Но-шпа на троих - Дарья Донцова

И я помимо воли все ей выложила. Всюсознательную жизнь я борюсь с одной особенностью: стоит собеседникуприкрикнуть, как я, сложив на груди лапки, мгновенно ему подчиняюсь. Менявоспитывала очень строгая мама, с ранних лет вложившая дочери в голову: главное– послушание. С тех пор прошло много лет, я давно выросла, а мамочка умерла, нодетский страх перед более сильным, старшим, умным остался со мной навсегда.Честно говоря, он очень мне мешает, но изжить его я не могу. Причем возрасткричащего на меня человека, его социальный статус не имеют никакого значения. Яробею перед учителями в школе у Кирюшки, до дрожи боюсь англичанку Лизаветы,предпочитаю не связываться с десятилетней хамкой Машей Доскиной, живущей с намив одном доме, и при виде любого инспектора ГАИ ощущаю дрожь в коленках. Ясогласна, ребенок, беспрекословно слушающийся родителей, очень удобен. Болеетого, мама внушила мне почтение к людям, желая дочери добра. Она полагала, чтодевочка, подчиняющаяся старшим, никогда не попадет в беду. Но мне не так давнопопалась книга по психологии, из нее я с глубочайшим изумлением узналаинтересные сведения. Как вы думаете, какие дети чаще всего становятся жертваминасильника-педофила? Маленькие беспризорные крошки, брошенные родителями?Наглые девочки, шляющиеся поздно вечером по улицам? Малолетние любительницывыпивки? Ан нет! Чаще всего страдают девочки и мальчики из благополучных семей,приученные к вежливости и покорности. Такие не умеют сопротивляться. Развратникберет их за руку и просто уводит, а дети привычно подчиняются взрослому. И этопонятно, с младых ногтей им вбили в голову один постулат: не смей спорить состаршими. Они плохого не посоветуют. Вот и неправда! Не всегда следуетслушаться тех, кто старше тебя. И потом, ум не зависит от возраста. Жизненныйопыт, да, а вот разум, нет. Знавала я восьмилеток, которые были намного умнеесвоих родителей. И вот результат: бродяжка отобьется, нахалка пошлет насильникакуда подальше, а воспитанная девочка окажется в ужасной ситуации. Если вашребенок без конца спорит с пеной у рта, отстаивая собственное мнение, нужно нерасстраиваться, а радоваться. Такой сумеет правильно разобраться в ситуации. Ноя-то другая!

Богачевская спокойно выслушала меня, потом,перейдя на «ты», потребовала:

– Давай документы.

Повертев в руках книжечку, Альмира более мягкоспросила:

– Ты уверена, что я как-то связана с пропажейэтой Гали Сорокиной?

– Понимаете, я держу в руках тонюсенькуюниточку, которая привела меня сюда, – вздохнула я.

Богачевская покачала головой:

– Увы, хоть ты мне по непонятной причине иочень симпатична, я тебе помочь не могу. Павла Каретникова я не знала. Денегему на хранение не давала. Капиталы мои лежат в банке, причем не в России. Ктому же сумма в тысячу долларов для меня не представляет интереса.

– А Ксюша Каретникова? – тихопоинтересовалась я. – Может, вы с ней встречались?

– Круг моего общения огромен, – дернулаплечами Альмира, – но это рабочие контакты. Впрочем…

Она вытащила из-под одеяла мобильный, потыкалав кнопки и сказала:

– Регина, посмотри на моем столе ежедневник.Нет ли в нем фамилии Каретникова? Ксения Каретникова, или Павел,соответственно, Каретников. Что? Вы уверены? Хорошо, я разберусь.

Лицо ее приобрело странное выражение,мобильник шлепнулся в кресло.

– Что случилось? – насторожилась я.

– Олег переехал из своего кабинета вмой, – напряженным голосом ответила Альмира, – сын велел собрать изкомнаты все мои вещи и выбросить. Сказал Регине: «Альмира больше не вернется».Он что, знает какую-то новость о моем состоянии здоровья? Я так больна, чтоскоро умру?