Красная шкатулка - Рекс Стаут

Домой я добрался только в начале седьмого. Там меня ожидал сюрприз. Вулф сидел в кабинете, откинувшись в кресле и сцепив пальцы на животе. А на «троне олуха царя небесного» восседал Сол Пензер со стаканом, в котором плескались остатки коктейля. Мы поздоровались, и Сол продолжал:

— …Первую жеребьевку проводят по вторникам, за три дня до скачек. Из игры выбывают те, чей номер не выпадает на конкретную лошадь. На следующий день, по средам, устраивают еще одну жеребьевку…

Сол излагал правила игры на тотализаторе. А я уселся за свой стол и отыскал в книжке телефон Фростов. Елена оказалась дома, и я рассказал ей, что видел Джебера, что его порядком измучили всякими вопросами, но в конце концов отпустили.

Она ответила, что уже обо всем знает — Джебер сам позвонил, а мать поехала к нему в Чезборо. Потом Елена начала рассыпаться в благодарностях, но я посоветовал поберечь такие слова для более серьезного случая. Покончив с этой проблемой, я снова стал слушать Сола. Судя по всему, его познания в бегах выходили за рамки чистой теории. Так что вскоре Вулф счел информацию достаточной и кивком остановил Сола. Повернувшись ко мне, шеф заметил:

— Солу нужно двадцать долларов. А в ящике только десять.

Я кивнул.

— Утром схожу в банк.

Потом вытащил бумажник. У Вулфа никогда не было при себе денег. Я дал Пензеру четыре пятерки, он их аккуратно сложил и спрятал в карман.

Вулф поднял указательный палец и обратился к Солу:

— Ты, конечно, понимаешь, что никто не должен тебя видеть?

— Конечно, сэр. — Пензер направился к двери.

Я сделал запись в книге расходов и посмотрел на Вулфа.

— Сол едет обратно в Гленнэнн?

— Нет. — Вулф вздохнул. — Он объяснил мне механизм ирландского тотализатора. Если бы пчелы вели так свои дела, то ни в одном улье не хватило бы меда на зиму.

— Но некоторые пчелы купались бы в нем.

— Вероятно. В Гленнэнне они заглянули под каждую плитку на дорожке и вообще перевернули все вверх дном — ничего. Кремер нашел шкатулку?

— Нет. Он утверждает, что она у нас.

— У нас? И что, собирается закрыть дело?

— Нет. Он думает послать человека в Европу. Может, им вместе с Солом поехать?

— Сол не поедет туда. Во всяком случае, сейчас. Я предложил ему другой маршрут. Как только ты уехал, позвонил Фред, и я вызвал их сюда. В Гленнэнне остались только полицейские. Фред и Орри пока свободны. А что касается Сола… Я тебя понял. Ты шутил, а я воспринял это серьезно. Вместо того чтобы искать шкатулку по всему свету, надо сначала прикинуть, где она, а уж тогда посылать за ней. Вот Сол и поехал.

Я мрачно спросил:

— Теперь вы шутите? Или вам кто-нибудь сказал, где она?

— Здесь никого не было.

— А кто тогда звонил?

— Никто.

— Все ясно. А я уж подумал, что вы всерьез. Погодите, от кого-нибудь было письмо или там телеграмма?

— Ни от кого.

— И вы послали Сола за шкатулкой?

— Послал.

— А когда он вернется?

— Трудно сказать. Может быть, завтра, нет, скорее послезавтра.

— Так-так. Забавно. А я-то поверил. Хотя чего еще от вас ждать? Но шкатулка нам сейчас ни к чему. Кремер тогда окончательно решит, что она у нас уже давно, а мы ему просто морочили голову. И руки нам больше не подаст. Он и так недоволен, что мы ему подсунули Джебера. Они его затащили к себе в подвал, орали, кулаки в ход пускали — и все зря. Кстати, вы вот не признаете насилия, а стоило бы посмотреть — увлекательное зрелище. В полиции, правда, утверждают, что подобным образом удается еще и узнать что-то, но лично я сильно сомневаюсь. Не говоря уже о том, что с любителем этих методов любая приличная свинья из одного корыта хлебать побрезгует. Да, кстати, Кремер от щедрот подкинул мне кое-что: за последние пять лет Калида Фрост заплатила Джеберу шестьдесят тысяч. По тысчонке в месяц. За что, Джебер им так и не сказал. Не знаю, спрашивали ли они ее саму. Это как-то согласуется с вашими предположениями?

— Вполне. — Вулф кивнул. — Только я не знал точной суммы.

— Ах, вы не знали точной суммы! То есть хотите сказать, что вообще-то знали об этих деньгах?

— Нет, я просто предполагал. Естественно, она ему платит. Надо же ему на что-то жить. Во всяком случае, сам он наверняка так считает. А как они это узнали? Вышибли из него?

— Нет, выяснили в банке.

— Понятно. Следственная необходимость. Этот Кремер, по-моему, в наличии собственного носа не будет уверен, пока в зеркало не посмотрит.

— Сдаюсь. — Я сжал губы и покачал головой. — Вы просто гений. Без вас никуда. — Потом я встал и поправил брюки. — Нам теперь остается только поставить в передней электрический стул и самим казнить преступников. Пойду скажу Фрицу, что буду обедать на кухне — в полдевятого мне надо вместо вас идти в церковь на отпевание.

— Очень жаль. — Он был абсолютно серьезен. — А тебе обязательно туда идти?

— Да, стоит, я думаю, сходить. А то некрасиво получается. Нельзя же всем сидеть и бить баклуши.