Заклятие древних маори - Найо Марш

— Твои догадки, конечно, умозрительны, — произнёс Дайкон. — Но я буду держать ухо востро.

Внезапно из облака пара материализовался довольно несимпатичный призрак, Смит.

— Знаете, чего я накумекал? — с места в карьер начал он.

Дайкона передёрнуло.

— Так вот, — продолжил Смит, — это вмешательство слепой фортуны. Наказание за его выходку на переезде. Хотя лично я предпочёл бы погибнуть под колёсами поезда, чем в Таупо-тапу. Брр, при одном воспоминании в дрожь кидает. Слушайте, братва, что толку его искать, если он уже целый час как сварился?

Дайкон обругал Смита со злостью, которой даже сам изумился.

— И не фига на меня варежку разевать, — с обидой огрызнулся Смит. — От фактов никуда не денешься. нужно просто иметь мужество правде в глаза смотреть. Вот так-то. Пошли, Сим.

Он зашагал к озеру.

— От него так и разит виски, — сказал Дайкон. — Может, не стоит ему в одиночку ходить?

— Выживет, — ухмыльнулся Саймон. — Ему не привыкать. Тем более, что за ним я прослежу. А вы уж присмотрите за Фолсом.

С минуту Дайкон стоял, провожая их взглядом, затем закурил и хотел уже было двинуться в путь, когда из темноты его окликнули:

— Дайкон!

Он обернулся и увидел Барбару, приближавшуюся со стороны дома в халатике из красной фланели и матерчатых тапочках. Дайкон поспешно шагнул ей навстречу.

— Неужели я прощён? — воскликнул он, разом позабыв обо всех неприятностях. — Ты назвала меня по имени! Извини меня, Барбара.

— Ах, вот вы о чём! — спохватилась девушка. — Я сама вела себя глупо. Просто прежде со мной никогда такого не случалось.

Чуть помолчав, она вдруг изрекла, словно повторяя чью-то мудрую мысль:

— В таких случаях всегда женщина виновата.

— Дурочка, — ласково произнёс Дайкон.

— Я не о том хотела с вами поговорить. Я хотела узнать, что случилось.

— А разве твой отец…

— Он сейчас с мамочкой уединился. Но по его голосу я поняла, что речь идёт о чём-то ужасном. Они никогда мне ничего не говорят. Но я должна знать. И почему вы здесь? Дядя Джеймс куда-то укатил на машине, а Саймон ушёл вместе со Смитом. Он мне даже не ответил, когда я спросила — только зыркнул глазом и вышел, хлопнув дверью. Это имеет какое-то отношение к тому, что мы слышали, да? Прошу вас, ответьте мне! Умоляю!

— Возможно, произошёл несчастный случай, — ответил ей Дайкон, помявшись.

— С кем?

— С Квестингом. Мы ещё точно не знаем. Может, он просто заблудился. Или ногу вывихнул.

— Вы, по-моему, сами в это не верите, — твёрдо заявила Барбара. Вскинув руку, она указала на горы. — Думаете, это там, да? Да?

Дайкон обнял её за плечи.

— Не хочу я тебя пугать, понимаешь? Зачем зря нагонять страх, если Квестинг сидит где-нибудь, чертыхаясь и потирая вывихнутую лодыжку? Может, мэр пригласил его ужинать? Он ведь, кажется, души в мэрах не чает.

— Кто же тогда кричал?

— Чайки, — сказал Дайкон. — Или бэнши[19]. Дух погибшей девушки. Ступай домой и займись своим делом. Чай сооруди. Или ложись спать. И вообще, если тебе не нравится, что я тебя целую, не смотри на меня такими глазами.

Барбара потупилась.

— И нечего разгуливать по ночам в ночных рубашках, — сурово добавил Дайкон, улыбаясь уголком рта. — Спокойной ночи.

Он проводил Барбару взглядом, вздохнул и направился в горы.

Поначалу Дайкон решил подняться как можно выше, чтобы как следует рассмотреть не только источники, но и окрестности. При ярком лунном свете любое движение бросается в глаза. Вскоре он разыскал тропинку, по которой поднимался старый Руа, и восхождение сразу стало заметно проще. Как ни старался, Дайкон не мог заставить себя выкрикивать имя Квестинга — это казалось ему одновременно глупым и кощунственным.

Наконец Дайкон вскарабкался на вершину, с которой весь Ваи-ата-тапу лежал внизу как на ладони. Было в этом зрелище нечто иллюзорное и ирреальное, как на фотографии, снятой в инфракрасных лучах. «Как на Луне», — подумал Дайкон. Территория курорта оказалась куда обширнее, чем он предполагал. Повсюду были разбросаны грязевые озерца и термальные источники. В отдалении били гейзеры. «Настоящий затерянный мир», — подумал Дайкон. Ему стало ясно, что недвижно лежащего в тени человека рассмотреть при лунном свете немыслимо. Следовательно, совершать восхождение было ему совершенно ни к чему. Уже пускаясь в обратный путь, Дайкон вдруг уловил краешком глаза какое-то движение.

На мгновение ему показалось, что сердце у него остановилось, однако уже в следующий миг молодой человек понял, что видит мистера Септимуса Фолса, который неспешно брёл по огороженной белыми флажками тропе. Шёл он, скрючившись в три погибели — то ли от боли в пояснице, то ли от того, что что-то высматривал. Вдруг Дайкон с интересом заметил, что передвигается мистер Фолс весьма странно: еле ползёт в тени и быстрёхонько перебегает, попадая в полосу лунного света. До холма, возвышавшегося над Таупо-тапу было уже рукой подать; мистер Фолс вплотную приблизился к очерченной им самим границе.

«Сейчас он остановится и повернёт назад», — подумал Дайкон.

В эту минуту луна скрылась за тучей, и Дайкон очутился в кромешной тьме. Налетел и ветер, крепчавший с каждой секундой. Дайкон вытащил фонарик, однако выдавать своего присутствия сразу не стал, решив дождаться, пока выползет из плена луна.

Ждать пришлось не слишком долго, не больше минуты. Дайкону внезапно показалось, что стало светло как днём. Во всяком случае, горы, потухшие вулканы, озерца и источники были видны совершенно отчётливо. Дайкон различал даже белые флажки. Но мистер Фолс исчез.