Мастер-класс по убийству - Кирилл Казанцев

Это было уже что-то. Нарисовалось конкретное лицо в образе некого Юрия, но я не сомневался – имя вымышленное. Кто скрывается за ним, еще предстояло установить, чем и занялся Луценко.

– Вы узнать его сможете? – спросил он.

– Конечно. – Финн уже оклемался и приосанился.

Иван выдвинул верхний ящик стола и вытащил несколько фотографий. Я узнал Яковлева, Маркова. Лица других людей были мне не знакомы.

Луценко разложил фотокарточки веером и попросил Томаса подойти.

– Опознаете кого-то?

Халлонен сразу указал на Яковлева:

– Это Юрий.

– Понятно. – Луценко аккуратно сложил карточки, постучал ими по столу, выравнивая края, и убрал в папку. Затем спросил: – Как часто вы приезжали в Петербург?

– Каждые двадцать дней. Я контролирую строительные работы, проводимые нашей компанией. Обычно это занимает несколько дней.

– Как сообщаете о приезде?

– Я звоню по телефону. Принимает автоответчик. Сообщаю дату отъезда, и накануне со мной связываются.

– Вы уже звонили?

– Пока нет, ведь командировка заканчивается послезавтра.

Луценко по привычке потер переносицу и попросил Халлонена выйти в коридор.

– Пусть у тебя пока побудет, – сказал он Илье, когда за финном закрылась дверь. – Кофе налей им с женой, поговори за жизнь, возможно, еще что выведаешь.

Вверив финна старшему лейтенанту, мы с Иваном остались одни.

– Твои мысли, стратег, – обратился ко мне он. – По лицу вижу – есть что сказать.

Луценко был недалек от истины. Слушая их диалог, я прокручивал в мозгу различные варианты развития событий. Чем дальше, тем они становились все более контрастными, как изображение на фотобумаге, залитой проявителем. В результате я остановился на одном, по моему мнению, самом сочном, хотя это было лишь перспективное направление, вовсе не гарантирующее успех.

– Так, что ты хотел сообщить? – поинтересовался Луценко.

Я встал напротив Ивана.

– Смотри, что мы имеем, – начал я издалека. – Вербовщик известен – это Яковлев. Очень хорошо, что он плотно упакован, но к наркоте пока мы его привязать не сможем ни с какой стороны. На нем обрывается вся цепочка. Все продумано до мелочей. Чувствуется за этим опытная рука. Меры конспирации почти идеальны. Проследить саму закладку нереально. Фактически рискует только финн. Но даже в случае задержания, думаю, он отделается легким испугом, поскольку ничего не знает и иностранец. Дурака включит, мол, подбросили неизвестные в машину, когда делами занимался. Что ему грозит? В крайнем случае, вышлют и аннулируют визу. Другую же партию товара переправят уже иным способом.

– Я тебя не понял, – удивился Иван. – Про это и я знаю. Давай по делу, как нам на них выйти.

– Так я по делу и говорю… – хотел продолжить я, но тут раздался телефонный звонок. Звонил Левченко из бюро судебно-медицинской экспертизы. Выслушав его, Иван положил трубку и включил компьютер. Через минуту у него на столе лежала распечатка экспертизы.

– Женька сказал, что с подобной смесью его химик встречается на практике впервые. Но обрати внимание: аналог, близкий по составу, именуется Fire Dragon. Сильнейший психотропный и галлюциногенный препарат.

– Огненный дракон, – перевел я. – Опять! Со всех сторон обложили эти драконы!

– Ничего, срубим головы всем им! – рубанул рукой Луценко. – Пусть только попадутся! – Потом уже спокойно добавил: – Ты говори. А то на самом интересном месте прервался.

– Ты обратил внимание, что я сказал про конспирацию?

– Что идеальные меры… – не совсем уверенно ответил Иван. – А к чему ты спросил?

– Не идеальные, а почти идеальные, – поправил его я. – В этом весь смысл.

– Проясни, – попросил Иван. – А то я мыслей твоих не догоняю.

– Сейчас все поймешь, – сказал я. – Ты обратил внимание, что они называют время? О чем это говорит? О том, что выемку контролируют. Хотят убедиться, что все прошло гладко и груз находится у финна.

– Так, так. – Иван подался вперед. Это очень интересно, продолжай.

– А представь, что товар изымают при рейде или проверке. Уводят сумочку прямо на глазах и в неизвестном направлении. Ты понял суть?

Иван хлопнул ладонью по столу:

– Теперь въехал! Верно все! Товар уплыл, а обязательства перед заказчиком выполнять надо четко и в срок. У них там с этим строго. Ведь не поверит никто в эту лажу.

– Конечно же, – подхватил я. – А времени нет. Курьер уезжает. Что будут они делать?

– Срочно попытаются передать курьеру новую партию, – ответил Иван.

– Но поскольку точка засвечена, времени на другую многоэтапную операцию уже не будет и товар передадут другим способом, вполне вероятно, что из рук в руки. Тем более что финн доказал свою надежность.

– Знаешь, – сказал Луценко, – а это, наверно, единственный вариант.

– А я о чем? Халлонен звонит, сообщает об отъезде и получает все координаты. Потом приезжает в назначенное время, идет к ячейке, а там наезд в виде проверки камеры хранения. Можно организовать все правдоподобно. Например, поступило сообщение о бомбе, заложенной в камере хранения.

– Это уже слишком! – возмутился Луценко. – Кто тебе разрешит парализовать работу целого вокзала? Представляешь, какие убытки! Тоже мне, террорист!

– Это я пошутил, думаю, что хватит парочки полицейских и представителя вокзала.

– Это другое дело, – успокоился Луценко. – Договоримся с линейщиками и устроим небольшой шмон. Все равно другого выхода у нас нет.

Потом он снял трубку, позвонил дежурному и заказал группу спецназа.

– Готовность через час.