Нежное дыхание смерти - Анна Малышева

– Вам следует быть осторожней.

Что? – Даша резко повернула голову, удивленная больше всего тем, что Игорь Вадимович, обычно избегавший прямых суждений о чем-либо, вдруг выразился так категорично. – Где я должна быть осторожна? В клубе?

– Вообще, – зловеще сказал он, и у нее что-то оборвалось в груди. Теперь Даша не сводила с него глаз.

– Вы что-то узнали? – упавшим голосом выдавила она вопрос.

– За вами кто-то следит, – сказал он, не поворачивая головы. – Я заметил это вчера. Вас ждали у подъезда. Если бы я не проводил вас, кто знает…

– Как?!

Девушка чуть не умерла на месте от страха. Она вспомнила, как вчера, поднимаясь по лестнице, слышала внизу чьи-то шаги. Еще подумала, не заявился ли к Настасье Филипповне сынок. Тогда ей точно был бы обеспечен веселый вечер. Сынок выказывал недюжинную нежность к Даше, впрочем, нежность эта хорошо уживалась с ненавистью. Даша, в свою очередь, испытывала к сынку-алкоголику ненависть без примеси инородных чувств, так что визиты эти быстро переросли в большие баталии. А устоять против удвоенных сил противника было просто немыслимо. Но теперь стало понятно, какие все это пустяки по сравнению с тем, что сказал Игорь Вадимович.

– Вы уверены? – Она лихорадочно завертелась на своем месте, оглядываясь назад. – А сейчас за нами никто не едет?

– Умница, вот сейчас это и выясню… – ответил он и прибавил ходу.

Машина понеслась по проспекту, лихо минуя перекрестки и не реагируя на светофоры. Даша несколько раз зажмуривалась, ожидая, что их остановит милиция еще прежде, чем они врежутся во что-нибудь. Но Игорь Вадимович оставался невозмутимым. Наконец скорость стала нормальной, если не сказать – небольшой. Машина оказалась на Университетской набережной и медленно поползла к мосту. Даша не переставала оглядываться.

– А сейчас?

– Сейчас никого нет, – ответил он и, закурив, посмотрел наконец на Дашу. Та виновато отвела взгляд. – Можно было предположить, что за вами уже начали следить… Почему я раньше не подумал об этом?

– А кто… Кто следит? – спросила Даша, ни жива ни мертва от страха. – Тот, кто убил Аллу?

– Странно, что он раньше не взял вас на заметку. – Игорь Вадимович продолжал размышлять вслух. – Я даже удивлен, что он бездействовал… Да, милая моя, это перестало мне нравиться…

– Вот как? – истерически всхлипнула девушка. – А мне давно перестало нравиться! Еще тогда, когда вы предложили мне вступить в клуб.

– А при чем тут клуб? – поморщился он. – Ну, успокойтесь! Возьмите сигарету.

Даша взяла и закурила. Легче ей не стало, но теперь у нее хотя бы нашлось занятие. Иначе она заревела бы, как маленькая, и опозорилась бы перед Игорем Вадимовичем. А ей меньше всего хотелось, чтобы он видел ее слезы.

– Вы уверены, что за мной следили? – спросила она, докурив сигарету до конца и выбросив окурок в пепельницу. – Может быть, сосед вошел в подъезд? Почему вы так решили?

– Ну, я еще кое-что соображаю! – возразил ее спутник. – Например, могу отличить манеры человека, который спокойно вошел в родной подъезд, от манер человека, который ни в коем случае не желает, чтобы его увидели. А я его увидел.

– Кто он? Вы рассмотрели? Игорь Вадимович пожал плечами:

– Человек как человек. Мужчина.

– Могли бы быть и повнимательнее! – Она нервно повысила голос, и он шикнул на нее. Как ни странно, девушка не обиделась. Чем меньше Игорь Вадимович церемонился с ней, тем лучше она себя чувствовала. Ей больше были по душе чисто деловые отношения, чем великосветское ухаживание, к которому он обычно прибегал. Правда, новый стиль отношений омрачался сообщенной им новостью. Даша совсем упала духом.

– Мужчина, который убил Аллу, – говорила она, выхватывая у него из пачки еще одну сигарету. – Господи, он ведь пришел убить меня! А мне вчера так было страшно дома!

– Понимаю. Вообще-то домик жутковатый. Вам лучше переехать.

– Смеетесь? – горько сказала Даша. – У меня нет возможности… Кроме того, он меня отыщет…

Как сказать… – неопределенно произнес собеседник. – А что, если я попробую подыскать вам квартирку? Да всё, всё! – почти закричал он, увидев ее возмущенную гримасу. – Я не имел в виду ничего дурного! Ну, черт с вами, пусть он вас придушит в подъезде, все скажут, что это был обыкновенный маньяк, напишут две строчки в газетах и забудут. Как вообще забывают… Но одно вам скажу: такой глупой и бесшабашной девицы я еще не видывал.

– Ну, тогда вы вообще мало видывали, – обиделась Даша. – Бывают девицы много хуже. Между прочим, я веду себя очень даже благоразумно, а если он взялся следить за мной – то в конце концов выяснит любое убежище. И еще… Еще я надеюсь на засов Настасьи Филипповны. Его не сорвала шпана в двадцатые годы, когда постоянно грабили квартиры, не сорвет его и этот… Кто он там…

Игорь Вадимович ухмыльнулся.

– Дурочка ты, Даша. – Он неожиданно обратился к ней на «ты».

«Все мне «тыкают» из-за моей молодости и глупой физиономии. Но убежища от него я не приму, еще чего. Чтобы он наведывался туда, как к себе домой? Чтобы вечно дрожать от страха, что он вот-вот залезет ко мне в постель…»

– Ты, Даша, ничего в жизни не понимаешь, – продолжал спутник, не замечая ее угрюмого лица. – Можно было бы и согласиться. Я тебя насиловать не буду, Даю слово.

– Хватит, Игорь Вадимович, это несерьезный разговор, – оборвала она его. – Мне не нужна ваша квартирка. Помогите с клубом. Потом, когда все выяснится, убийцу все равно найдут и посадят. И он не будет представлять для меня опасности.

Святая простота, – вздохнул он. – Ладно. Если он все же придушит тебя, снимаю с себя всякую ответственность. В отличие от случая с Аркадием, тебя я предупреждал и даже помощь предлагал. Вот он не отказался бы, и правильно бы сделал…

– Есть маленькая разница! – Даша показала двумя пальцами что-то очень мизерное. – Он – мужчина, а я – женщина, которой вы вчера сделали недвусмысленное признание. Нет, я не ханжа, признаю ваше право на любые желания, но у меня тоже есть желания и нежелания.

– Например?– спросил он, улыбнувшись уголком рта. Улыбка получилась неестественной, и Даша поняла, что ее слова очень его задели.

– Например, посадить того, кто это сделал. – Даша откинула назад волосы, расползшиеся по плечам. – И еще – жить спокойно и все забыть.

– А одно без другого – никак? – Его тон оставался язвительным.

– Никак, – грустно и серьезно ответила девушка. – Уж не знаю, почему так вышло. Знаю только то, что теперь уже ничего не поправишь…

– Приехали, храбрая амазонка! – Только тут она увидела, что за окном проносится знакомая ограда и заснеженный парк за ней. – Сейчас сама разберешься, куда идти?

– Конечно. Но вот что: не подъезжайте слишком близко. Вас видно.