Ремейк кошмара - Антон Леонтьев

Они распрощались у входа в здание — сыщица заявила, что посетит Юлию в восемнадцать тридцать, и попросила подготовить отчет о причинах аварии Юлиной мамы.

Садясь в автомобиль, Юлия инстинктивно обернулась и только потом поняла, что сделала это, потому что кто-то пристально смотрел на нее. В соседнем здании она заметила облаченного в темный костюм клерка, который, поймав ее взгляд, немедленно отвернулся, поднеся к лицу бумажный стакан с кофе.

Несмотря на это, Юлия его узнала. Это был тот же самый тип, который вился около нее в клинике. И работал официантом на поминках отца.

— Солнышко, что с тобой? Тебе плохо?

Юлия на мгновение отвлеклась, успокаивая мужа, а когда снова посмотрела, то клерк исчез.

А был ли он там вообще?

Юлия поймала себя на мысли, что, не исключено, это была всего лишь галлюцинация. Или игра воображения.

Или проявление ее возможного психического заболевания.

— Вы его увидели? — раздался тихий голос сыщицы, и Юлия уставилась на тезку. Та, как и сама Юлия, смотрела на стеклянную стену соседнего здания, на холл, по которому сновали десятки облаченных в одинаковые темные костюмы молодых клерков.

Ей не требовалось объяснять, кого Юлия Иванова имела в виду. Его, Великого Белка.

— Думаете, он мог быть там? — спросила в ужасе Юлия, на что сыщица ответила:

— Не исключаю такой возможности. Плохо, что вы не рассказали мне о том, что вы сталкивались с ним и раньше…

— С чего вы взяли? — вспыхнула Юлия, а сыщица невозмутимо ответила:

— Узнать можно того, кого выдели раньше. Значит, вы его видели. И это очень хорошо. Надо составить фоторобот, я с вами этим займусь.

Юлия шумно втянула воздух, а сыщица сказала:

— Хотя внешность наверняка поддельная. Но, с другой стороны, вам он является так, чтобы вы могли его узнать, а значит, он этого хочет. Вполне разумно — наводить своим присутствием страх.

Юлия вцепилась в руку Романа, который, морща лоб, спросил:

— Вы о чем? Кто этот он? За моей женой кто-то следит? Ну, отвечайте!

Сыщица сухо ответила:

— Повторюсь, Роман Глебович, я работаю на вашу жену, а не на вас, поэтому не вправе предоставлять вам какую бы то ни было информацию.

И, обратившись к Юлии, заметила:

— Хотя это может быть один из его людей. Специально получивший задание следовать за вами по пятам и действовать вам на нервы. Я этим займусь!

Быстро попрощавшись, она зашагала прочь. Роман хотел было ринуться за ней, явно желая получить объяснения, но Юлия ухватила его за ремешок и попросила:

— Рома, не надо…

Унять мужа было не так-то просто, и, сидя за рулем, он возбужденно говорил:

— Нет, что за баба!

Юлия улыбнулась:

— Думаю, та, что мне нужна. Или ты не согласен?

Роман, надолго замолчав, наконец-то произнес:

— Ладно, признаю, не исключено, что был не прав… Не исключено, солнышко! У этой тетки голова на плечах есть, этого не отнять. Но о ком вы шептались. Кто тебя преследует?

Юлия пожала плечами и соврала:

— Никто. Не исключено, это вообще плод моего воображения…

Муж больше вопросов не задавал, да и во время последовавшего в суши-ресторане обеда был молчалив. Получив несколько сообщений на мобильный, Роман сказал:

— Мне надо в офис, солнышко. На пару часов. Они без меня ничего решить не могут. Ты поедешь со мной?

Юлия отрицательно качнула головой — она была крайне рада, что делами их бизнеса занимался муж.

— Тогда я никуда не поеду! — заявил муж, а Юлия, потрепав его по темным волосам и проведя по небритой щеке, заметила:

— А кто миллионы, которые я потом растрачивать буду, зарабатывать станет? Нет уж, поезжай, раз они без тебя ничего решить не могут.

— А как же ты? — спросил Роман.

Юлия, сидевшая лицом к зеркальной стене, вдруг увидела на улице облаченного в темный костюм человека с бумажным стаканчиком кофе в руках. Юлия резко обернулась и убедилась, что пялится в спину прохожему — его лица она уже не видела. И поэтому не могла сказать, он это или нет.

— Это он? — закричал Роман и, не дожидаясь ответа, ринулся из ресторана на улицу, где, гигантскими прыжками подскочив к представителю «офисного планктона» в темном костюме, схватил его за плечо, да с такой силой, что тот выплеснул содержимое бумажного стаканчика себе на грудь, а затем стал трясти его, по-звериному рыча.

— Рома, это не он! Не он это! — кричала, подбегая к нему, Юлия, потому что человек действительно был не он.

Она с трудом оторвала скрюченные руки мужа от плеч дрожащего молодого клерка, который, пятясь и что-то шепча, был на грани обморока.

— Не он? — произнес муж, поворачивая к Юлии свое оскаленное лицо, и Юлия заплакала.

Господи, из-за ее фантазий она натравила Романа на совершенно не причастного ко всей катавасии человека.

«Офисный планктон», несколько придя в себя и осмелев, начал качать права, а Роман, тряхнув его за плечи, а затем резким жестом затянув на шее того забрызганный кофе галстук, да так, что «офисный планктон» посинел, учтиво произнес:

— Жена говорит, что вы не он. Приношу свои глубочайшие извинения. И пожелания больше не попадаться мне на глаза. Вот, возьмите на новый костюм, только покупайте в следующий раз не синтетический.

Он сунул в карман пиджака несчастного клерка ворох пятитысячных купюр.

— А это в качестве моральной компенсации и на ужин с девушкой. Если у вас, конечно, вообще есть девушка. Если нет, заведите. Ну, или не девушку, но обязательно заведите.

Он сунул еще несколько крупных купюр в другой его карман и, забрав из рук примолкшего и явно обалдевшего «офисного планктона» пустой бумажный стакан, обратился к Юлии:

— Думаю, нам надо вернуться, а то они глазеют и совещаются, не зная, что делать. Решили, что мы намереваемся смыться, не заплатив за обед. Как-то нехорошо…

Повернувшись, Роман показал «офисному планктону», который тотчас закачался от ужаса, кулак и дал совет:

— Не уходите из ресторана, не заплатив. Хорошего вам дня!

Они вернулись в ресторан, и Юлия не знала, что ей делать — корить мужа или восторгаться им.

— Так это точно не он? — поинтересовался Роман, и вдруг его лицо приняло жалостное выражение. — Солнышко, это ведь не твой… твой брошенный поклонник? — спросил он тихо, и Юлия, поцеловав мужа в лоб, торжественно поклялась:

— Не мой. Не брошенный. Не поклонник…