ее поруганную честь. Ему вдруг вспомнился сон, который он видел в сторожке, – бездыханные, холодные тела восточного владыки и девушки с длинными черными косами… показалось, что это он и Алена, мертвые. Что с ним? У него мутится рассудок от боли и ненависти?..

Сергей бессовестный подонок! Он не заслуживает пощады. Вот только способ они с Лидой выбрали не самый лучший, – отравление. К яду прибегают трусы, которые боятся открытой схватки, честного боя. Женщинам еще позволительно подобное, потому что они слабее физически и не могут по-иному постоять за себя, отомстить обидчику. Мужчинам же не пристало скрывать свои истинные намерения, прятаться и хитрить, когда речь идет о защите возлюбленной. Это не тот случай. Негодяй должен быть повержен в открытом сражении, у всех на виду. Неплохой урок для подлецов, настоящих или тех, кто только учится позорному ремеслу – предавать женщину, которая им доверилась.

Богдан еще подумал, что его честь велит ему избавить Лиду от тяжкого груза вины. Убийство – даже из благородных побуждений, – не женское дело. И как он только мог вовлечь девочку в такое? Это мужская работа, и он выполнит ее сам. Что бы там ни было.

Как все Протасовы, он шел в атаку, не думая о последствиях. Предвидеть последствия и просчитывать варианты было не в его правилах.

– Так ты проводил девушку? – со злостью спросил Сергей. Его «несло». Вспыхнувшая ревность прорывалась наружу, срывая корабль с якоря, несмотря на штормовое предупреждение.

– Как видишь, – издевательски спокойно ответил Богдан. Его вполне устраивало развитие событий: мерзавец сам идет на конфликт. Что ж, это к лучшему. Не нужно придумывать повод для ссоры.

– Молодец. – Сергей нехорошо усмехнулся. – Теперь убирайся!

Алена заметила, что Лида то и дело смотрит в окно, как будто ее не интересует, что происходит в доме. Вот-вот вспыхнет драка, а ей хоть бы что! «Сентиментальная мечтательница» любуется звездами, когда у нее под носом разыгрывается драма. Как это похоже на «святую сестричку»! Задуматься «о вечном», когда сию минуту вершится трагедия…

Богдан тем временем, не торопясь, отправился к своей сумке. Там лежал нож, которым он ночью выкапывал корни.

– Я не могу оставить двух беззащитных женщин с таким подонком, как ты!

– Убирайся! – Сергей сжал кулаки. – Гамлет харьковский! Нечего тут представление устраивать!

– Вот только убью тебя, и уйду! – спокойно ответил Богдан. В его руке блеснуло лезвие ножа. – Защищайся!

– Идиот! – пожал плечами Сергей. – Ты из-за нее, что ли? – Он кивнул в сторону Алены. – Она того не стоит, поверь мне. Пустая порода! – Он неожиданно громко расхохотался и так же внезапно замолчал.

Лида посмотрела в окно. Богдан бросился на Сергея, и они сцепились. Алена бросилась разнимать. Мужчины дрались не на жизнь, а на смерть. Бестолковая драка превратилась в нечто другое, гораздо более серьезное. Оба забыли о женщинах, об опасности, о собственной жизни, – одна только слепая ярость владела ими, жаждала крови, мести, удовлетворения. Выплеснуть, наконец, накопившееся и долго подавляемое недовольство, любой ценой избавиться от разъедающего изнутри страшного напряжения, которое мешало дышать.

Пытавшаяся вмешаться Алена отлетела от мужчин, как перышко. Она даже не могла докричаться до них – ее попросту не слышали. Кусая губы, она лихорадочно соображала, как остановить драку.

Сергей оказался гораздо более сильным и тренированным противником, чем ожидалось. Все хитрые приемы, которые Богдан и Вадим применяли против самых искушенных бойцов в спортзале или случающихся в жизни каждого мужчины потасовках, не действовали. «Заграничный хлыщ» парировал их с легкостью, выдававшей в нем опытного и закаленного бойца. Обоим приходилось мобилизовывать все свои ресурсы, чтобы не пропустить смертельного удара. А то, что он окажется именно таким, сомневаться не приходилось. Это стало ясно даже Алене, ничего не смыслящей в подобных вещах.

Леденящий душу крик раздался так внезапно, что на миг внимание всех невольно обратилось на девушку. Мужчины на секунду прервались, зачарованные жутким и прекрасным зрелищем. Повернувшись к окну, куда уставилась, не переставая истошно вопить, Алена, они увидели лицо…Страшное в своей красоте, белое, с кроваво-красными губами и глазами цвета горящих изумрудов, оно заставило всех обитателей комнаты застыть в немом изумлении. Золотисто-зеленые волосы, пышные и блестящие, шевелились, создавая вокруг ужасного лица нестерпимо сияющий ореол. Лицо приблизилось к стеклу окна почти вплотную и…исчезло. Растаяло. Было, и нет.

– Царица Змей…Это она! Колдунья… – Сергей сам не понимал, что говорит.

Его никто не слушал. Потрясенные жутью и красотой увиденного, все застыли в томительном оцепенении.

Непонятный грохот заставил Алену и обоих мужчин повернуться назад. Лида упала в обморок. Ее измученные нервы не выдержали этого последнего напряжения и сдали. Тело девушки, обмякшее и жалкое, распростерлось между сундуком и столом. Падая, она повалила стул. Если бы не это, вряд ли остальные обратили внимание, прикованное к окну, на нее. Никто не сдвинулся с места, пытаясь осмыслить происходящее. Лида не шевелилась, ее лицо и шея в вырезе платья медленно покрывались странной бледностью.

– Надо привести ее в чувство, – опомнился Богдан. – Она слишком испугалась. Честно говоря, зрелище не для слабонервных. – Он имел в виду не драку, а лицо в окне. – Черт! Нашатырный спирт есть?

Алена бросилась вон из комнаты. Так же бегом вернулась, неся бутылочку. Поднесенная к лицу Лиды смоченная спиртом вата не оказала никакого действия.