Рваные валенки мадам Помпадур - Дарья Донцова

Ужинать мы с Димоном сели после полуночи.

– Эпидемия язвы выглядит странно, – произнес Коробок с набитым ртом.

– Лично меня шокировало известие о найме Геннадия, – пробормотала я, орудуя ложкой в тарелке.

Я уже упоминала о том, что Лапуля[18]гениально готовит. Ей удаются экзотические блюда, про ингредиенты которых я ничего не слышала. Совсем недавно Лапуля заварила чай, который практически не имел ни малейшего цвета. Димон, всегда с уважением относящийся к экспериментам нашей Барби, не сдержался и спросил:

– Где ты раздобыла анализ мочи молодого поросенка?

Лапуля беспомощно заморгала, потом выдала:

– К нам не приходили детки хрюшки!

– Коробок пошутил, – объяснила я. – Из чего чай?

– Из свинки можно суп сварить, – на полном серьезе зачирикала Лапуля. – На заварку кабанчика не сушат. Сейчас расскажу. Берем семьсот пятьдесят сантиметров кипящей воды.

– Наверное, ты хотела сказать миллилитров? – поправил Димон.

– Ну да, – неконфликтно согласилась Лапуля. – Ставим чайник. Пока он забулькает, отрезаем два кружочка апельсина и режем наполовину, их будет четыре.

– Не понял, – удивился Димон. – Два куска и еще пол-апельсина?

– Ну нет! – засмеялась Лапуля. – Повторяю еще раз: отрезаем два кусочка и режем на половинки, их будет четыре.

Коробок призадумался, а я сказала:

– Два кусочка надо порезать пополам, получится четыре.

– Женщина женщину всегда поймет, а мужчины иногда долго думают, – обрадовалась Лапуля. – Еще нужен лимон в количестве, равном тому, что уже положили.

Коробок покосился на чай, а я добавила:

– Отлично, по два кружка от каждого цитрусового, не забыть их располовинить.

– Супер, – захлопала в ладоши Лапуля. – Берем корень имбиря размером с мой мизинчик и теркаем!

Брови Димона встали домиком.

– Натираем на терке, – пояснила я.

– Во-во, – закивала Лапуля. – Теркать надо на той стороне, где морковят! Ну, с длинными-короткими дырочками. Не капустничать, не сырничать, а теркать морковкой.

– Вы на каком языке беседуете? – фыркнул Димон.

– На русском, – изумилась Лапуля, – я по-американски совсем чуть-чуть умею. Разговариваю со словарем.

– И он тебе отвечает? – не замедлил съехидничать Коробок.

Лапуля опять впала в изумление:

– Кто?

– Словарь, – хмыкнул хакер.

– Нет, – прошептала Лапуля.

– Вот нахал, – возмутился Коробок. – Девушка с ним беседует, а он как воды в рот набрал.

На лице Лапули появилось страдальческое выражение ребенка, который интуитивно ощущает, что стал объектом насмешек взрослых, но не понимает, над чем они смеются.

– Два куска апельсина, столько же лимона, имбирь натереть на терке, которую используют для измельчения моркови, – зачастила я. – Дальше что?

Лапуля повеселела:

– Сваливаем все в заварочный чайник, кладем десертную ложку меда, заливаем кипятком, настаиваем десять минут. Пробуйте!

– Вместе нам нектар пить нельзя, – вздохнул Коробок. – Если Приходько лишится разом двух заведующих отделами, работа бригады парализуется. Надо выбрать одного из нас для дегустации.

– Ты мужчина. Начинай, – обрадовалась я.

– Однако нелогично получается, – пригорюнился Димон. – Если мужики в дверь входят, то дам пускают вперед. А как об опасности речь идет, то на первой линии парни. Как-то это несправедливо.

Я схватила чашку, смело сделала глоток и поразилась. Ну кто бы мог подумать, что напиток, в состав которого входят на первый взгляд малосочетаемые составляющие, окажется невероятно вкусным?!

Сегодня Лапуля приготовила обычную гречневую кашу с жареным луком и грибами. Вроде ничего изысканного, но мы с Коробком сметаем уже третью порцию.

– Влюбленная женщина хуже террористической угрозы, – буркнул Коробок, – в особенности, если объект обожания не отвечает ей взаимностью. Любочка рассчитывала, что Алексей Николаевич бросит супругу, уйдет к ней, но ее мечты не сбылись. Бутрова наконец-то забеременела, и профессор дал подруге пинка под зад.