Монета Александра Македонского - Наталья Александрова

Помотав головой и сказав самой себе «будь здорова», я огляделась и с удивлением осознала, что нахожусь в большом старом сундуке. Крышка, которую я откинула, была крышкой этого самого сундука, в его дне было большое круглое отверстие, вокруг которого лежали пыльные меховые шкурки.

Подтянувшись, я выбралась из сундука.

Теперь я оказалась в просторном полутемном помещении, при виде которого у меня по спине побежали мурашки.

Казалось бы, за последние дни я побывала в очень странных местах, но это помещение всем им дало бы сто очков вперед.

Вокруг меня застыли в естественных позах волки и лисы, зайцы и барсуки, ястребы и коршуны. Казалось, какой-то волшебник заколдовал их, коснувшись своей палочкой, приказав застыть в неподвижности, пока другой чародей не расколдует их.

На полке прямо у меня над головой сидела, приготовившись к прыжку, большая рысь, в другом конце комнаты скалил зубы крупный пятнистый леопард. Все эти звери пристально и недоброжелательно смотрели на меня, как будто пытались понять, с какой целью я проникла в их заколдованное царство.

Вскоре первый испуг прошел, и я осознала, что все эти звери – всего лишь чучела, очень хорошо изготовленные, казавшиеся почти живыми, но – чучела.

Я невольно рассмеялась над своим испугом – и мой смех странно и дико зазвучал в этом мертвом мире. Я еще раз огляделась по сторонам и на всякий случай громко проговорила:

– Есть здесь кто… живой?

Звери настороженно молчали, и никто другой не отозвался на мой голос. Зато в дальнем конце комнаты, рядом с чучелом леопарда, я увидела дверь.

Поскольку никакого другого выхода из этого царства мертвых зверей не было, я направилась к этой двери, опасливо покосившись на охранявшего ее леопарда.

На мое счастье, дверь не была заперта.

Я открыла ее и оказалась в другой комнате. Как и первая, она была заставлена чучелами зверей и птиц, но в отличие от первой здесь были большие витринные окна, за которыми я увидела оживленную улицу, прохожих, машины.

Тут до меня дошло, что это магазин чучел, а комната, в которой я была до того, – склад при магазине.

А в следующий момент я увидела здешнего хозяина, того самого чародея, который заколдовал всех здешних четвероногих и пернатых обитателей.

Это был высокий представительный мужчина лет шестидесяти, с длинными усами и длинными черными, с проседью волосами, падавшими на воротник замшевой куртки. Еще у него были выразительные темные глаза восточного человека.

Я поздоровалась с ним и хотела извиниться за то, что без разрешения проникла в его заведение, но чучельник не дал мне и слова сказать и повел себя более чем странно. Он низко поклонился, чуть не упал передо мной на колени и разразился длинной фразой на том же языке, на котором разговаривали те двое чудаков, от которых я только что с таким трудом сбежала.

Я испуганно вскрикнула и шарахнулась назад, к двери кладовки.

Но он перебежал мне дорогу, сложил руки в молитвенном жесте и воскликнул на этот раз по-русски, хотя и с сильным акцентом:

– Не бойся, принцесса! Я – твой верный слуга, твое посещение – большая честь для меня! Ты озарила мое скромное жилище своим присутствием! Прикажи, что я должен сделать для тебя, – твое слово для меня закон!

– Да ничего мне не нужно! – пробормотала я растерянно, удивленная таким бурным приемом. – Можно я пойду домой?

– Как тебе будет угодно, принцесса! – ответил он, заметно разочарованный. – Только сначала возьми вот это, я берег это для тебя много лет…

С этими словами он снял со своей шеи цепочку, на которой висел небольшой медный ключ, и протянул мне.

Я машинально взяла ключ и спросила чучельника:

– Что это? От чего этот ключ?

Он пожал плечами и ответил:

– Мне это неизвестно, принцесса. Мне доверили этот ключ и велели сохранить его для тебя. И запомни, принцесса, в этом доме ты всегда отыщешь защиту и гостеприимство, во мне ты всегда найдешь верного и преданного друга!

Я поблагодарила чучельника и спросила его, почему он называет меня принцессой.

– Потому что ты и есть принцесса, – ответил он уверенно.

Я удивленно выслушала его и хотела задать еще какие-то вопросы – а у меня было очень много вопросов, но в это время в магазин вошел какой-то пожилой человек и спросил хозяина, готов ли его заказ.

Чучельник вступил в разговор, а я отошла в сторону и попыталась привести в порядок свои мысли.

Что со мной происходит? В какие странные места попадаю я последнее время, с какими странными людьми встречаюсь! Даже обычные вещи и хорошо знакомые люди поворачиваются ко мне неожиданной стороной! У моего мужа обнаруживается другая жена, моя мать оказывается чужим человеком, а совершенно посторонние люди клянутся мне в любви и преданности…

Неожиданно я почувствовала спиной чей-то взгляд, пристальный и неприязненный. Я обернулась.

За спиной у меня никого не было, только чучела – лисы и барсуки, рыси и волки – смотрели на меня стеклянными глазами с острым неприязненным любопытством, как будто ждали, когда же из меня сделают такое же чучело, когда же я займу место среди них…

И тут на стене позади полок с чучелами я увидела старую афишу.

На ней был изображен клоун, клоун с нелепо размалеванным лицом и чересчур красными, словно вымазанными кровью губами. Под изображением клоуна было напечатано всего одно слово: Metamorphose.

Я уже говорила, что с иностранными языками у меня плохо, но уж это-то слово я поняла.

Метаморфоза. Превращение. Превращение безобразной гусеницы в прекрасную бабочку – или наоборот? Превращение привычных, давно знакомых людей в опасных незнакомцев… превращение привычного, пусть не слишком доброго ко мне, но и не слишком опасного мира в незнакомый, удивительный, полный опасностей и неожиданностей…

Чучела на полках магазина следили за мной с нарастающим любопытством. Казалось, им было интересно, как далеко зайдут мои размышления, пойму ли я что-то самое главное.

Ведь и их коснулась метаморфоза – из мертвых, дурно пахнущих зверьков они превратились в чучела, красивые, но неживые, наделенные только иллюзией жизни, кажущиеся не тем, чем они являются на самом деле…

И этот клоун…

Клоун на афише был как две капли воды похож на клоуна из музыкальной шкатулки, на клоуна из моего сна…

Я вздрогнула, вспомнив этот сон. Вздрогнула – и бросилась к выходу из магазина.

Никому нельзя верить! Все, с кем я сталкиваюсь последние дни, прикидываются не теми, кто они есть на самом деле! И этот чучельник – кто знает, что скрывается под его приветливой улыбкой, под его маской…

Выскочив на улицу, я бросила взгляд на вход магазина, чтобы на всякий случай запомнить это место.