Монета Александра Македонского - Наталья Александрова

Обычная застекленная дверь, и над ней – вывеска:

«Вторая жизнь. Чучела и аксессуары».

Слева от этой лавки был самый обыкновенный кондитерский магазин, справа – обувной. Люди входили и выходили оттуда с пакетами, сумками, коробками, они жили обычной жизнью – делали покупки, пили кофе, разговаривали. Им и в голову не приходило, что совсем рядом с ними происходят странные и удивительные вещи, поклонники древних богов борются за свои реликвии…

Какая-то женщина средних лет, нагруженная покупками, налетела на меня и уронила одну коробку. Наклонившись, чтобы поднять ее, она неприязненно прошипела:

– Смотреть надо, куда идешь!

Я машинально извинилась и поплелась по улице. На углу взглянула на вывеску – это была хорошо знакомая мне улица Некрасова, я бывала здесь тысячу раз и наверняка проходила мимо магазина чучел, но не обращала на него внимания…

Появилась маршрутка. Я машинально подняла руку и села в нее. Только устроившись у окна, поняла, куда еду, – домой, то есть на Шестую Советскую, в квартиру над антикварным магазином.

И еще я поняла, зачем я туда еду.

Ключ.

Маленький медный ключ на тонкой цепочке.

Этот ключ не давал мне покоя. Я думала о чем-то другом, машинально отвечала на чьи-то вопросы, но в моей голове пульсировала единственная мысль, мною владело единственное чувство.

Этот ключ должен открыть передо мной дверь тайны. Он должен помочь мне завершить метаморфозу – из невзрачной гусеницы я должна превратиться в бабочку…

На автопилоте я доехала до Казанской улицы, прошла через двор, открыла дверь магазина. Проходя через него, подумала, что здесь нужно прибраться, но потом, потом, когда будет завершено самое главное, когда я узнаю…

Что узнаю?

Я боялась додумать эту мысль до конца.

Поднялась на второй этаж, вошла в свою квартиру и прямым ходом направилась к теткиному комоду.

Потому что с самого начала, с той минуты, когда я попала в эту квартиру, я знала, что здесь, в этом комоде, в его среднем, запертом ящике таится разгадка.

А когда чучельник отдал мне этот ключ, я поняла, что это – ключ от запертого ящика. Ключ от моего прошлого. Ключ от настоящего. Ключ от будущего.

Под ноги мне бросился с оглушительным мяуканьем Казимир.

– Потом, потом! – отмахнулась я от кота. Но он заглянул мне в глаза с такой неподдельной мукой, что во мне проснулась совесть. Когда я кормила его последний раз? Можно ли так бессовестно обращаться с бессловесным животным?

Я подошла к холодильнику, достала пакет молока, налила в блюдечко. Кот посмотрел на меня осуждающе: хорошая хозяйка непременно подогреет молоко, да еще положит в него кусочки колбасы! А у тебя вообще молоко скоро скиснет!

Тем не менее он вылакал молоко до капли – видимо, не знал, когда я еще раз его покормлю.

А я подошла к комоду, достала заветный ключ и замерла в нерешительности…

Ну что это со мной? Только что я мчалась сюда, не разбирая дороги, а теперь стою, сжимая ключ в дрожащей руке… потому что боюсь, призналась я себе, боюсь того, что могу найти в этом ящике.

Боюсь себя самой.

Я встряхнула головой, сбрасывая оцепенение, и вставила ключ в замочную скважину.

Он вошел в нее, но повернуть его мне не удалось.

Я пыталась повернуть в одну сторону, в другую, прилагала все силы, но ключ не поворачивался. Так и сломать его недолго…

Я выпрямилась, перевела дыхание…

И внезапно поняла, что чувствую облегчение.

В глубине души я обрадовалась тому, что не смогла открыть этот чертов ящик. Потому что боялась того, что в нем может оказаться.

Да что же это такое! Сколько можно прятать голову в песок? Сколько можно скрываться от самой себя? Нужно довести дело до конца, нужно открыть ящик!

Я снова взялась за ключ, попыталась его повернуть, и снова безрезультатно.

– Черт! – выдохнула я и в сердцах добавила: – Ан-мабу-замбар-Мардук!

Не знаю, почему эта фраза слетела с моего языка, – должно быть, так я выплеснула раздражение от собственного бессилия. Но как часто в безвыходных ситуациях помогает крепкое выражение – так на этот раз помогла мне эта странная фраза.

Едва я произнесла ее, ключ с негромким щелчком повернулся в замочной скважине, и ящик открылся.

Я застыла в изумлении, пытаясь осознать, что же сейчас произошло.

Странная фраза, подслушанная в гипнотическом сне, помогла мне открыть ящик, как прежде она же помогла мне сдвинуть рога каменного быка и открыть потайной люк в музейном зале. Странная фраза, которую передала мне, как эстафету, величественная женщина в темном одеянии…

Величественная женщина, лицо которой показалось мне удивительно знакомым.

Наконец я решилась и выдвинула злополучный ящик.

Он не был заполнен, как два других.

В нем было всего несколько предметов. Несколько удивительных предметов.

Первое, что я увидела, – фотография в старинной серебряной рамочке. На этой фотографии были изображены четыре человека – трое взрослых и ребенок.

Я внимательно пригляделась к ним.

На первом плане сидела в кресле красивая молодая женщина с ребенком на руках. За ее спиной стоял высокий мужчина с густыми, слегка вьющимися черными волосами и тонкой полоской усов. Его рука ласково и заботливо лежала на плече молодой женщины.

А позади, на втором плане, стояла еще одна женщина, постарше.

Я с изумлением и недоверием разглядывала ее лицо.

Это была женщина из моего сна, та женщина, что передала мне могущественное заклинание, заклинание, которое помогло открыть ящик.

Я снова и снова разглядывала людей на фотографии, переводя взгляд с одного лица на другое.

Молодая женщина с ребенком на руках…

В моей памяти проступило это лицо, с нежной и заботливой улыбкой склоняющееся над моей кроваткой.

Как я могла забыть это лицо?

Мама… моя настоящая, единственная мама…

А мужчина, ласково обнимающий ее, – отец.

Но тогда ребенок, годовалая девочка в нарядном кружевном платьице, радостно улыбающаяся в объектив, – это я…

Но кто же та женщина на втором плане, женщина, которая смотрит на остальных с мягкой покровительственной улыбкой, женщина из моего гипнотического сна?

Ответ лежал на поверхности.

Это была Валерия Львовна, та самая, которая оставила мне в наследство антикварный магазин и квартиру.

Моя тетя.

Еще раз приглядевшись к фотографии, я поняла, что женщина на заднем плане очень похожа на мужчину, стоящего рядом с мамой. Те же темные выразительные глаза, та же гордая, величественная осанка. Значит, это действительно моя тетя, старшая сестра отца.